— Обычно наработка навыков занимает достаточно много времени, — продолжил я после некоторой паузы, решив не упоминать, что речь идет о неделях и месяцах, — но у тебя еще есть минут десять, чтобы потренироваться. Можешь приступать.
Олег с готовностью вылез на бруствер и метнул к подножию холма лохматый коптящий огненный шар. Шар упал в гущу валом катящейся нечисти, испепелив десяток упырей и исторгнув из глоток прочих злобный скрежещущий вой. Парень вздрогнул от неожиданности, но раскинул руки, стараясь впитать в себя весь мир. Что ж, посмотрим, как это у него получится.
Следующий выброс залил склон ослепительно-голубым сиянием. От бруствера до самого поселка протянулась широкая выжженная полоса. Отдача отбросила смертельно бледного Кольцова прямо в объятия Антонычу.
— Учитель из тебя, мать твою, — выругался Свиридов, обратив ко мне искаженное яростью лицо, — как из задницы музыкант: если что и выйдет, так хреново и вонько. Чуть парня в гроб не вогнал со своими дурацкими лекциями!
Антоныч плавно водил руками над телом потерявшего сознание Кольцова, и я видел, как потоки живительного тепла наполняют истративший все резервы организм.
Кто ж его знал, что он способен на подобный выброс! Я невольно почувствовал себя виноватым и вылез на бруствер, страстно надеясь, что упыри не разбежались и мне найдется на ком сорвать злость.
Какое там! Похоже, встряска только добавила прыти уцелевшим — головной отряд был уже метрах в ста от нас. Оч-чень хорошо! Я воздел руки, и сила хлынула в мое тело. Получайте, скоты! Потоки ревущего пламени смели ближайшие шеренги. Земля плавилась, освещая склон багровым светом, но нечисть продолжала наступать, обтекая раскаленные участки. Что-то было в этом неправильное — никто не разменивает бессмертие на несколько кусков жратвы. Значит, кто-то их гонит в атаку…
Я всмотрелся в накатывающийся вал иссохших и почерневших упырей. Издалека они походили на стаю мигрирующих тараканов, вызывая омерзение. Дальние ряды колыхались, словно нечто отсюда невидимое подталкивало их в спины. Фоновое излучение стада озверевших тварей не позволяло разглядеть погонщиков в магическом диапазоне, однако я начинал догадываться, кто это мог быть…
За спиной полыхнул разряд, заставив меня отвлечься от поисков главных виновников нашего ночного бодрствования. Очнувшийся Кольцов присоединился к своему напарнику и разбрасывал по западному склону коптящие шары, не пробуя больше канализировать внешние источники. Зайченко вовсю размахивал когтистыми лапами, снося головы рискнувшим приблизиться упырям. В паре у них получалось неплохо, и если Кольцов не выдохнется, то пролом они отстоят. Еще один ящер, злобно хлеща по камням шипастым хвостом, прохаживался вдоль внутреннего периметра, то и дело выскакивая наружу, чтобы в клочья разнести очередную, не в меру шуструю нечисть — Антоныч привычно охранял свою любимицу. Ничего, пусть развлекается, он у нас "резерв главного командования". Командование же с вялым интересом наблюдало за происходящим, сидя на краю колодца и покачивая ногой. Ворон явно экзаменовал команду, не забывая, впрочем, время от времени незаметно подпитывать Кольцова. Это хорошо — за западное направление я могу не беспокоиться. Я снова вернул внимание к атакующей своре.
Что-то у гостей явно перестало ладиться — расстояние до них за последние минуты практически не сократилось. Еще раз залил огнем склон, и толпа впервые отпрянула назад. Прекрасно. Я открыл каналы, аккумулируя энергию. Изо рта вырвалось облачко пара — или на дворе резко похолодало, или я немного перестарался. Следующий разряд очистил склон почти до подножия, значит, скорее второе, чем первое.
— Я отловил несколько главарей, — неожиданно прозвучала в голове пахнущая раздражением мысль Ворона, — а ты изволил их спалить. Не перестарайся, помогая новичкам, — с той стороны осталась еще две-три капсулы.
Все-таки Ворон вмешался, а я-то думал, что происходящее его не интересует. Р-развоевался тут… Эх, своего ума нет — чужого не займешь… Ладно, добивать оставшихся будем аккуратнее. Я бросил взгляд на отступающую к поселку орду и пересек дворик, встав в проломе рядом с Кольцовым.
— Ну как? — поинтересовался я для порядка.
— Справляемся! — выдохнул он и пустил в отступающих еще один косматый шар…
Все-таки контроль над собственной энергетикой ему развивать и развивать.
— Зайченко! Назад! — Я только сейчас заметил, что ободренный бегством врага пацан ринулся в самую гущу отступающей нечисти и завяз среди навалившихся на него упырей.
Мы с Кольцовым замерли, не решаясь швырнуть разряд из опасения задеть Сергея, когда мимо нас, обдав порывом ветра, словно электричка в тоннеле метро, пронеслась огромная туша разъяренного ящера — полковник Свиридов вступил в бой.
Я поднялся с земли и, морщась, потер задетый кончиком хвоста бок. Кольцов рискнул-таки пустить шар, упавший чуть в стороне от свалки, но в его помощи уже не было необходимости — упыри бросились в рассыпную, и я их понимал: противопоставить нескольким тоннам взбесившейся брони им было нечего.
Через пару минут все было кончено — нечисть рассеялась и удирала, прячась от огня в ложбинах и за камнями; Свиридов и Зайченко вернулись в лагерь, а где-то у подножия лежали закапсулированные Вороном главари, которых еще придется разыскивать. Я бросил вслед отступающим последний разряд, призванный не столько поразить, сколько придать должное ускорение, когда за спиной раздался громкий жалобный взвизг.
Я встревоженно прыгнул внутрь пролома и тормознул, едва удержавшись от смеха — над не успевшим принять человеческий облик Зайченко навис донельзя рассерженный ящер. Зайченко съежился и зализывал прокушенное плечо, то и дело испуганно косясь на Свиридова. В горле полковника клокотало с трудом сдерживаемое рычание.
Свиридов бросил на меня огненный взгляд, и я отступил. Действительно, зачем мешать воспитательному процессу?
Глава 6
ЗАЙЧЕНКО
Нет, я, конечно, понимаю, что немного погорячился. Но кусаться-то зачем? Больно, между прочим.
Я опасливо взглянул на свирепую морду нашего любимого полковника. Кажется, опасные огоньки в его глазах слегка поубавили яркости, и шторм, бушевавший над моей головой, начал стихать. Собравшись с духом, я принялся за обратное превращение. Хотелось верить, что голову мне все-таки не откусят.
— Полагаешь, что гроза миновала и можно расслабиться? Твое дежурство с двух до четырех, насколько я помню. Самое время заступать.
Неожиданно прозвучавший в голове голос Петровича внес сумятицу в мои собственные мысли. Черт, у нас явный переизбыток телепатов в пересчете на душу населения. Хватило бы и одного командира. И вообще, какое там дежурство — ежу понятно, что после строгановских молний местная нечисть полвека расстроенные нервы лечить будет, никуда из нор не высовываясь. Тем более что и Антоныч к их воспитанию лапу приложил. Тяжелую, надо заметить — до сих пор задница болит, хотя по идее при трансформации все проходить должно… Кстати, что это он превращаться не спешит… и смотрит сердито… А, залезу-ка я лучше на бруствер и приму бдительный вид…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
