И ведь что самое обидное, если я не разучился правильно оценивать настроение людей, эта банда зацепилась за меня не потому, что они искали развлечений или кого пограбить. Они просто не могли пропустить шатающегося по их территории чужака без обязательной взбучки. На их лицах даже сейчас, несмотря на этот хохот и усмешки, во многом читается скука. Вожака бы просто не поняли, если бы он позволил мне пройти просто так. Обидно, на пустом месте так вляпаться! Задумался, самокопанием решил заняться, в нашем-то районе, вот я идиот! Если бы не телефон, то меня бы потолкали так пару минут, обыскали, потом бы дали по шее и, если не стану огрызаться, то отпустили бы на все четыре стороны. Но, подарок отца я отдавать не собираюсь, и как мне не страшно, но буду, по примеру школьного товарища, огрызаться тем, чем наделила природа, вплоть до зубов. И вот тут мне станет по-настоящему плохо. В этом варианте самым лучшим исходом будет, если смогу сам потом доползти до квартиры, а ведь могут и в реанимацию отправить, такой исход тоже вполне реален. Но, даже зная все эти расклады, у меня просто рука не поднимется без сопротивления отдать телефон. Я не питаю ложных надежд, смартфон потеряю в любом случае. Только вот не смотря на то, что логичнее было бы его отдать добровольно и избежать избиения, что было бы вполне разумно, исходя из того, что потеря неминуема в любом варианте, просто не могу это сделать. Я и так нахожусь, на грани того, чтобы в своих собственных глазах превратится в откровенного лузера. Этот шаг уничтожит последние остатки моего самоуважения.
Наигравшись в игрушку-неваляшку, главарь хватает меня за грудки и зло требует:
— Ты, немой, карманы вывернул! Быстро! Давай, давай, то же мне, скарабей-путешественник[33]!
Именно в этот момент, когда я уже приготовился пнуть его по колену и все же попытаться прорвать этот порочный круг из этих слишком ко мне нерасположенных личностей, как услышал:
— Мужики, семеро на одного? Джинса, вы совсем припухли, что ли?!
Еще секунду назад весело смеющиеся гопники, мгновенно замолкли и вытащили из-за поясов складные дубинки. Синхронно так, слажено, давно отработанными до автоматизма движениями, сразу чувствовался их немалый опыт применения данного девайса. Вожак то же отпустил меня и обернулся, но не полностью, а так, чтобы видеть окликнувшего и при этом не выпустить меня из виду.
Около уже примеченной мной паллеты со сложенными блоками готовой к мощению брусчатки, стоял один из «гуннов». Член банды байкеров, которая негласно контролировала мой квартал. Невысокий парень, одетый в парусиновые плотные штаны, кожаную косуху с эмблемой банды, повязанной на голову зеленой банданой и в неизменных казаках. Не видел его раньше, впрочем, я мало кого видел, зато в атрибутике местного околокриминала разбираюсь хорошо. Благодаря интернету и таким же обычным паренькам, как я сам, которые проживали здесь и на все группировки составили довольно полные досье, выложив его на районный форум.
— Что тебе надо Мек? — Вновь засунув в рот зубочистку, откуда только достал, оскалился главарь Джинсы, в сторону байкера.
— Блейс, этот парень с моей земли.
— И чо?
— Тебе память прочистить? Или ты договор хочешь разорвать? А, Блейс, хочешь? — Несмотря на то, что гунн был один, а напротив него стояло семеро, держался он как-то слишком уверенно для простого блефа. — Не слышу ответа?
Еще недавно такой уверенный в себе вожак Джинсы, от этого вопроса явственно растерялся.
— И игрушки свои спрячьте. — Он явно о дубинках. — У вас что, память короткая? Или нам навестить вас сегодня вечером со своими игрушками?
— Мек, ты чего быкуешь? А?! Куда буром прешь? Да приходите, мы встретим! — Но в словах того, кого назвали Блейсом, нет уверенности, в них чувствуется с трудом подавляемый страх.
И я его понимаю. Та же «Джинса рулит» по сетевой инфе вполне обычная гопота: избиения, мелкие грабежи и ни одного трупа на них за три года. А вот «гунны», это совсем иной уровень, в первую очередь уровень жестокости. Полнейшие отморозки, которые могут ворваться в полицейский участок и, избив полицейских, вызволить своего. Считается, что они «крыша» моего квартала, но на самом деле базируются на весьма обширной территории заброшенных портовых складов. Ходят слухи, что на них пробовал наехать Синдикат. За то, что байкеры сожгли подпольный склад их товара. Только «гунны» вот они, а Синдиката, что-то в наших краях не видно, вот и думай, чем закончился тот наезд.
— Нет, так нет. Я тебя услышал. — С этими словами байкер демонстративно развернулся, но не успел он сделать и шага, как его окликнул Блейс.
— Мек, что тебе надо? А?
— Договор соблюдайте. Тот пункт, в котором сказано, что с любым пацанчиком с твоей земли, в нашем квартале будут разбираться один на один, а не толпой. И аналогично с нашими на вашей поляне. И напоминаю, мы вроде перетерли, что только руки, без приблуд? Я не ошибся? Нет, память у меня хорошая, не ошибся. Так вот, Блейс, я спрашиваю… Какого Авгия[34] тут происходит?
— Мек. Без разговора. Я не знал, что он ваш, вообще впервые его вижу. Посмотри на него, он же выглядит как цивил из верхнего города. — И повернувшись, обращается ко мне. — Где живешь?
— В япошке. — Так местные называли дом, в котором снимаю квартиру.
— Договор в силе, Мек. — Ему явно что-то пришло в голову, улыбка, мелькнувшая на лице главаря, мне очень не понравилась. — Так, парни. — Это он уже к своим обращается. — Разошлись в стороны. Так что, Мек, один на один и без претензий?
— Именно. — Спокойно кивает байкер, а я отчетливо понимаю, что меня сейчас будут бить, сильно бить…
От первого удара, закрываюсь обеими руками, но кулак Блейса сносит мной блок, будто не замечая. От чувствительного, пусть и скользящего попадания в скулу, у меня зашумело в голове.
Вот почему так всегда? До драки я испуган как кролик, но стоит мне почувствовать первый удар, как этот страх испаряется, будто его и не было никогда. Нет, я знаю, как это объясняется психологами, но все равно для меня это, на внутреннем уровне, непонятно. Тут как со стоматологами, пока не начали сверлить, это жесть как страшно, но стоит буру коснуться зуба, как понимаешь, что не так и ужасно. Только вот, даже очищенный от тумана страха разум, мало мне сейчас поможет, слишком велика разница в физических показателях.
Второй выпад прямой левой пропускаю над головой, только вот он был обманкой, настоящий удар пришелся ступней мне в колено. Больно! Так и ногу сломать можно. Это уже не драка, отчетливо понимаю, простым избиением тут не закончится, меня будут ломать до больничной койки, а то и до инвалидного кресла. Из принципа будут. Тут уже не до каких-то правил поединка, пусть дворового, но все же поединка.
Отпрыгиваю, разрывая дистанцию и на удачу выкидывая кулак вперед. Удача на беду повернулась ко мне задом, легко поймав мой кулак ладонью, Блейс так выкрутил руку, что меня согнуло. Удар ноги под моё колено, и я оказываюсь на земле, но не уйти кувырком, моя рука по-прежнему в его захвате, надежном как медвежий капкан. Уложив меня на землю, вожак «джинсы» коленом давит на спину, заведя мою руку далеко назад, настолько, что кажется, она сейчас выпрыгнет из сустава. Спеленав меня таким образом, он наклоняется и шепчет на ухо:
— Скарабейчик… Сейчас я оторву твои лапки. — В ужасе понимаю, он не преуменьшает.
Осознаю реальность опасности, но сделать не могу ничего, он не просто сильнее, а сильнее в разы. От болевого спазма, тело резко выгибается дугой. Мой затылок врезается во что-то податливое, хватка ослабевает и сквозь вспышку боли слышу крик ярости.
— А-а-а!! — Вожак вскакивает на ноги. — Мой нос! Тварь!!!
Каким-то совершенно нелепым образом, мой болевой шок привел к тому, что излишне увлекшийся Блейс похоже сломал свой нос о мой затылок. Иначе чего ему так орать?
