классическое чувство стиля, но то что сотворили кудесники из ателье Хуго Босса, являлось шедевром портного искусства, поразившим меня в самое сердце. Как позже мне сообщил дед, видя мою довольную рожу по прибытию из Берлина домой, оказывается Хуго Босс был из древнего рода волшебников, которые за всю известную миру историю своего существования, занимались постройкой костюмов и платьев для венценосных особ. И хоть они не являются коренными немцами, в Берлин род Босс перебрались лишь в семнадцатом веке, а до этого времени, на протяжении трёх веков, обшивали испанских грандов и королей, в Германии они пользовались огромным уважением и всегда были почитаемы. Да что там говорить, если даже подавляющее большинство немецких ненавистников Геллерта простили Хуго его сотрудничество с этой тварью и этот инцидент никак не повлиял на популярность ателье среди волшебной знати.
И то, что мы сегодня заявимся в школу, где большинство наследников древнейших и благороднейших родов будут одеты в наряды и мантии от Твилфитт и Таттинг, лучшего английского ателье, но которое было на несколько порядок пониже уровнем, нежели Хуго, меня почему-то вообще не тревожило. Плевать!
Лежа сейчас в мышиного цвета костюме тройке с гербом Хогвартса на нагрудном кармане и с серебряной оторочкой по краю лацкана, я чувствовал себя в этом наряде наверное примерно также, как ощущает себя неродившийся младенец в утробе матери. Он нигде не сковывал, не жал и поддерживал идеальный микроклимат внутри себя.
Так что мне было абсолютно плевать на зависть и недобрые чувства, которые может вызвать моя одежда у спесивых и гордых малолетних идиотов. Всё зачарование, что было нанесено на нашу одежду было точь в точь таким же, каким могли похвастаться на своей форме элитные штурмовики и егеря Грин-де-Вальда, а значит вещи от Хуго были одними из самых безопасных и защищённых. И пусть вроде как до поступления в Хогвартс национального героя, в школе не намечается никаких серьезных опасностей, но это не значит, что стоит спустя рука относиться к мерам своей защиты.
Уж не знаю, как бы я смог пережить своё сегодняшнее путешествие, если бы на мне была какая-то иная и не столь удобная одежда, как от Хуго. Лежал в ней на полке в купе словно нагишом в воздушном облаке. Это также было эксклюзивной фишкой одежды от Хуго. В ней можно было спать где угодно и на чём угодно с полным комфортом, не пользуясь какими-то вспомогательными средствами. Хоть на снегу в минус сорок прикорни и никаких последствий для здоровья.
«Хо… Какие интересные разговоры уже ведутся в соседних купе» — Выдернула меня из дрёмы и собственных размышлений о нашем с Дорой гардеробах беседа, которая велась за стенкой нашего купе.
* * *
— Штраус? Впервые слышу от тебя эту фамилию, — Манерно протянул Дориан Пьюси в ответ своему собеседнику, разглядывая собственные ногти и не найдя в них никакого изъяна, всё же обратил свой взор на Шона Эша, своего будущего однокурсника и человека, который окажется в свите его подпевал. А иначе просто и быть не может, ведь род Эш являлся вассальным Пьюси, — Кто это такие вообще? Судя по фамилии, они явно с континента.
— Мне точно не известно, откуда они родом. Но Гюнтер Штраус, дед и воспитатель Маркуса Ларсена, а также крестный Нимфадоры Тонкс точно немец.
— Пфии… Штраус, Ларсен, Тонксы, как понимаю не родовитые. Но хотя бы чистокровные? — Недавно наметившийся намёк на интерес, стал быстро затухать у Дориана. Все, кто были не родовитым, являлись для него низшим сортом и тратить своё время даже на простое упоминание подобных личностей, спесивый малолетний засранец, в сравнении с которым Драко Малфой просто образец толерантности, просто на просто не желал.
— Не все, милорд. Хотя это смотря на какой ранжир опираться при их определении. Штраус и Ларсен точно чистокровные во многих поколениях, а вот Нимфадоры Тонкс чистокровная в первом поколении, так как её отец грязнокровка, а мать, изгнанная дщерь из рода Блэк, — Шон знал как угодить своему будущего сюзерену. И хоть сейчас пока рановато называть наследника Пьюси, милордом, ведь таковым для Шона и всего его рода, является Лорд Пьюси, он намеренно обратился к Дориану таким образом. Умения льстить и угождать у наследника Эш было хоть отбавляй.
— И какого Мордреда ты об этих никчёмных людях со мной заговорил? Да ещё тот инциденте с Андромедой Блэк мне напомнил. Она ведь была невестой моего дяди и сбежала дрянь от него из под венца к какому-то грязнокровке! Шлюха и тварь!!! — Ненависть одолевающая Дорианом была самой что ни на есть настоящей, яростной и незамутнённой. А всё потому, что если бы брак его дяди и Андромеды состоялся, то после скорой смерти наследника Блэк, Сириуса (в которой никто не сомневался, ведь на том уровне Азкабана, где был сейчас заключён единственный на данный момент законный распорядитель имущества Рода Блэк, долго на этом свете не задерживались), не только бы Люциус Малфой, но и его дядя, а соответственно и весь его род, смог бы претендовать на активы одного из богатейших родов Европы. Причём под богатством подразумеваются библиотека Блэков и их хранилище артефакторов, вот что в глазах родовитых аристократов считалось сокровищем!
— Простите, господин, — Ещё больше прогнулся словесно Шон, чуть ли не лебезя и всем своим видом декламируя своё раскаяние, — Но это было распоряжение Вашего отца, Лорда Пьюси. Гюнтер Штраус является мастером артефактором и с недавнего времени затмил в Англии Фостеров. Кстати именно он создал набор игрушечных солдатиков и анимированный макет Хогвартс-экспресса, которыми сейчас играет Ваш младший брат Эдриан. И Ваш отец очень настоятельно рекомендовал Вам наладить с подопечными Гюнтера Штрауса дружественные отношения.
— Хм… Ясно. Это и вправду меняет дело. Эти Фостеры слишком обнаглели и если есть возможность выйти на контакт с другим мастером-артефактором, то этим шансом необходимо воспользоваться, — Спрашивать о том, почему Лорд Пьюси лично об этом не поведал своему сыну, Дориан не стал. Он привык видеть в Шоне своего верного оруженосца, который скован вассальной клятвой и солгать своему будущему сюзерену просто не в состоянии. Так что сомнений в достоверности данной просьбы у него не было. А причина, по которой отец ему не сказал этого лично, заключалась в том, что всё минувшее лето Дориан провёл в гостях у своей французской родни. Англия слишком сильно проигрывает своему соседу через Ла-Манш красотой своих пляжей и количеством тёплых дней в году.
* * *
«Нужно будет сегодня вечером, после того, как пройдёт распределение, ужин и я окажусь в спальне, связаться с дедом и поведать ему об услышанном».
Больше всего меня насторожило в подслушанном разговоре не планы двух малолетних
