— Спасибо.
— Не за что, если вдруг забыл, я все еще отвечаю за ваши жизни. Одного вот не уберег.
— Похороните его как подобает, очень тебя прошу.
— Обещаю. — командир ударил кулаком в грудь.
Доедали тушенку мы молча. Я вспоминал друга, Мирон думал о чем-то своем. Через полчаса мы двинулись в сторону заставы. Несколько километров наши пути должны были совпадать.
— Ты, кстати, так и не ответил, — после преодоления очередного оврага Мирон прервал молчание, — что за белые полосы у тебя из рук выросли, когда ты Обрезкову руку отрубил?
— Это так важно?
— Нет, просто такое заклинание я ни разу не встречал, как и остальные, а значит ты использовал эйхор, что уже о многом говорит. Я к чему веду-то, если вдруг окажешься на людях и снова используешь те ленты, то, сам должен понимать, демаскируешь себя сразу же, так что не хвастайся ими лишний раз, уж больно приметная штука.
— Хороший совет. Мирон, ты часом не разведчик каспийского княжества? Слишком умный для простого воина, — усмехнулся я.
— Тупые тут долго не живут. Матвеев — наш контрразведчик, давно ко мне присматривается, но пока вроде Четверо берегут.
— Расскажи про повстанцев.
— Да какие это повстанцы. — мужчина махнул рукой. — Название одно. Понимаешь, простые люди недовольны своей жизнью. Когда тебя в любой момент какой-нибудь зачуханный маг может разрубить пополам, это, знаешь ли, неприятно. Большинство смирилось, и терпит. Всегда ведь так жили, зачем что-то менять? Но некоторые пытаются найти лучшую долю. В других странах все так же или даже хуже, вот и приходится таким людям искать свободу в лесах.
— То есть в той деревне, куда я пойду, живут не только одаренные? У меня почему-то сложилось впечатление, что туда стекаются выпускники интернатов и подобные им.
— Да нет конечно. Всяких людей там хватает, но и магов много.
— И их все еще не вырезали?
— Деревни хорошо спрятаны, а люди оттуда почти не выходят. К тому же, многие там просто хотят жить и не мешать жить другим, поэтому на воинские отряды не нападают, караваны с провизией не грабят. Некоторым поселениям не один десяток лет уже, и раз их еще не нашли, значит все они делают правильно.
— Возможно, — согласился я.
Прошло еще два часа прежде чем мы с Мироном дошли до места, где должны были разойтись. Командир к этому времени передал мне мешок с провизией, походным снаряжением и одеждой.
— Тут мы уже ходили раньше, дальше сможешь дорогу сам найти? — спросил Мирон.
— Должен, — кивнул я. Местность действительно казалась знакомой. По крайней мере, я точно помнил, стоявшее неподалеку раздвоенное дерево, которое постоянно попадалась нам во время походов к Месту силы.
— Отлично. Если через неделю нужный человек не появится, выбирайся сам, но надеюсь, все пройдет удачно.
— Как он выглядит хоть?
— Старый, ворчливый, лохматый. Имя говорить не буду, ну мало ли. Так, теперь самая неприятная часть начинается. Надо, чтобы все поверили в то, что ты меня едва не убил. Бей по руке и ноге рассекающими.
— Кровью не истечешь?
— Ты главное сухожилия не задень. Целься по мясу, а дальше я сам разберусь.
За то время, что мы шагали по лесу, магические силы начали постепенно возвращаться ко мне, и их уже хватало для простых заклинаний. Не оттягивая неприятный момент, я направил энергию в рассекающий удар и нанес две глубокие раны на теле Мирона. Мужчина стиснул зубы от боли, но не проронил ни звука.
— Не перестарался? — спросил я у командира.
— Все, вали давай, — процедил Мирон, после чего закрыл глаза. Через секунду кровь, крупными струйками текущая на землю, начала останавливаться.
От приметного дерева до Места силы было около трех часов быстрого хода. Этого времени мне вполне хватило, чтобы привести мысли в порядок. Про Витька старался не думать, за смерть парнишки я отомщу, а корить себя из-за произошедшего, прокручивая раз за разом тот день — бесполезно. Вопрос с внезапно открывшимися способностями я решил пока оставить, чтобы проанализировать его в более спокойной обстановке. По здравому размышлению выходило, что Мирон прав и белые ленты, стекающие с рук — это эйхор, проснувшийся в экстремальной ситуации. В книге Илоны писалось про такую возможность. Ну что, теперь у меня полный набор безусловных способностей княжеского рода — боевое и мирное. В любом случае, скоро я узнаю, верны ли мои выводы. В Месте силы заняться будет нечем, вот и поэкспериментирую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Также мне было интересно, как отреагирует княжество на штурм заставы. Конечно, каспийские мстили за рейд на свою территорию, но такую оплеуху я бы на месте Орлова спускать на тормозах не рискнул — легко нарваться на обвинения в слабости. Пусть князь здесь — абсолютная власть, но сильные роды могут воспользоваться ситуацией в свою пользу, а значит должна быть ответка. Вопрос только в каком виде. Вряд ли конечно, начнется полномасштабная военная кампания, а вот взаимные рейды участятся. Накаляется обстановка, как бы не взорвалось все. Мне-то это даже на пользу пойдет, но жаль интернатовцев, их наверняка привлекут к военным действиям.
Шагать по привычному маршруту в одиночку было непривычно. Я невольно искал глазами Мирона, Берта и конечно же Витька. Приходилось постоянно одергивать себя, напоминая, что очередная страница моей жизни перевернута. Пацанов я больше не увижу. Витек нашел свое последнее пристанище, а Берт, если выживет, вернется в интернат, куда мне хода нет.
Висящее в воздухе пламя я встретил как старого друга после долгой разлуки. Место силы, спрятанное в лесной чаще, укрыло беглого курсанта, подарив мне время для того чтобы прийти в себя.
В первый день я просто отлеживался, восстанавливая силы. С магией пока не экспериментировал. Бой, ранение и последовавшее за ним лечение вытянуло из меня все соки, и ослабленный организм требовал покоя. Поэтому я ел, спал, медитировал возле костра и старался ни о чем не думать.
На следующее утро силы вернулись ко мне в полном объеме, если даже не в большем. Все-таки это место очень благотворно сказывалось на самочувствии магов. А раз так, то пора было подумать о том, как изменится моя жизнь, но сперва мне хотелось разобраться с эйхором.
Каким образом мне в прошлый раз удалось вызвать магические плети, я не имел ни малейшего понятия. Поэтому, сейчас находился в тупике. Мысленные призывы ни к чему не приводили. Попытки воспроизвести состояние, в котором я пытался убить Обрезкова, вызывали только раздражение и злость. В итоге, я решил прибегнуть к последнему известному мне способу самопознания и нырнул в транс.
Море бурлило. Мирная водная гладь, к которой я привык, посещая свой внутренний мир, исчезла, уступив место круговерти течений. Вокруг все менялось и бурлило, создавались и тут же исчезали водовороты, водные потоки перекрещивались друг с другом, чтобы спустя секунду уступить место новым. Меня будто в калейдоскоп засунули, и что забавно, это совершенно не пугало. Я чувствовал, что так и должно быть.
Изменилось и мое тело. Китообразное существо пропало. Я висел в воде желеобразным сгустком протоплазмы и при этом мог каким-то образом шевелиться и видеть себя.
Амебообразное существо мне не слишком пришлось по душе, на автомате я подумал, что акула была куда симпатичнее. В тот же миг форма моего тела начала меняться. Из комка плоти будто неизвестный скульптор начал лепить крупную акулу со всеми причитающимися ей атрибутами. Треугольный плавник, два ряда острых зубов в широкой пасти, мощный хвост и плотная шершавая шкура.
Такие кардинальные изменения в этом мире не могли произойти просто так. Так вот значит какой ты, третий уровень слияния. Понять бы еще, что за возможности ты мне несешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 12
Метаморфозы, произошедшие с телом, удивляли. Я какое-то время продолжал развлекаться, меняя форму и размеры аватара, испытывая его на прочность. Тем не менее, какой-то практической пользы от игры в метаморфа, я не видел. Да, это интересно, да, позволяет подстраивать тело под сиюминутные нужды, однако водный мир, в котором я находился, являлся просто отражением того, как мой мозг, или та его часть, что отвечает за работу с силой, воспринимает магическое поле. По крайней мере, так меня учили.
