Мэтт вспомнил, как Мередит упоминала о жене своего деда.
— Она унаследовала фирму от мужа, — сказал он, нехотя вступая в разговор.
— Да, и превратила ее в огромную холдинговую компанию, владеющую множеством корпораций.
— И? — осведомился он, видя, что Кэролайн колеблется.
Она присмотрелась к Мэтту, пытаясь определить, что он испытывает в этот момент, но лицо оставалось замкнуто-отчужденным.
— А теперь Шарлотта пытается прибавить к своим владениям «Бенкрофт энд компани». Спросила, не соглашусь ли я голосовать своими акциями в ее пользу, если она скупит достаточно, чтобы приобрести контрольный пакет. Она ненавидит Филипа, хотя вряд ли догадывается, что мне известна причина этой ненависти.
— Уверен, что он дал ей для этого тысячи причин, — иронически вставил Мэтт, отворачиваясь и натягивая смокинг.
Дверной замок непрерывно жужжал; в спальню доносились обрывки беседы. По-видимому, гости все прибывали.
— Она ненавидит Филипа, — упорно повторила Кэролайн, — потому что хотела заполучить его, а не отца и из кожи вон лезла, чтобы затащить его в постель, даже после того как обручилась с его отцом. Но Филип и знать ее не желал, а как-то раз терпение его лопнуло. Он сказал отцу, что Шарлотта — просто грязная, продажная шлюха, которая хочет выйти за Сирила ради денег, а сама вешается на шею ему — Филипу. Он сказал правду, но Сирил был влюблен в нее и винил во всем сына, хотя поверил ему и отложил свадьбу. Шарлотте, которая в то время работала секретарем у Сирила, пришлось ждать несколько лет, прежде чем тот решился жениться на ней. Так или иначе, несколько месяцев назад я сгоряча пообещала Шарлотте, что, возможно, проголосую за нее, когда она попытается захватить компанию, но у меня было время подумать. И я изменила решение. Конечно, Филип кого хочешь способен довести собственными глупостью и упрямством, но Шарлотта — истинное воплощение зла. У нее нет сердца. Через несколько недель она позвонила и сообщила, что кто-то еще скупает акции «Бенкрофт»и поэтому они поднялись в цене.
Мэтт знал, что всему причиной он, но ничего не ответил, и Кэролайн продолжила:
— Шарлотта впала в панику. Она пообещала, что пойдет на все, лишь бы добиться понижения курса, а уж потом сделает попытку захвата. После этого я сразу же услышала о бомбах, подложенных в магазины в самый сезон рождественской торговли, и котировка мгновенно упала.
Наконец-то Мэтт получил недостающую часть головоломки — мотив, которым руководствовалась Шарлотта. Основной ее целью было нанести ущерб не зданиям, а деловым операциям. У Шарлотты Бенкрофт имелись личные мотивы, и кроме того, достаточно денег, чтобы сначала осуществить захват корпорации, сильно задолжавшей банкам, а затем выждать, пока «Бенкрофт энд компани» вновь начнет приносить доход.
— Нужно сообщить полиции, — сказал Мэтт, поворачиваясь к телефону, стоявшему на ночном столике.
— Знаю, — кивнула Кэролайн. — Вы сейчас туда звоните?
— Нет. Хочу все рассказать человеку по имени Олсен, у которого есть связи в местной полиции. Завтра он отправится туда с вами и сделает все, чтобы вас не приняли там за помешанную или, того хуже, не выставили подозреваемой в шантаже и терроризме.
Кэролайн, не шевелясь, с окаменевшим от изумления лицом ждала, пока Мэтт набирал код и номер другого города и приказывал некоему Олсену первым же самолетом вылететь в Чикаго. И все для того, чтобы помочь почти незнакомой женщине!
Кэролайн изменила первоначальное мнение о Мэтте как о самом неприступном человеке из всех, кого встречала, и решила, что Фаррел попросту не желает иметь ничего общего с семейством Бенкрофт, включая и Мередит, судя по тому, как он холодно объявил, что вскоре станет бывшим ее мужем.
Повесив трубку, он записал два телефонных номера в блокноте и оторвал листок бумаги;
— Вот номер домашнего телефона Олсена. Позвоните ему сегодня вечером в любое время и условьтесь о встрече. Второй номер мой на случай, если у вас возникнут проблемы.
Он повернулся к ней, и Кэролайн заметила, что в глазах больше нет враждебности. Он по-прежнему держался отчужденно и, очевидно, не желал иметь с ней никаких отношений. Но оттаял достаточно, чтобы сказать:
— Мередит упоминала, что вы снимались в кино. Я пригласил сегодня весь вокальный состав оперы «Ночной призрак»и еще сто пятьдесят человек гостей, многих из которых вы, возможно, знаете. Если хотите остаться, мой отец представит вас.
Когда они вошли в гостиную, вечер был в самом разгаре.
— Я предпочла бы, чтобы меня не представляли; — поспешно ответила Кэролайн. — Не имею ни малейшего желания возобновлять знакомство со старой чикагской гвардией из высшего общества.
Но, глядя на официантов в черных курточках, разносивших напитки роскошно одетым женщинам и мужчинам в смокингах, она поколебалась. Кто-то играл на рояле, и нежная музыка вплеталась в негромкий шум беседы и взрывы смеха.
— Хотя… хотя я не возражала бы против того, чтобы остаться ненадолго, — объявила она с неожиданно задорной улыбкой, превратившей ее в молодую тридцатипятилетнюю женщину.
— Когда-то я обожала такие вечеринки, и было бы забавно остаться и попытаться понять, что я такого в них находила.
— Дайте мне знать, когда поймете, — сказал он с очевидным безразличием.
— Почему вы даете приемы, если сами ими не интересуетесь? — нерешительно спросила она, в который раз поражаясь этому странному, загадочному человеку, за которого вышла замуж ее дочь.
— Сбор за завтрашний спектакль пойдет на благотворительные цели, — пожал он плечами.
Мэтт повел ее через толпу к тому месту, где стояла его сестра, поглощенная беседой со Стюартом Уитмором, и представил ее Кэролайн Эдварде. Он отметил, что Уитмор и Джули успели понравиться друг другу, и пожалел, что Познакомил их. Встречаясь с Уитмором, он каждый раз будет вспоминать о Мередит, особенно о той злосчастной встрече в конференц-зале, когда Мередит вложила в его руку свою и пообещала верить. Она не смогла выполнить обещание ни тогда, ни потом, в куда более серьезных обстоятельствах. И все потому, что для нее он по-прежнему оставался грубияном и ничтожеством. Мередит никогда не заподозрила бы Паркера или любого человека своего круга в убийстве и терроризме. Мэтт был нужен для постели, но и только. Она с самого начала отказывалась переехать к нему. Конечно, ей нравилось спать с Мэттом, но когда дело дошло до того, чтобы объявить всему миру об их отношениях, жить вместе как муж и жена, не смогла заставить себя сделать это.
Мэтт уже шагнул вперед, чтобы вступить в роль хозяина, но тут Кэролайн положила руку ему на рукав.
