— Чтобы такого не случилось в следующий раз, — я говорила спокойно, — лучше все-таки позови кого-нибудь на помощь. И думай, прежде чем разбрасывать бомбы где попало, ведь здание может не выдержать их силы. Или… — я протянула девочке руку, и над ладонью во вспышке воспарило перо, — или дай его Додоко, и если случится беда, то он позовет подмогу. Ветра обязательно услышат его.
Восхищенно вздохнув, Кли подхватила перышко и прижала к груди.
— Кли обязательно даст его Додоко! — закивала девочка. — Спасибо, тетя с крыльями!
— Можешь звать меня Фавонией, — я ласково улыбнулась малышке.
— Хорошо, тетя Фавония! — радостно сказал ребенок.
Я ей кивнула и подняла взгляд на смущенную Мону, которая не знала куда себя день и нервно переступала с ноги на ногу.
— Спасибо и тебе за помощь и реакцию. Ты хорошо постаралась, — я окинула девушку задумчивым взглядом, решая, давать награду и какую.
Но от моего пристального внимания астролог дернулась и отступила, опуская глаза в землю.
В принципе, выбора особого и не было — части из готового комплекта без проверки отдавать не хотела, так как не успела испытать и понять все его свойства, кроме того, что он заметно увеличивал силу резонанса с элементом носителя, насыщая высвобожденную стихию энергией. Грубо говоря — увеличивал элементальный урон. Так бы уже отдала его Джинн — я слишком благодарна девушке за ее поддержку.
Поэтому… Мона много пишет статей, и писчее перо, которое никогда не подведет, да еще и артефакт, будет к месту.
Я улыбнулась девушке и протянула руку с явившимся пером.
— Держи. Я надеюсь, что ты найдешь ему применение.
— А? — растерянно встрепенулась и выдохнула астролог. — С-спасибо, госпожа, — и приняла из рук артефакт, тут же пряча, чтобы не потерять.
— Вон она! — расслышала писк Паймон.
Она с Итэром и Дайнслейфом на хвосте поднялись к штабу Ордо Фавониус, и напряженный, даже решительный взгляд Путешественника мне совсем не понравился.
Я уже догадывалась, чего он хотел, но…
У меня еще оставались дела в городе.
Кивнула девушке и ребенку и отступила от них.
В легкой бирюзовой вспышке я исчезла из сквера, а в спину донесся возмущенный крик Паймон, которая ругала меня на чем свет стоит, что взяла и сбежала от них. Появилась у статуи Барбатоса, над его распахнутыми ладонями, смотря на встревоженный город, охваченный битвами и огнями.
Рыцари не дали врагам прорваться в город, а огонь погас под натиском дождя, который сильно помог против пиро магов Бездны. Но это не отменяло всех потерь защитников, их боль и пролитую кровь. Не отменяло храбрости простых граждан, которые отчаянно помогали у крепости или причала. И как бы ветра ни были на их стороне, но они оставались простыми смертными, сила которых была в их намерении.
Я зависла над ладонями статуи и прикрыла глаза, вскинув перед собой меч и легко выдохнув.
У меня оставалось мало сил, которыми могла лишь поделиться, вдохнув в людей волю, второе дыхание, чтобы собраться и окончательно отбросить противников от дома.
Возможно, так следовало сделать сразу, когда все началось, но я берегла энергию, ожидая столкновений с опасными врагами, на которых пришлось бы изрядно потратиться, и лишь послала ветра поддерживать рыцарей, оберегая и направляя.
Песня полилась медленно и тихо, охватывая воздух и разносясь по всему городу. В бирюзовых искрах, что вместе с дождем опадали на землю, на людей, и всего, чего они касались, и заряжали энергией.
Ночь придет, и луна взойдет (Green Аpelsin — Ангелы и демоны)
Ты на бой, простившись, отправишься вперед
С неба обрушены отрезанным ломтем
Отстроим заново наш просторный дом
Ночь придет, и луна взойдет
Смерть, тебя целуя, на поле брани ждет
С неба обрушены отрезанным ломтем
Мы посадим дерево и вместе заживем
Ночь придет, и луна взойдет
Отгремят все битвы, и закончится поход
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С неба обрушены отрезанным ломтем
Нашим детям песню в назидание споем
Ночь придет, и луна взойдет
Коли не дожить мне, то в пучину темных вод
В путь отправь последний, не испытывай вины
Погибаю, чтобы больше не было войны
В путь отправь последний, не испытывай вины
Погибаю, чтобы больше не было войны
После благословения меня накрыли опустошение и слабость.
Сонливость.
Я еле удержалась в воздухе, чуть не опав вниз, потому опустилась на край ладоней статуи, свесив ноги.
Чуть передохну. Пару минут.
Прикрыла глаза и вздохнула, слушая ветра.
Вот на причале разбирались с последними хиличурлами, а у главных ворот, где было большее скопление врагов, Джинн вместе с Эолой справились с огромным вождем дикарей. Что здесь забыл лавачурл — тот еще вопрос, ведь он преимущественно водился в Драконьем Хребте, и ниже не спускался.
Но… не стоило все-таки забывать, что порой игра и реальность отличались, и даже на территории Мондштадта могли встречаться эти гиганты, особенно, если их сюда притащил Орден Бездны.
Теперь уже было отлично заметно, что нас просто отвлекали, вытаскивая и так малое количество защитников за ворота, оставляя, по сути, город пустым, с самым минимумом для патрулей. Видимо, враги планировали, что без Архонта или Хранителей толковый отпор никто не даст, но…
Я резко нахмурилась и склонила голову, прислушиваясь.
Что за?..
Тут же встрепенулась и выпрямилась, мрачно смотря в сторону крепости Ордо Фавониус.
Быть не может…
Выжил?
Один из спасшихся крио магов выскользнул незамеченным из разлома в здании, двигаясь через темные участки и кусты, укрываясь в тенях. Как ему удалось пережить творившийся огненный ад — тот еще вопрос, но не время было узнавать на него ответ.
Хищные ветра по моей команде подхватили подпаленного мага и подбросили в воздух, грозя разорвать, но тот взвизгнул, забавно дрыгая ножками, прижал к груди талмуд в потертой обложке и, больше не скрываясь, взмахнул жезлом, исчезая из ловушки и оставляя после себя снежинки.
Я подскочила на ноги, опасно покачнувшись на краю, и принялась озираться по сторонам, ловя шепотки ветров, чтобы отыскать сбежавшего мага.
У Люмин!
Маг появился перед ней и упал на мокрую траву без сил. Что-то неразборчивое проскрипел, когда девушка склонилась над ним, и протянул ей книгу.
Нет!
Меня буквально прошило от злости и досады, что упустила такую мелкую деталь, которая смогла скрыться и от ветров за стенами библиотеки. Только как он туда смог попасть? Так же перенесся, пока не сработала защита от пожара и взрыва?..
Черт!
Действовать в одиночку — самоубийство, ведь я и так сильно выложилась и с трудом держалась на крыльях, так сказать…
Итэр!
Юноша, запыхаясь, спешил к площади, к статуе вместе со спутниками. Плевать на тех — мне нужен только Путешественник, который хоть на мгновение сможет повлиять на сестру или задержать.
Я соскользнула с ладоней, не приземляясь и ничего не говоря, с мрачным видом схватила Итэра за плечо и перенеслась на скалу. Немедля и не давая уйти девушке, я взмахнула клинком, ударяя лезвием ветра между ней и магом, чем заставила Люмин отскочить назад и вскинуть на нас острый взгляд.
Но книгу она все-таки успела выхватить из рук мага.
— Сестра! — вскрикнул Итэр и шагнул в ее сторону.
— Выше Высочество, я задержу их, — но перед ней, прикрывая, застыл Чтец Бездны и распахнул катализатор.
На лице девушки все также было холодное выражение и безразличие в медовых глазах. Она посмотрела на защитника, потом на мага, который лежал без чувств на траве, и в конце на нас. Растерянного брата, и меня в воздухе над ним с сжатым в руке мечом и с крайне решительным видом.
