Спецназовки выпускали короткие очереди, то и дело меняя позиции, мешая противнику вести из-за автобусов прицельный огонь. Ольга делала то же самое, пока в рожке не кончились патроны. Оглянулась, ища оружие. Как назло, в непростреливаемом секторе валялся всего один труп эксмена, да и тот с дробовиком.
– На! – Рычащая от боли в простреленной голени спецназовка швырнула Ольге свой «Аспид». Приняв его в прыжке, Ольга сейчас же нырнула в Вязкий мир. Десять шагов в лиловом коллоиде. Выход. Очередь. Одним стрелком у противника меньше.
То ли несколько спецназовок телепортировали на ближайшие крыши, то ли там с самого начала были размещены стрелки – этого Ольга не поняла. Ясно было только то, что идет уже не бой, а расстрел, и последний бунтовщик умрет через несколько секунд, так и не получив вожделенного шанса взять жизнь за жизнь. По природной испорченности эксмены всегда стремятся к тому, чего не должно быть.
Летящие из-за автобусов пули еще рикошетировали от асфальта и плющились от стены, но по существу работа была сделана. Ольга телепортировала к раненой.
– Как ты?
– Лучше не бывает! – Кривясь от боли, конопатая девчушка нашла в себе силы рассмеяться сквозь всхлипы. – Там уже ажур? Тогда помоги затянуть жгут.
Пока Ольга помогала, бой действительно кончился. Слышались только одиночные выстрелы – шла зачистка. Безвозвратных потерь группа не понесла. У облупленной стены нелепо скорчилось тело случайной прохожей, не успевшей ни телепортировать, ни скрыться в ближайшем подъезде. Трудобоязливый эксмен-дворник, недовоевавший с сугробом, оставил в нем свой ломик и, разумеется, смылся, как только стало ясно, кто возьмет верх, то есть практически сразу. Вдруг стало слышно журчание ручья, весело бегущего вдоль тротуара.
– Грязь! – чему-то засмеялась девушка. – Хвала Первоматери, что оттепель! По ливневой канализации они не пройдут, а через другие подземные коммуникации смогут только просачиваться малыми силами. К тому же туда пустили газ. А в метро они не полезут, понимают, как их там встретят…
– Кого? – спросила Ольга и вдруг поняла: то, чему она только что оказалась свидетелем и участницей, еще не далеко все – просто малый эпизод чего-то гораздо большего. Еще ничего не кончено. – Да что вообще происходит?
– То, чего ждали, – объяснила конопатая. – «Черные саваны» объединились с бандой Ефрема Молчалина и еще Первоматерь знает с кем. Ну и взбунтовали эксменские районы, там сейчас такая каша… Вот увидишь, они будут пробиваться к центру по меньшей мере с десяти сторон…
– Кто такая? – раздался прямо над ухом резкий начальственный голос. – Полиция? Почему здесь? Какой отряд?
– Мытищинский, – доложила Ольга, выпрямившись. – Здесь случайно. Сержант Ольга Вострецова. Считайте, что я в вашем распоряжении.
– Вряд ли ты нам пригодишься. – Подтянутая моложавая женщина-лейтенант с резкой вертикальной морщинкой над переносицей оглядела Ольгу снисходительно-насмешливо. – За рвение благодарю, но… Постой, это не тебя вчера показывали по спортивному каналу?
– Так точно, меня.
– Тогда так и быть, идем с нами. Вперед не лезь – мои девочки натренированы на работу в группе, ты им только помешаешь. Ничего, на подстраховке толковые люди тоже лишними не бывают. Запасные рожки возьми, вот. Эй, кто там копается? – пронзительно закричала лейтенант в ту сторону, где еще стучали одиночные выстрелы. – Все сюда! Звено Колышкиной остается здесь, остальные за мной! Направление – Маросейка. Идем по крышам, держимся вместе. Отставших не ждем. – Взгляд в сторону Ольги. – Любой эксмен – цель. Пленных не берем. Пошли!
Почти с восторгом Ольга вновь почувствовала липкое прикосновение Вязкого мира. Азарт захватил ее. Вперед и вверх! Воображаемая лестница, ступеньки высоки и узки. Вверх! Путь по крышам и ближе, и безопаснее. Лейтенант – умница. Жаль только, что полицейских не заставляют тренироваться в телепортациях с такими перепадами по высоте, – вот и нет навыка. Не отстать бы…
Край крыши. Жестяной гром под ногами. Нырок – противопроложный край. Вдох-выдох. Еще нырок – над крошечным замусоренным двориком. На черта тут дворик?.. Толстая тетка растерянно глядит в небо. Эксмен-помойщик трусливо прячется за мусорным баком, притворяясь кучей тряпья. Чья-то короткая очередь. И снова грохот жести. И еще нырок – к краю крыши. Теперь через переулок…
Она отстала от группы всего на пять-шесть секунд. Очень хороший результат, если учесть, что спецназовки имели миниатюрные аппараты для дыхания в Вязком мире, а ей приходилось вентилировать легкие после каждых двух-трех нырков.
И еще мешала одна мысль, забравшаяся в голову как нельзя некстати: что значит «пленных не берем»? Некогда возиться с ними? Хм… Вероятнее другой вариант: допросы излишни, вот и пленные не нужны. То есть надо понимать так, что федералы полностью контролируют ситуацию и события развиваются по их сценарию? Да, похоже на то. Если даже рядовая спецназовка знает удивительно много, куда больше своей непосредственной задачи, то каков же уровень информированности у верхов?..
Стопроцентный?
А если так, то зачем было допускать бунтовщиков в самый центр города? Кому, для чего понадобилась эта уличная война? Не проще ли было подавить бунт в зародыше, не позволив ему распространиться за стены эксменских кварталов?
Эта мысль была как холодный душ. На одно мгновение узкие улицы городского центра показались Ольге трубами гигантского оргАна, а толпы людей, эксменов и машин – потоками воздуха, нагнетаемого в трубы невидимыми мехами. Но чьи пальцы нажимают на клавиши? И какая играется пьеса?
Быть может, только кровавой вакханалии, захлестнувшей центр столицы, и не хватало кое-кому для того, чтобы убедить Ассамблею передать все силовые структуры Федерации в ведение Департамента федеральной безопасности?
Но Ольга тотчас задвинула эту мысль в дальний угол. Потом, не сейчас! Пришло время действий, а не домыслов.
На Маросейке, однако, было тихо. Улица патрулировалась. Похоже, в планы инсургентов, если у них вообще были какие-нибудь определенные планы, не входил прорыв в этом направлении. По знаку лейтенанта все телепортировали вниз, на тротуар. Команду «вольно» спецназовки восприняли буквально – одна даже закурила. Ольга покосилась на нее с неодобрением. Насколько все-таки живучи в людях пороки, даже в лучших из них! А попробовала бы ты, голубушка, ходить Вязким миром без дыхательного аппарата – много бы ты прошла с просмоленными легкими? Удивительно, что курящих вообще держат в спецподразделениях, а не гонят в три шеи. Хотя, конечно, общие правила писаны для кого угодно, только не для федералов…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
