Но в какие края предстояла поездка, с каким заданием, на какой срок — об этом супруги Вартанян не говорят до сих пор. Ближний Восток, Китай, Европа... Известно лишь, что за нелегальную работу в этот период Георгию Андреевичу присвоено звание Героя Советского Союза, а Гоар Левоновна награждена орденом Красного Знамени. Он стал первым советским разведчиком-нелегалом, получившим это высокое звание за работу в мирное время. Конечно, были и другие награды, но именно эти семейная пара разведчиков ценит больше всего.
В 1968 году, в возрасте 44 лет, Георгий Вартанян получил свое первое и единственное звание — полковник. Гоар так и не была аттестована.
Из своей последней загранкомандировки они вернулись на родину осенью 1986 года. Через несколько месяцев Гоар Левоновна вышла на пенсию, Георгий Андреевич продолжал службу до 1992 года. Впрочем, фактически она не закончилась еще и сейчас.
ЛЕГКО ОБЩАТЬСЯ С НЕЛЕГАЛАМИ
Подходя ранним утром к дому недалеко от проспекта Мира, я думал, что без особого труда узнаю географию негласной работы своих новых знакомых, даже если они об этом не скажут и слова. Ведь все привозят домой какие-то предметы, сувениры, безделушки в память о тех местах, где им приходилось бывать. Боялся другого... Как встретят, насколько будут откровенны, раскованны в общении или, наоборот, — замкнуты, подозрительны, немногословны. Да и не надоем ли я за целый день со своими вопросами людям достаточно почтенного возраста.
Звонок. Дверь открыла миловидная дама и, приветливо улыбнувшись, как-то просто и буднично, словно старому знакомому, сказала:
— Здравствуйте, проходите. Меня зовут Гоар. А вы вовремя, как раз к завтраку.
В коридор из комнаты вышел хозяин — Геворк Андреевич. В его облике европейский шарм прекрасно сочетался с колоритным восточным радушием и гостеприимством.
— Прошу, присаживайтесь, где удобнее, — сказал он, провожая меня в гостиную. И никакой напыщенности, никакого недоверия.
Так начался мой день в семье нелегалов.
В провальные 90-е года не раз приходилось читать и слышать о трудной жизни в нашей стране разведчиков-нелегалов, приехавших домой после долгих лет работы за границей. Им трудно вернуться в привычную для нас жизнь, адаптироваться к новым условиям. Да ведь и страна стала другой, не той, которая их посылала на опасную и трудную работу за кордон. И в этой ситуации они будто бы всеми забыты, прозябают остатки своих дней в неизвестности, на нищенскую пенсию, в жалкой квартирке, один на один со своими болезнями, проблемами и старостью. По самая большая трагедия — крушение коммунистических идеалов, тех самых высоких и светлых идей, в которые они свято верили, которым беззаветно служили и за которые были готовы отдать свою жизнь. Теперь все это не просто осталось в прошлом, а в одночасье рухнуло, было извращено и оболгано. В итоге — неизбывная тоска, одиночество, беспробудное пьянство, тихая смерть и провалившаяся, заросшая быльем, позабытая всеми могила где-нибудь на краю одного из московских кладбищ.
— Да полная ерунда, — прерывает меня Гоар Левоновна. — Это просто чушь, которую и опровергать не стоит. Конечно, вернувшись после долгой командировки из-за границы, трудно привыкать к новой обстановке, знакомым, условиям жизни и быта. В конце восьмидесятых годов одного нашего знакомого, тоже разведчика-нелегала, продавщица в магазине просто обложила матом. Он просил у нес равиоли, показывая на пельмени, а она никак не могла понять, что ему нужно.
— А с вами случались подобные ситуации?
— Сколько угодно. Когда мы окончательно вернулись из загранкомандировки на Родину, началось время горбачевской борьбы с пьянством, — продолжает моя собеседница. — Помните, тогда в магазине каждому покупателю давали только по две бутылки водки, да и то в обмен на пустую посуду. Подаю я продавцу две бутылки, а он мне так это грубо: «Кольца снимай». Я возмутилась, с какой стати я буду снимать свои золотые кольца. Очередь уже волнуется, шумит. А он на меня смотрит, как на идиотку, и свое: «Кольца снимай». Я совсем растерялась. Слава богу, кто-то из очереди мне подсказал, что нужно снимать колечки от пробок, которые остаются на горлышке бутылки...
— Где-нибудь за границей подобная ситуация могла бы привести к расшифровке и провалу...
— Конечно. Но теперь об этом без смеха вспоминать не могу...
— Работая за рубежом, многие наши нелегалы владели крупными фирмами. Ваш отец, тот же Конон Молодый имели очень прибыльное дело. А как разведчикам живется здесь, па обычную зарплату российского служащего или на пенсию?
— Да-а, с зарплатой, не говоря уже о пенсии сотрудника российских спецслужб, трудно смириться... Особенно тем, кто за границей работал «под крышей» преуспевающего бизнесмена, — рассмеялась моя собеседница.—Но нам не привыкать. Все четыре года учебы в институте Геворк проходил в одном пиджаке. И ничего. Сейчас финансовые проблемы сотрудников спецслужб и пенсионеров улучшаются.
— Кстати, прошу прощения за меркантильный и весьма неприличный в наше время вопрос, но все же, какая у вас пенсия?
— Как у полковника внешней разведки, имеющего максимальную выслугу, плюс определенные надбавки. Кроме того, Геворк получает как Герой Советского Союза. В общем, не жалуемся, нам вполне хватает.
— Кто прожил большую и трудную, полную риска жизнь и имел мною денег, знает, что далеко не все определяется толстыми пачками купюр. — Это вступил в разговор Георгий Андреевич. — Абсолютное большинство тех людей, с которыми я работал в разведке, трудились не за деньги. А вот дружба, помощь в трудную минуту—это действительно, дорогого стоит. А еще чувство Родины. Вы не представляете, как это важно для человека, который долгие годы живет за границей. Как бы трудно ни было, но ты знаешь, что за тобой—великая, могучая держава, которая не оставит в беде и всегда тебя поддержит, а если надо, то и защитит. Ради этого сюит жить к работать.
— И о забытых разведчиках — пике явный перебор, — продолжает Гоар Левоновна.—Конечно, далеко не все они рассекречены даже после смерти, но, поверьте, никто из них не забыт. Нам постоянно помогают коллеги из Службы внешней разведки. Мы дружим семьями с другими нашими нелегалами. У нас, например, прекрасные отношения с Джорджем Блейком, мы знали семью Филби, дружили с Коэнами. А недавно были у наших друзей, которые живут в прекрасном пансионате для ветеранов разведки. На обратном пути заехали на Хованское кладбище, к могиле нашей легендарной разведчицы «Патрии». Ее настоящее имя — Африка. Она испанка, в годы Отечественной войны была заброшена в немецкий тыл и воевала в составе знаменитого партизанского отряда Дмитрия Медведева. А после войны более двадцати лет работала за границей разведчиком-нелегалом. На надгробном камне надпись: «Полковник Африка Де Лас Эрас. Почетный сотрудник органов безопасности».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
