либеральные настроения в стране[142]. Местные законы настолько прогрессивны, что как-то раз одна моя приятельница, работающая в правительстве, пошутила, что у нас в Вашингтоне почти социализм.
Для меня это значит, что Вашингтон, округ Колумбия, – идеальная точка наблюдения за политикой на макроуровне, и за людьми – на микро. Здесь, на небольшой территории, где все типичные городские проблемы – нехватка доступного жилья, преступность, нищета, насилие, джентрификация – борются за то, чтобы именно на их решение пошли чрезвычайно ограниченные ресурсы, и правительство вводит многие из новейших и самых инновационных в стране программ. Вашингтон, как и многие другие города Америки, взял на вооружение философию координации и коммуникации, которой многие десятилетия придерживались такие правозащитники как Эллен Пенс, Келли Данн, и Кит Груелл, и сейчас внедряет ее в сферу борьбы с домашним насилием на всей своей территории. Вот почему этим зимним вечером я стою на пороге жутковатого здания суда: чтобы увидеть, на чем зиждется эта операция – то, что называют горячей линией.
Король попкорна показывает большой палец, кладет трубку и ведет меня к лифтам. Как только двери лифта открываются на пятом этаже, я сразу же надолго теряюсь среди множества одинаковых симметричных коридоров, и наконец слышу чье-то «Ау?» из-за угла. Оказывается, эта женщина была здесь почти десять часов, и уже уходит. «Не волнуйтесь, – говорит она, – тут все теряются».
Горячая линия DC Safe работает двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Всего в программе задействовано тридцать правозащитников, и помимо человека, который отвечает на звонки из помещения суда, еще двое дежурят из дома. Здесь они выписывают административные охранные ордеры. В отличие от команд высокого риска и согласованных действий, которые предпринимают в более крупных сообществах, у DC Safe в приоритете кратковременная помощь, обычно, всего несколько дней, за которые, как надеются представители организации, жертва сможет прийти в себя и принять взвешенное решение о своей дальнейшей судьбе. Обычно полицейский одного из восьми административных районов звонит с места, где произошел случай домашнего насилия. Затем правозащитник составляет срочный план обеспечения безопасности жертвы и, чаще всего, перезванивает полицейскому и согласовывает этот план уже через несколько минут после ареста преступника. Горячая линия работает как втулка с неограниченным количеством спиц. По просьбе полицейских правозащитники могут оперативно открыть досье производства по определенному делу и узнать, выписан ли охранный ордер или ордер на арест, и есть ли другие дела, находящиеся на рассмотрении. А еще они помогают жертвам, совершая практически бесконечное множество небольших, но важных дел. У них есть партнерства, связи и контракты с самыми разными учреждениями по всему округу: не только с убежищами, но и со слесарными мастерскими, продуктовыми магазинами, сервисами помощи жертвам, отелями, юристами. По обращению полицейского на горячую линию правозащитник может организовать жертве убежище на несколько ночей, достать сумку памперсов и детского питания для матери, которая сбежала из дома, или дать ей контакт медсестры-криминалиста из ближайшей больницы, которая обучена находить травмы, полученные в результате домашнего насилия, или, если абьюзер отобрал все деньги жертвы, предоставить ей подарочную карту из магазина продуктов, или заплатить за такси, чтобы доставить пострадавшую женщину в безопасное место. Правозащитники помогают жертвам получить охранный ордер, учат оформлять документы на получение временного или долгосрочного жилья, объясняют, как получить бесплатную юридическую помощь.
Но помимо этого в DC Safe есть правозащитники, которые ездят на вызовы вместе с полицейскими, когда это возможно. Они выезжают на вызовы по домашнему насилию со специально уполномоченным сотрудником полиции, и могут немедленно предоставить жертве свою помощь. Во многих юрисдикциях к полицейским участкам всё чаще прикрепляют правозащитников жертв домашнего насилия (в пяти районах Нью-Йорк сити к 2019 году планируют закрепить правозащитника за каждым отделением), а в некоторых городах вроде Кливленда эта практика существует уже много лет. Уникальность DC Safe в том, что они хотят формализовать присутствие правозащитников не только в полицейских участках по всему Вашингтону, округ Колумбия, но и в автомобилях реагирования, на срочных вызовах вместе с полицейскими. В будущем они также хотят, чтобы правозащитник присутствовал в патрульной машине на каждой смене, но на данный момент у организации просто не хватает людей. В ту ночь, когда я с полицейскими поехала на патрулирование по северо-восточному округу, в другой машине, другом округе, был правозащитник, но мы так и не встретились.
Наталия Отеро, которая, как и Элизабет Олдс, является соучредителем DC Safe, говорит, что в мучительной кризисной ситуации жертвы не могут принимать информированные решения, которые нужны, чтобы обеспечить собственную безопасность. Конечно, жертв и абьюзеров в организации, помогающей столкнувшимся с домашним насилием, направляют сотрудники полиции и кризисных центров, но также и работники отделений скорой помощи, администраторы школ, коллеги и священники. Так что миссией Отеро стала помощь жертвам в преодолении препятствий на пути к свободе, препятствий, в отсутствие которых они смогут принимать более информированные решения. В полицейских отчетах фигурирует множество жертв, которые бежали, не имея при себе ничего: ни обуви, ни курток, ни документов. Я беседовала с женщиной из Сан-Диего, которая два дня провела в заточении в собственном доме; ее парень наконец вывез ее в круглосуточный минимаркет, и когда они уже подъезжали обратно к дому, женщина резко открыла дверь и заскочила в чужую машину, отъезжающую от соседнего здания. У нее не было денег, документов, мобильного. В голове крутилась одна только одна мысль: бежать. Она не думала, куда или как пойдет, и даже не знала, кого просить о помощи. Ее вело одно слово: бежать. Жертвы концентрируются на маленьких вопросах, потому что, когда тебя окружает хаос и ужас, решать большие оказывается слишком тяжело. Отеро объясняет, что когда базовые потребности жертвы удовлетворены на день, два дня или неделю, они «получают передышку, которая позволяет им подготовиться. И оказываются в гораздо лучшем положении для принятия долгосрочных решений».
Мы с Отеро беседовали в ресторане в Пен Квотер, всего в нескольких минутах ходьбы от суда. У DC Safe так много партнерских организаций, так много финансовых потребностей, так много планов и действующих программ, что Отеро ни секунды не сидит на месте. Она рассказывает, что давно знает о командах высокого риска, оценке рисков и деятельности Кэмпбелл. Она много лет работает в сфере помощи жертвам домашнего насилия, но образование получила в сфере бизнеса. Отеро закончила Джорджтаунский университет со степенью по бизнес-администрированию, и решила подойти к ситуации не как к социальной проблеме, а как к бизнес-задаче, рынку с нереализованными потребностями. В Вашингтоне, округ Колумбия, на горячую линию ежегодно
