Вебб заорал от боли, второй рукой дёрнувшись к кнопке под столом.
- Неа, не прикасайся к сигнализации. - Руку мужчины Лотэр сжал в своём кулаке. Лёгким нажатием он раздробил кости Вебба, словно ореховую скорлупу.
Когда мужчина издал новый крик, Лотэр улыбнулся, зная, как ужасающе сейчас выглядит - практически лицо смерти.
- Сейчас перед тобой два варианта, человек. Если ты выдашь мне комбинацию сейфа и расскажешь, какие там установлены ловушки, я, возможно, пощаду твою жизнь. Либо я буду тебя пытать ради этой информации, а потом выпью твои воспоминания, чтобы найти и наказать также твою семью. У тебя же есть спрятанная где-то семья, не так ли?
- Никогда. Никогда я тебе не скажу!
- Очень хорошо. Если ты будешь сопротивляться, я получу больше удовольствия.
...
Он пытал Вебба до тех пор, пока тот не взмолился, чтобы ему позволили рассказать всё. Через некоторое время Лотэр ему разрешил.
- И последний вопрос, - сказал Лотэр, поднимаясь над искалеченным телом мужчины. - Кто дал Ордеру моё имя? Кто включил меня в список Чейза для поимки?
Когда Вебб слабо засмеялся, на его губах пузырилась кровь:
- Вампир... где-то в глубине... ты знаешь.
В этот момент хладнокровие Лотэра ему изменило. Конечно, он подозревал это раньше, но это не могло быть правдой.
- Невозможно.
Беспрерывно кашляя, Вебб прохрипел:
- Ты знаешь ... кто нам тебя сдал.
Должно быть, он лжёт. Лишь один способ узнать наверняка.
Взгляд Лотэра переместился на шею мужчины. Будет ли эта жертва той, которая отправит его в бездну? Сможет ли он остановиться, чтобы не выпить Вебба досуха?
Должен рискнуть.
- Сейчас я собираюсь тебя высушить. - Лотэр рывком поставил мужчину на ноги. - Сопротивляйся этому. Это добавит нюанс. - С этими словами он пронзил его ярёмную вену, поморщившись от вкуса крови.
В сравнении с Элизабет вкус коммандера напоминал канализацию. Однако Лотэра влекло так предстоящее убийство, что он всасывал кровь всё сильнее, а тело Вебба от потери крови становилось всё легче и легче.
Когда тело мужчины обмякло в его руках, Лотэр отбросил его, отскочив назад.
Что было в его крови?
Наркотик затуманивал рассудок. Неразбавленный, сильнодействующий. Он действовал слишком быстро, чтобы Лотэр смог понять, что происходит. Он плавно скользнул вниз по стенке, закрыв глаза, чтобы не видеть, как вращается комната.
Как только Вебб испустил последний хриплый вздох, быстрый поток образов хлынул в мозг Лотэра. Он впал в полудрему, погружаясь в запутанные воспоминания мужчины.
Казалось, прошли часы, прежде чем Лотэр смог увидеть воспоминание, которое искал...
Коммандер не солгал о том, кто предал Лотэра.
К горлу Лотэра подступила желчь, всплеск глубокой ненависти привел его в чувства. Он приоткрыл глаза. Каждый, кому он безоговорочно верил – мертвы или предали его.
Элизабет всё ещё могла пополнить один из двух списков. Либо оба сразу.
Вечные измены. Стефанович, Сергей, Федор, Саройя, и даже единственное существо, которое Лотэр называл другом...
Только не Элизабет. Она не предаст.
Он с трудом поднялся на ноги, пнув безжизненное тело Вебба, туда тебе и дорога, придурок,
потом двинулся к сейфу.
Сейчас нужно обезвредить все охранные системы.
Нажать на кнопку здесь, ввести фальшивый код, повернуть один раз рычаг. Ввести настоящий код.
Как сборка головоломки. Если бы на кону не находилось так много, Лотэр мог бы получить от процесса удовольствие.
Дверца сейфа открылась с глухим шипением. Вот оно. Чёрный бархатный мешочек.
Он вытащил из него кольцо. Надевая на себя это обычное золотое украшение он чувствовал излучаемую им бездонную силу.
Не теряя ни секунды, Лотэр повернул кольцо, загадывая желание.
Отправиться назад во времени, чтобы отменить мои клятвы Саройе Жнице Душ.
Ничего. Лотэр не ощутил никакой вспышки силы, как было в прошлом даже с более слабыми талисманами.
Возможно, перемещения во времени кольцо запрещает. Желание он изменил:
Уничтожь мои клятвы Саройе.
И снова ничего. Боги, кольцо его отвергало, клятвы оставались неприкосновенными. Позыв уничтожить свою Невесту становился всё более сильным.
На шахматной доске лишь смерть оставалась единственным возможным ходом. Смерть Элизабет или его собственная?
Он посмотрел в окно. Всходило солнце, сквозь далёкие горы уже пробивались его лучи.
Словно цепкие пальцы. Его первым инстинктом было упасть на пол, чтобы избежать их неотвратимой хватки.
Способен ли он принести себя в жертву ради Элизабет? Часть его могла с трудом поверить, что Лотэр - Враг Древних с чёрным сердцем - вообще рассматривает такую возможность! Чтобы пощадить девушку - сможет ли он обратить себя в пепел?
Как сделала Ивана много лет назад, чтобы защитить его...
Он говорил себе, что обдумывает это возможность только потому, что смерть Элизабет всё равно его прикончит. Разве может вампир продолжать жить без своей Невесты? Он пытался убедить себя в том, что в его сердце нет никаких сомнений по поводу этого решения.
Но они были.
Маленькая смертная, ты изменила все...
...
Прямо перед тем, как Ивана отправилась навстречу своей смерти, Лотэр спросил её:
- Как ты можешь так поступить?
В конце концов он понял её ответ.
Потому что всё, что есть во мне ценного - начинается с Элизабет.
Он потёр свою грудь, испугавшись боли, которую чувствовал там.
Хотел бы я взглянуть на неё в последний раз...
Расправив плечи, он телепортировался наружу, чтобы встретить рассвет, бросая вызов врагу, которого избегал всю свою жизнь.
И он молился, чтобы этот враг сумел его победить.
ГЛАВА 46
- Это случилось, - призналась Элли, обращаясь к Бэлери. - Я в него влюбляюсь.
Они на веранде наблюдали закат солнца, пока Элли с тревогой ожидала возвращения Лотэра. Он отсутствовал целый день.
Перед его уходом Элли вновь сказала, что не будет волноваться.
Довольно.
Чуть раньше заходил Тэд. Они с Бэлери пытались отвлечь Элли от раздумий, но её дурное предчувствие всё усиливалось/
В четыре часа вечера она потребовала, чтобы Бэлери раскинула кости. То, что фея в них увидела, заставило её смертельно побледнеть и сдавленно прошептать лишь одно слово:
- ... горит.
Когда Бэлери снова удалось взять себя в руки, она нацепила фальшивую улыбку и сказала, что эта попытка с костями была "фигнёй". И несмотря на все Эллины просьбы, сказать что-то большее она отказывалась.
И сейчас Бэлери заметила:
