— Позвольте быть с вами откровенным, Элизабет, — проговорил он серьезно. — Я считаю нецелесообразным в сложившейся ситуации продолжать попытки вернуть ваши способности. Понимаю, как вам тяжело, но потерпите еще немного. Ваша память о прежней реальности сейчас ценнее магии. А если я прав, и это обусловлено вашим состоянием, возвращение дара приведет к тому, что вы начнете забывать стертую реальность, как и мы все.
— Лишь бы от моих воспоминания был толк, — пробормотала я.
— Будет, — сказал уверенно ректор. — Сложно судить обо всех ваших возможностях, но мы уже установили, что сделанные вами записи, так же как и ваша память, не меняются. Поэтому, я хотел попросить вас сделать копии некоторых полицейских отчетов. Инспектор Крейг принес кое-что по моей просьбе. Если вы возьметесь немедленно, то успеете сделать основную часть работы сегодня…
А это уже пункт третий — планы на вечер.
— Хотелось бы, чтобы успели, — добавил Оливер. — Документы я взял под свою ответственность и завтра с утра должен вернуть, потому что в обед уже уезжаю.
— Уезжаете? Куда? Надолго?
— До следующего понедельника, — мужчина поморщился. — Вызывают в министерство. По нашему вопросу. Потому хочу попросить еще об одном одолжении, Элизабет. Я так и не узнал, в каких вы отношениях с родителями, особенно с отцом. Надеюсь, что в близких и доверительных. Но не нужно сообщать ему о том, что у нас тут происходит. Мы с мистером Крейгом сошлись на том, что не стоит пока докладывать наверх о том, что кто-то меняет реальность. Поднимется нешуточная шумиха, и если этот процесс управляем, тот, кто стоит за ритуалом может попытаться его ускорить. А это грозит появлением новых жертв.
— Понимаю. И благодарю за доверие.
Но о наблюдении тоже помню. О том, что мои контакты проверяются, и ничего не стоит перехватить, прочитать, а при необходимости задержать отправленное мною домой письмо.
Видимо, Оливер тоже подумал об этом. На миг отвел взгляд.
Напряжение между нами грозило застыть стеной. Срочно нужно было сменить тему, отвлечься на что-нибудь, и бог услышал-таки мои молитвы.
О том, что этот бог обладает специфическим чувством юмора, я забыла.
Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул невесть как миновавший секретаря Саймон.
— Входите, мистер Вульф, — махнул здоровой рукой Оливер.
Я улыбнулась, хотя, если подумать, забавного было мало.
Потом присмотрелась к Саймону, и улыбка стала шире: боевик сбрил свои нелепые усики. Возможно, еще несколько дней назад, после разговора с некой студенткой, но вчера я не могла этого разглядеть под стальной маской.
— Здравствуйте, мистер Вульф, — приветствовала я его радостно. — Прекрасно выглядите.
— Да? — он непроизвольно провел пальцами над верхней губой. — Спасибо, мисс Аштон, вы тоже…
— У вас какие-то вопросы, Саймон? — прервал наш обмен любезностями ректор.
— Да, я по поводу программы предварительных зачетов. Оставлял вам на согласование. Если есть какие-то вопросы…
— Вопросов нет, — успокоил молодого куратора милорд Райхон. — Программу я подписал и отдал мистеру Адамсу.
— Уже? Спасибо. Тогда… до свидания?
— Всего доброго, мистер Вульф, — попрощался ректор.
Когда за Саймоном закрылась дверь, обратил на меня суровый взор.
— Ваше поведение по-прежнему оставляет желать лучшего, мисс Аштон. Или вы считаете допустимым делать фривольные комплименты преподавателю?
— Не знаю, в чем вы усмотрели фривольность, — пожала плечами я. — Я лишь отметила, что без усов ему намного лучше. Они ведь были ужасны, разве нет?
— Были, — признал Оливер. — Но это не повод…
Дверь снова отворилась.
— Простите, милорд Райхон, — извинился вернувшийся боевик, — но у мистера Адамса программы нет, и он не знает где она.
— Как не знает? — недоуменно нахмурился ректор. — Я же сам ему ее отдал. Хотя… Точно! — он поднялся и пошел к двери. — Вы забыли согласовать ее с проректором по воспитательной работе. Я положил ее в почту мистера Крафта. Подождите минутку, узнаю, подписал ли он…
Конец фразы мы с Саймоном не расслышали, так как Оливер уже исчез в портале. Сейчас так же внезапно окажется рядом со столом мистера Крафта. У старика, должно быть, нервы уже ни к черту.
— Что у милорда Райхона с рукой? — нарушил Саймон повисшую с исчезновением ректора тишину.
Я собиралась сказать, что понятия не имею, но вместо этого глупо хихикнула.
— Что смешного в моем вопросе? — не понял боевик.
— Ничего, — хихикнула снова.
— Вы это о чем? — насторожился Саймон.
— Ни о чем, — пискнула я и зажала рот ладонью.
— О, нет, — медленно покачал головой мой бывший куратор. — Только не говорите…
— Я не говорю, — выдавила я, с трудом сдержав смех. — Молчу. Совсем.
— Ну, знаете ли…
— Знаю, — закивала я.
— А… он?
— Нет, конечно. И не узнает. Не от меня.
— Спасибо.
“Спасибо” Саймона было не то, чтобы “спасибо”, а такое обиженное “ну, спасибо”, будто это я виновата, что он травмировал непосредственного начальника. Лучше удар рассчитывать нужно!
— Вот ваша программа, — Оливер вынырнул из портала и протянул боевику бумаги.
— Благодарю, — немного отрешенно кивнул Вульф.
— Я помешал разговору? — подозрительно поинтересовался ректор, глядя то на него, то на меня.
— Немного, — не стала скрывать я. — Я спросила мистера Вульфа, не сможет ли он проводить со мной индивидуальные тренировки по боевым искусствам. Он не против, но не может определиться с днями занятий.
— Зайдите ко мне завтра после трех, — сказал Саймон, принимая мою версию разговора. — Я посмотрю расписание и выберу время.
— Хорошо. До свидания, мистер Вульф.
— До свидания, мисс Аштон. Милорд Райхон… скорейшего выздоровления.
— Значит, ничего фривольного? — спросил у меня ректор после его ухода.
— Ничего, — улыбнулась я: почудились в его вопросе ревнивые нотки.
Но, может быть, просто почудились. Потому что новых вопросов не последовало. Да и вообще, хоть я и пробыла у Оливера до позднего вечера, мы почти не говорили. Я переписывала полицейские отчеты. Он разбирал рабочие документы, из живого раскрепощенного человека, с которым накануне я провела замечательный вечер, превратившись опять в роботоподобного главу академии.
Только под конец, когда пришло время прощаться, он стал на миг тем, вчерашним.
— Меня не будет всего неделю, Элизабет. Постарайтесь держаться подальше от неприятностей. Пожалуйста. Мне бы очень не хотелось, чтобы с вами что-нибудь случилось.
