Отдельная история – позиция президента СССР в дни его форосского пленения и вокруг них. Не все там складывается в однозначную картину. Была и в этом некая двусмысленность.
Александр Руцкой, вице-президент Российской Федерации (1991–1993)
В сентябре 1991-го, когда уже все это закончилось, мне стало известно, что Государственный комитет по чрезвычайному положению формировался еще в марте, весной. Для меня лично это был шок. Получается, президент СССР просто подставил своих товарищей. Обсуждалось это дело в марте готовился закон о введении чрезвычайного положения. Потом происходят все эти события, появляется Государственный комитет по чрезвычайному положению, а Горбачев их просто подставляет, вот и все. (стр. 56)
Виктор Алкснис, народный депутат СССР (1989–1991)
…Что было в августе на даче у Горбачева? Я знаю, он решение действительно отказался принимать. Он боялся, сказал: «Я в отпуске, я больной. Ну, в общем, действуйте». И главное – как всегда, отсидеться. Гэкачеписты видят, что человек не принимает решения, но поддается влиянию. <…> Поэтому ему говорят: «Ладно, Михаил Сергеевич, мы отключаем тебе телефон, никого сюда не будем пускать». И поэтому, когда он строит из себя героя, который бросил им в лицо… Вы меня извините… (стр. 100)
Александр Руцкой, вице-президент Российской Федерации (1991–1993)
…Все это не что иное, как актерство… Когда человек арестован и у него, скажем образно, связаны руки, у него совершенно другое поведение. <…> Не было никакого ареста. <…> …Такой характер у человека – он просто самоустранился и смотрел со стороны, куда выведет кривая. Если побеждает ГКЧП, он на белом коне и начинает уже не перестройку, а закручивание гаек. Если ГКЧП проваливается… <…> …мученик. «Вот видите, что эти негодяи совершили? Это они. А я-то тут при чем?» Вот такими способами он все время пытался удержаться у власти. (стр. 58–59)
Между тем Генеральная прокуратура России, которая вела следствие по делу ГКЧП, однозначно заключила, что изоляция в Форосе была полной, и возможности ее преодолеть Горбачев и его окружение не имели. Но все же остается ощущение, что президент СССР несколько переиграл, пересидел чрезвычайно удобную и своевременную для него тогда роль пленника, затворника поневоле – в расчете на дискредитацию главных противников и на извечную русскую «милость к падшим». Не случилось.
По крайней мере невероятно трудно представить себе в подобной роли, скажем, первого президента России. Невозможно представить…
Итак, как уверял английский поэт Джон Харингтон, «мятеж не может кончиться удачей, в противном случае его зовут иначе»[157] …
ГКЧП провалился потому, что, во-первых, инициаторы затеи не были готовы идти до конца, более того, оказались не способны элементарно просчитывать шаги на ближайшую перспективу.
Виктор Алкснис, народный депутат СССР (1989–1991)
…Если бы ГКЧП победил, то все бы у нас пошло по-другому. Все наши нынешние беды идут оттуда. Проблема только в том, что люди, которые пошли на этот шаг, члены ГКЧП, к сожалению, оказались неспособны по своим даже чисто человеческим качествам взять на себя эту огромную ответственность. (стр. 92)
Василий Стародубцев, член ГКЧП (1991)
Но главное в том, что из нас, членов ГКЧП, никто даже не мыслил стрелять в собственный народ. <…> …Это было желание сохранить страну, защитить Конституцию, но не расстреливать собственный народ. Это изначально объясняет и все наше поведение. (стр. 151)
Валентин Степанков, Генеральный прокурор РСФСР и Российской Федерации (1991–1993)
…Меня поразило и другое: никакого плана развития страны, никаких экономических реформ и преобразований у гэкачепистов не было. Не было не потому, что они якобы готовились к этому спонтанно… <…> У них за душой ничего не было… <…> И только – эти шараханья, абсолютная неподготовленность, даже популизм. (стр. 115)
Люди из «Альфы» выдвинулись, и, я думаю, в той начальной стадии, когда они, «альфовцы», сами для себя еще не сделали оценку происходящего, возможно, они бы выполнили этот приказ. Но приказ не поступил. В первую очередь, думаю, дрогнул Крючков, который так и не отдал приказ… (стр. 120-121)
Во-вторых, период «гонок на лафетах» и последующие властные шараханья дискредитировали власть, прошло ощущение ее всесильности, пропал страх. Эмоциональное и социально-психологическое состояние подданных, в том числе и в видах сопротивления явному властному произволу, было на подъеме.
Валентин Степанков, Генеральный прокурор РСФСР и Российской Федерации (1991–1993)
Уровень той «популистики» был настолько беспомощным, что вызывал смех. И тогда я сделал для себя вывод: всё, они исчерпали весь потенциал. Они не видели перспектив, они не понимали и не чувствовали пульса общественного сознания в уже распадавшейся стране. (стр. 115)
В-третьих, и, пожалуй, в главных, мятеж не был поддержан советской номенклатурой – средним и региональным звеньями исполнительной вертикали – не сработали установочные механизмы, до тех пор работавшие безотказно. Из 15 республик две открыто поддержали ГКЧП. Из 73 территорий РСФСР – только четыре. Это говорит само за себя.
Леонид Млечин, писатель и историк
Конечно, образовался руководящий слой, который понял, в чем счастье жизни: уже появились иномарки, повезли добро из-за границы, начали строить дачи… Да, люди хотели устроить свою жизнь как-то иначе.(стр. 329)
Сознательно или инстинктивно советская номенклатура уловила запах перемен и в контексте собственного интереса нащупала потенциал нового качества властного ресурса. Танковые лязганья ГКЧП были уже препятствием на этом пути.
Наконец, эмоционально-эстетическое восприятие: больно несимпатичны были цели и идеология ГКЧП, не говоря уже об их носителях, начисто лишенных победительной или какой бы то ни было харизмы. Считается, что эмоциональный перелом в обществе случился вечером 19 августа, когда страна и мир с изумлением наблюдали трансляцию пресс-конференции членов ГКЧП по телевидению.
Леонид Кравчук, Президент Украины (1991–1994)
…А вот когда я увидел все это на телеэкране: их лица, их трясущиеся руки, их неуверенность в намерениях… – видно стало, что они взялись за дело, с которым не смогли бы справиться. (стр. 244)
Симпатии и ожидания были уже обращены к молодой и энергичной команде руководства России. И с харизмой там все обстояло значительно лучше. Таким образом, сработал фактор альтернативы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
