По приближении к месту их швартовки Роберт увидел несколько парусников, стоящих на якоре, и среди них «Пандору». Значит, Вудкок в порту, отметил он, причем совсем недавно, судя по тому, что корабль еще не разгружен и не приведен в порядок после тяжелого морского путешествия. В любом случае Вудкоку, вероятно, уже сообщили, что хозяина у него больше нет – только хозяйка, в прошлом уличная девка, разбирающаяся в тонкостях перевозки грузов не больше, чем ребенок в политике. Они обречены, но, может быть, чтобы уж наверняка решить их участь, стоит устроить исчезновение еще одного их корабля. Едва заметно улыбнувшись при этой мысли, Роберт взглянул на Мириэл, проверяя, заметила ли она кого, но она смотрела вперед, сухие глаза были пусты. Роберт откинулся на спинку скамьи и расслабился; в уголках заулыбавшихся глаз резче обозначились морщинки.
Шкипер провел баржу мимо шпиля и строений храма Святого Ботульфа и втиснул судно в небольшое свободное пространство у причала возле складов шерсти Молтонского монастыря. Неподалеку швартовался большой парусник, почти такой же внушительный, как «Пандора». На его надстройке развевался шелковый красный флаг с вышитыми на нем золотом мифическими зверями, которых издалека можно было принять за королевских львов английской короны. Однако на пестрых нарядах команды не было королевских эмблем и на палубе не толпились знатные вельможи и их прихлебатели. Там стоял только светлобородый мужчина в ярком плаще в вертикальную красно-желтую полоску, по расцветке похожем на парус.
Роберт указал Мириэл на заинтересовавшее его судно.
– Интересно, кто бы это мог быть?
Она посмотрела на корабль и кивнула, покорно выразив недоумение, но взгляд ее оставался отрешенным, и Роберта охватило беспокойство. Он не мог отделаться от чувства, что она, несмотря на все его усилия, неумолимо ускользает от него.
Мириэл слушала, как свистит и топочет Роберт, спускаясь по наружной лестнице «Корабля», ведущей в комнаты на верхнем этаже, и, когда его шаги стихли, вздохнула с облегчением. Он отправился на встречу с предполагаемым клиентом, и теперь весь остаток дня, к счастью, был полностью в ее распоряжении.
Она откинула покрывало и резво вскочила, жалея, что вообще оказалась в постели. Протянув руку к одежде, она оглядела свое обнаженное тело. Несмотря на то, что кормить ребенка ей так и не пришлось, грудь ее теперь была полнее и мягче, чем до беременности; соски заметно потемнели, приобретя красновато-коричневый оттенок. Живот, хотя уже упругий, имел небольшую выпуклость, отчего создавалось ложное впечатление, будто в ее чреве вновь зреет плод, и кожа на нем была испещрена серебристыми бороздками. Роберта ее изменившееся тело приводило в восторг, и он настаивал, чтобы она отдавалась ему при свечах. И пока он ублажал себя зрелищем полового акта с ней, стараясь не упустить ни малейшей подробности, она подчинялась ему с крепко зажмуренными глазами.
Поморщившись при неприятном воспоминании, Мириэл натянула через голову сорочку и стала подбирать платье. Едва она распустила волосы и встряхнула головой, раздался тихий стук в дверь, и в комнату робко вошла Элфвен. Мириэл догадалась, что ее юная служанка сидела в трактире на нижнем этаже, ожидая ухода Роберта. Девушка давно усвоила все его привычки и знала, когда не следует нарушать уединение хозяев.
– Зеленое платье, госпожа? – уточнила она и, бодрой поступью подойдя к дорожному сундуку, вынула из него красивое шерстяное платье цвета шалфея. Стряхнув с него частички душистого коричника, она присборила вверх юбку, чтобы аккуратно надеть Мириэл платье через голову. Уилл тявкал и путался у них под ногами, как всегда, зубами дергая за подол, пока Элфвен не отпихнула его, а Мириэл грозно не хлопнула в ладоши.
– Я встретила во дворе господина Вудкока, – добавила девушка, ловко затягивая крест-накрест зеленый шнурок на спине Мириэл. – Он выразил желание повидать вас или хозяина.
Мириэл резко втянула в себя воздух, но не оттого, что Элфвен слишком туго затянула шнуровку. Мартин Вудкок был ближайшим звеном, связывавшим ее с Николасом. Возможно, ему известно, что произошло с «Императрицей»; возможно, он сумеет объяснить, как случилось, что Николас и вся его команда утонули, будучи столь опытными мореходами, тем более что судно, на котором они плавали, считалось одним из самых мощных и прочных в северных водах.
Непослушными пальцами она заколола булавкой платок и сцепила серебряной брошью верхние концы накидки.
– Госпожа, вы здоровы? – встревожилась Элфвен. – На вас лица нет.
Мириэл выдавила некое подобие улыбки.
– Нет, – ответила она. – Здоровой на этом свете я теперь вряд ли буду, но не пропаду. Это задача любого, кто хочет выжить. – Она расправила плечи, глубоко вздохнула и пошла. Спустилась по наружной лестнице в коридор и шагнула в главное помещение таверны.
Мартин Вудкок стоял возле большого очага и задумчиво смотрел на беснующиеся языки пламени, рвущиеся вверх и исчезающие в дымоходе. Он держал за спиной сцепленные ладони, на обветренном лице лежали следы усталости и глубокой печали.
При виде Вудкока Мириэл захлестнули боль и неизбывное горе. Он повернулся к ней, и она, срывающимся голосом вымолвив его имя, бросилась к нему в объятия. В ноздри ей ударил едкий соленый запах его туники и бороды – немного не такой, как у Николаса, но очень похожий, и Мириэл вдыхала его полной грудью – и не могла надышаться. Так потерпевший кораблекрушение моряк цепляется за обломок дерева в бушующем океане.
Мартин не оттолкнул ее. Напротив, крепко прижал к своей груди с уверенностью, завоевавшей ему место первого помощника Николаса, словно ему каждый день приходилось утешать горюющих женщин.
– Жена сообщила мне трагическую весть сразу же, как я ступил на берег, – сказал он. – Мы все скорбим.
– Не могу поверить. – Мириэл отняла голову от его груди и пытливо заглянула ему в глаза. – Николас никогда не допустил бы пожара на судне.
Мартин осторожно отстранил ее от себя.
– И все же, по-видимому, именно так все и произошло. Как мне доложили, в ту же ночь проплывавшее мимо рыбацкое судно отбуксировало обгорелый остов «Императрицы» в порт Святого Петра. Рыбаки тщательно осмотрели место трагедии, но живых не обнаружили. Мой человек надежный; вы сами, если хотите, можете поговорить с ним.
Мириэл отерла глаза рукавом и перехватила пристальный взгляд Мартина. Осторожничать в любом случае уже поздно.
– Хочу, – сказала она, несколько успокоившись. – Муж поведал мне только голые факты, а я тогда была не в состоянии что-либо воспринимать. – Она подозвала топтавшегося неподалеку хозяина таверны, заказала бутыль вина и села за стол у очага.
