Она открыла глаза — и почувствовала, как маг чуть дрогнул. Всё ещё не двигаясь, она спросила шёпотом:
— Ты чего вздрогнул?
— Щекотно. — Он тоже улыбался, тепло выдыхая в её волосы шепчущие слова, отчего по её телу мягкой волной прошла дрожь. — Твои ресницы… По коже…
Как она напряглась, он тоже почувствовал сразу.
— Что-то вспомнила?
— Забегут ведь — в сторожку, — прошептала, но не сделала ни малейшего движения подняться.
Он хмыкнул ей в волосы — снова тёплым выдохом.
— Зря, что ли, я выходил? Никто даже близко не появится, — прошептал он. — Я такое заклятие вокруг нас сделал, что, пока сами…
Она осторожно отодвинула голову — взглянуть на него. Смешной — с этой светлой щетиной, смягчившей упрямый подбородок. С этими взлохмаченными русыми волосами. С этими глазами, сонными, но уже испытующе вглядывающимися в неё. Не смешной только его тяжёлый рот, хоть сейчас не такой сосредоточенно сжатый, как обычно… Маг приподнялся — уже нависая над нею. А потом полностью повернулся к ней, съехавшей с его руки и с удобством занявшей нагретое им место на сенном тюфячке. Сел на бедро рядом, опершись на руку так, что Селена оказалась в плену: если освобождаться, то только вылезая вперёд или толкаясь ногами назад. И задумался. Да так крепко, что девушка покусала в нетерпении губы, а потом скромно спросила:
— Джарри, ты думаешь о чём-то серьёзном?
— Ну-у…
— Тогда я тебе мешать не буду.
Сказала — и принялась вылезать, помогая себе локтями, из уютной ловушки, пряча смеющиеся глаза.
— Это ты куда? — изумился маг и властно опрокинул её назад, на сенник. А потом, видимо, решил, что ей холодно без него, — и наклонился над нею, прикрыв своим телом. Селена с облегчением обняла его за шею, дотянулась, наконец, до его желанного рта, и последнее, что он прошептал: — Смеёшься, да?..
"Взлетаю… С тобой…"
Они лежали на спине — она головой на его плече, пальцы переплетены… Вставать не хотелось, хотя сердце порой замирало, когда она пыталась представить, что творится в доме без них обоих. Наконец, она вздохнула и спросила у высокого дощатого потолка:
— Как ты думаешь, в доме ещё кто-нибудь живой остался?
— Там же Коннор. Все живые. Разве что кто-нибудь не слишком послушный… скажем так, слегка парализован за попытки неповиновения. Но это нетрудно исправить.
— Для такого дома у нас не слишком много народу? — задумчиво спросила Селена. И прыснула: — Бедные домовые!
— Где ж много? — удивился Джарри и тоже задумался. — Ну, ты пришла с тремя. Так? Коннор привёл двенадцать человек. Уже шестнадцать с ним. Без тебя. Ночью мы привезли тоже двенадцать — причём двое из них взрослые и кричать, бегать, ссориться и драться точно не будут. По крайней мере — пока, — добавил он, смеясь. — Итого — двадцать восемь без нас. Не так уж и много. А если вспомнить, что дом рядом с нами — тоже пустой и открытый, то можем переселить туда тех, кто повзрослей, — и никаких проблем.
— А ты бы хотел? Переселиться?
— Хотел бы. Но понимаю, что тебе от этого дома никуда. Ну, пока во всяком случае. Селена, а в вашем мире семьи есть?
— Есть.
Он приподнялся на локте.
— Ты не семейная?
Несколько секунд она с недоумением смотрела на него. И вспыхнула. Он спрашивает, не замужем ли она! Наверное, так говорят в этом мире.
— Нет.
— Хочешь быть моей семьёй?
— Хочу! — выпалила она и замерла: а вдруг она неправильно поняла его?
Но он, очень довольный, снова склонился над нею — поцеловать. А потом снял с шеи цепочку с прозрачным красным камешком и надел ей.
— Это мой оберег для тебя.
— Ты же знаешь, что я ваших обычаев…
— Среди людей в паре решает всё мужчина, — спокойно сказал маг. — И этот оберег — моё решение. Больше к тебе никто не подойдёт с таким же предложением.
— Мужской шовинизм, да?
Он не ответил. Может, решил, что, судя по голосу, это шутка из её мира. А может, так оно и есть, да только в данной ситуации мужской шовинизм более чем уместен. Только она вздохнула от полноты чувств и снова потянулась к нему… Правда, нацеловаться вволю не дали. Стук в дверь заставил их отпрянуть друг от друга.
— Ты же сказал, что поставил вокруг сторожки заклятие! — насмешливо прошептала Селена, изо всех сил прислушиваясь к тому, кто стоит за дверью.
— Заклятие есть, да только пока поблизости бродят такие личности, как Коннор и Хельми, эти заклятия как травинка: каждый, кому не лень, сорвёт, — проворчал маг, покачиваясь на одной ноге и стараясь в спешке влезть в штаны. Селена мигом поднялась, и он смог опереться на неё.
Наконец они оба поспешно привели себя в относительный порядок (девушка ещё подумала, что надо бы сюда зеркало какое-нибудь притащить) и смогли выйти.
Напротив сторожки, на бревне, сидели, как и предугадал Джарри, Коннор и Хельми. Колин сидел чуть поодаль, явно определивший сам себя в телохранители мальчика-дракона… Слегка смущённая Селена подошла к ним.
— Веткин просил разбудить, — спокойно, без тени насмешки сказал Коннор. — Все уже пообедали. А вы всё спите. Он беспокоится.
Селена вздохнула — и, повторив вопрос, заданный ранее магу, окунулась в трудовые будни:
— Что в доме? Все живы?
— Я немного опоздаю, — в спину сказал Джарри. Она тихонько вздохнула, но обернулась и кивнула.
Мальчишки встали с бревна и пошли с обеих сторон от Селены, а Колин — позади.
Рассказывал Коннор. Хельми лишь изредка вставлял словечко-другое.
На завтрак, несмотря на бурную ночь, вышли все. "Старожилы" были очень удивлены, завидев новеньких, но ничего: насторожённо приглядываясь друг к другу, позавтракали более-менее спокойно. Даже Ирма притихла, с громадным интересом приглядываясь к малышам-оборотням, которые пока не отходили от Вильмы. На обед малышня пришла уже без Вильмы, зато с радостной волчишкой, которая вовсю верховодила в троице.
Анитра быстро осмотрела нуждавшихся в её помощи, как травницы. Везде сопровождавший её домовой Травник (по мнению Селены, внимательно слушавшей новости) принял у неё практику по оказанию первой помощи. Кажется, Асдис и Викар не только не отказались от помощи начинающей травницы, но были просто очарованы девочкой, умело обработавшей их раны. Завтрак им, кстати, подали в кладовку. И, кстати же, как выяснилось, они вовсе не собирались жить раздельно.
Мальчишки из команды Коннора заявили Моди, что здесь у каждого свои обязанности. Тот в ответ заявил, что ничего не будет делать, если только его не заставят. Мальчишки снисходительно пожали плечами и, вытащив свои рыболовные принадлежности, собрались на речку. При виде принадлежностей Моди поспешно сказал, что передумал и что тоже хочет попробовать выполнять такие обязанности. Его два друга, не отстававшие от него, потопали вместе со всей компанией рыбачить. Правда, на рыбалке, благо вокруг тихо и спокойно, троица новичков крепко уснула на травке. А рыбаки, войдя в их положение, будить не стали.
