ко второй.
— Ну говори уже. Чего надо?
— Вопрос простой — за каким йотуном вы сюда забрались, что уволокли и куда дели.
— Кхе, так я тебе и сказал.
Халлек пожал плечами и всё-таки поймал вторую ногу, накрепко притянув её к первой. Резвости у гнома сразу поубавилось. Теперь он мог размахивать только руками. Секира при падении отлетела назад в проход, и дотянуться до неё было невозможно.
— Думай быстрее, время идёт. Там, — он показал пальцем наверх — вечереет. Холодно становится. Ты в железе, по грязи хорошо поедешь.
Гномы славились упрямством, но этот раскололся, когда его руки оказались пойманы в петлю и Халлек, упираясь, потащил тушку в сторону обчищенного зала. Тушка мычала и ругалась, да и весила прилично, но к середине ночи вполне можно было закантовать гнома наверх.
— Да остановись ты, верзила! — рявкнул гном. — Чего знать хочешь?
Глава 53
Гном рассказал много интересного, но мало полезного. Добро, хранившееся на нижнем ярусе пещер, они обнаружили случайно, прокладывая новый разведывательный тоннель — именно в нём и произошла стычка. Утащили без умысла, просто из любви к скопидомству и драгоценностям. В этом они уступали разве что драконам. Переместили ценности, так сказать, из одного места хранения в другое. Зато подгорный житель поведал, что его деловитые сородичи придумали механическую многосоставную повозку для поездок и перевозки грузов. Передвигалась она по железным кованым полосам, проложенным прямо в камне.
— Значит, это она шумела там, подальше?
— Ага, — кивнул гном.
— А куда увезли всё что здесь спёрли?
— Не спёрли, а переместили, — буркнул гном в ответ.
— Знаешь что… там, сверху, на скале стоит замок. Замок мой, эти пещеры обработаны его предыдущими владельцами. Следовательно, и пещеры тоже мои. Это подтверждено соответствующими грамотами и так далее. Как думаешь, твоим соплеменникам нужна тяжба с Империей?
— Не моего ума это дело, — гном пожал плечами. — Если хочешь потолковать, тебе к набольшим нашим надо, в Кабаз-Мол.
— Я в ту сторону и так и так собирался. Может отведёшь к здешним, кто тут работает, с ветерком и доедем.
На лице гнома, снявшего после волочения по грязи шлем — он больно бился об камни — отразилась длительная работа мысли. Тугодумами они не были, просто тщательно взвешивали все за и против. Халлек не торопил его, вырисовывалась отличная возможность поймать двух — точнее трёх — хохотунцов и не получить по морде от водяного. Наконец бормотание и загибание пальцев прекратилось.
— Отведу. Недалеко наши проходчики стоят, их старшина договорится с вожатым состава.
Халлек развязал гнома и помог ему подняться.
— Только это… ты не говори что побил меня, хорошо? Вроде как встретились и всё, — смущаясь, проговорил он.
— Договорились, — усмехнулся нордхеймец и назвался. Пора бы уже было познакомиться.
— Меня называют Фраар, — церемонно поклонился гном.
Проход, в котором они сцепились, оказался довольно длинным, но при этом совершенно прямым, как натянутая нить. Искусство гномов в прогрызании гор не знало себе равных. По нему пришлось идти долго, пока не вышли в округлый тоннель десяти шагов шириной. Здесь были проложены две колеи из металлических полос, тускло блестящих в свете редких ламп. Халлек, немного знакомый с горным делом, представил размах и качество работ и поёжился. Даже инженеры Весталии ещё не дошли до такого, их труд в основном был направлен в морскую сторону.
Почти через версту пути на восток вдалеке в тоннеле появилось расширение. Оттуда лился мерный рабочий гул, позвякивание каких-то механизмов, скрежет и шелест воздуха.
— Вот, наши работают, — с гордостью в голосе сказал Фраар. — Проходческая команда, они и создают тоннели.
Навстречу побежал очередной состав. Гном оттянул Халлека к стене. Мимо них проехала брякающая и лязгающая гусеница из дюжины заполненных породой и битым камне больших ящиков на колёсах. Влекла их жужжащая повозка длиной шагов в десять. Управлял ею важный пожилой гном, руки в длинных перчатках лежали на двух рычагах. Он кивнул Фраару, всё равно расслышать что-то в этом гуле и лязге было невозможно, и покатил дальше. Халлек проводил состав взглядом. Он двигался со скоростью рыси хорошей лошади.
— Нам туда, — Фраар махнул рукой. — Старшина находится в забое, возле проходчиков.
Через час Халлек восседал вместе с вожатым состава на головной вагонетке — так назывался этот тягач — и ехал на запад. Сзади громыхали короба с выбранной из забоя породой. Её вываливали в какой-то глубокий разлом на обратной дороге, и там же Халлек должен был пересесть на другой состав. Старшина снабдил его сквозной подорожной, едва узнал что у него серьёзное деловое предложение к совету Горного Рынка. Особенно убедительным было заверенное Тайной канцелярией свидетельство о собственности на замок.
На месте свала породы они задержались ненадолго. Рабочие подбежали, вынули из гнёзд стержни, удерживающие кузова, и опрокинули их на вырубленные прямо в камне желоба. Грохоча и шурша, камни посыпались в пропасть. Вожатый, его звали Бивёр, отдохнул немного, перекусил вяленым мясом и вновь уселся на свой сверхважный пост.
А на следующем перегоне случилось что-то непонятное. Гном, управлявший составом, сначала сбавил скорость, стал пристально всматриваться вглубь тоннеля, подсвеченного редкими светильниками. Халлек пододвинулся ближе.
— В чём дело?
— Пока не знаю. Чую.
— По мне так этого достаточно.
Бивёр кивнул.
— Мне тоже.
Подхватив секиру, которая лежала у его ног на ребристом полике, он окончательно остановил состав. Вытащил из зажима рядом с рычагами широкий длинный нож.
— Не нравится мне это.
Халлек, прислушавшись, уловил лёгкие колебания воздуха, а потом и камня. Они с гномом слезли с головной вагонетки, переглянулись и одновременно спросили друг друга:
— Что это?
Со свода тоннеля начали осыпаться мелкие камешки. К ним что-то приближалось. Дохнуло чем-то густым и жарким.
Бивёр выдохнул, но непонятно, то ли с облегчением, то ли обречённо:
— Горный червь.
— Что это за тварь такая?
— Мы сами толком не знаем. Встреча редко заканчивается хорошо, — пробормотал гном себе в бороду. — Я его первый раз увижу, вот.
— То есть ты не знаешь, как с ним справиться?
— Неа, — с удивительной простотой в голосе пожал плечами Бивёр.
Халлек вздохнул и огляделся. Тоннель был достаточно широким, чтобы в нём могло разместиться его невеликое драконье обличье, но недостаточно, чтобы увернуться от мало-мальски крупной помехи. А судя по приближающейся дрожи камня, помеха была немаленькой.
— Лезь-ка ты под вагонетку.
— А ты?
— Не беспокойся, я кое-что умею. Надеюсь, поможет.
Нордхеймец точно знал, что в шкуре звероящера ему не опасны ни огонь, ни холод любых проявлений. Но будет ли его собственное пламя воздействовать на горного червя, который, кажется, проделывает
