спросил он.
— Эвакуацию. — Челис по-прежнему смотрела не на него, а на экран терминала. Она помолчала, словно прикидывала, стоит ли объяснять ему. — Двенадцать отделений войдут в город и угонят корабли в порту. Половина вернется сюда, чтобы попытаться забрать уцелевших. Остальные будут прорываться в космос под прикрытием «Клятвы Апайланы». У нас будет флот торговых судов. Не «Громовержец», конечно, но лучше, чем умирать в жерле вулкана. Кроме того, так мы сможем распределить риски и понести меньшие потери без катастрофического поражения. — Она нажала кнопку на терминале и заговорила по громкой связи четким голосом: — Группы один и три, выдвигайтесь на позиции.
Намир пришел перетянуть губернатора на свою сторону, убедить ее принять его план, в случае необходимости пойти на сделку. Он был готов преодолеть любой словесный лабиринт, который она построит. Вот только Челис не была заинтересована в разговорах.
И отдавала приказы его людям.
— Вы взяли непосредственное командование на себя? — спросил он, пытаясь не выдать гнева.
Она наконец посмотрела на него, и Намир поморщился. Ее глаза были воспалены и окружены темными пятнами, словно синяками. Щеки запали. Она выглядела постаревшей, но не хрупкой, словно события предыдущих дней выточили ее как лезвие ножа.
— Вас не было, — ответила она. — Я рада, что вы живы, но сомневаться в моих мотивах будете потом.
Намир снова поморщился. На конспиративной квартире он слишком далеко зашел в своих обвинениях. Какие бы между ними ни наладились связи за последние месяцы, они были разорваны.
— У меня есть другая идея, — сказал он. — Некоторые ее уже поддержали, но вы нужны мне…
— Не время. — Она нажала другую кнопку. — Челис посту пять — где они?
— В четырехстах метрах, окружают пик, — послышался искаженный треском разрядов голос. — Прямо за пределами зоны поражения.
Губернатор выжидающе посмотрела на Намира, словно это заявление положило конец всем возможным вариантам дискуссии.
Она была права. Времени не было.
— Нам надо отказаться от атаки на верфи, — сказал он.
Челис набрала что-то на терминале и медленно поднялась из-за стола.
— Это не ваша вина, — сказал Намир. — Но этот план — гибель для Сумеречной. Мы оба знаем, что войну этим не выиграть. — Возможно, она придумала план кампании, чтобы отомстить за себя бывшим коллегам, возможно, нет. Больше это его не интересовало. — Если мы останемся здесь — а вы видели, что творится в городе, — возможно, мы принесем хоть какую-то пользу.
Челис охватила дрожь. Губы ее задергались. Намир никогда прежде не видел, чтобы она кричала, теряла контроль. Неужели этот момент настал?
— Вы сами понимаете, — сказала она еле слышно. — Подкрепления на подходе — единственная причина, почему они оттягивают атаку.
Он попытался заговорить, пока женщина обходила стол, но ее хриплый, еле слышный голос заставил его замолчать.
— До Куата по-прежнему рукой подать. Когда мы окажемся там, вы мне спасибо скажете.
В руке губернатора оказался маленький пистолет, и он упирался в грудь Намира.
Он больше не испытывал гнева. Наверное, следовало бы — из-за того, как она захватила контроль, предала его. Но в той злобной твари, что стояла перед ним, Намир не видел ничего общего с той женщиной, к которой почти привязался. С женщиной, которая спасла Горлана, которая давала ему советы за завтраком, которая испытывала искреннюю, необъяснимую страсть к искусству.
— Покойнику будет непросто благодарить вас, — заметил он.
— Когда я хочу кого-нибудь убить, я с этим не тяну, — отрезала Челис. — Вы сами видели. — Она знаком показала ему на дверь. — Третье помещение по коридору. Вы покинете Салласт вместе со мной.
Намир посмотрел на бластер, прикинул свои шансы броситься на нее, прежде чем она нажмет на спуск. Цифры были не в его пользу. Мужчина повернулся и пошел к двери. Челис шла следом.
Намир едва перешагнул порог, когда увидел свое спасение. Он показал в сторону подбородком, надеясь, что глаза передадут остальное.
Когда Челис шагнула следом, две невероятно мощные нечеловеческие руки вывернули ее запястье. Еще две сомкнулись вокруг ее головы и талии, не давая ей шевельнуться. Гадрен с траурным видом смотрел на нее из дверного проема.
— Я снимаю свое требование, — сказал он. — Если я должен довериться командиру, то это будешь ты.
Зажатая в кожистых лапах Челис с ненавистью смотрела на Намира.
Намир не стал произносить речей перед ротой. Он не верил в свое ораторское искусство. Гадрен, Таракашка и Головня убедят свои отделения куда лучше, чем он. Единственное, что он позволил себе, — это вкратце обрисовать свой план старшему командному составу Сумеречной. Фон Гайц почти испытал облегчение, и была лишь пара голосов против — среди них был и Карвер, который заявил, что Намир свихнулся, но тем не менее мрачно улыбнулся ему. Хобер крепко пожал руку Намира после завершения встречи.
Намир решил не думать, что будет дальше с Челис. Пока она сидела под замком в третьем помещении по коридору от кабинета управляющего. Скорее всего, ему не придется думать, что делать с ней после сражения. Или о чем-либо еще.
Менее чем через тридцать минут после его стычки с губернатором ее предсказание о неизбежной атаке подтвердилось. Намир расположился на одном из шпилей завода — в месте доступа к поршневым механизмам, которое солдаты Сумеречной приспособили под наблюдательный пункт. Туда и прибыл вестовой.
— Мы только что перехватили имперское сообщение, — сказал он.
— О начале атаки? — спросил Намир.
— Да, сэр, — ответил вестовой. — Но дело в том, кто отдал приказ…
Намир смотрел на юношу, пытаясь вспомнить его имя, но так и не преуспел. Один из помощников Хобера, официально небоевой. Ему бы следовало находиться на «Громовержце», а не в зоне боевых действий.
— И кто же его отдал? — спросил Намир.
— Прелат Вердж, — ответил вестовой. — В систему вошел звездный разрушитель «Вестник».
