Так как продвижение на восток происходило сначала совершенно бессистемно, то весьма вероятно, что не один корабль переселенцев оказался на дне океана. Тем не менее полинезийцы владели столь высоким искусством кораблевождения, что их суда могли, продвигаясь далее острова Пасхи к востоку, достигнуть западного побережья Америки. Эту гипотезу выдвинул Фридерици, немало занимавшийся проблемой происхождения полинезийцев. В подтверждение ее он привлек много историко-этнографического материала. Точку зрения Фридерици разделяли и многие филологи, прежде всего глава французской школы американистики Поль Риве, установивший родство океанийских языков с индейскими наречиями группы хока.
Карта расселения полинезийцев
Заселение такого огромного пространства, как Полинезия, происходило, разумеется, в течение длительного периода. Во многих своих трудах Гейне-Гельдерн вполне обоснованно утверждает, что первые полинезийцы появились в нынешних местах своего обитания в первбм тысячелетии до нашей эры и, может быть, даже раньше. Однако Гейне-Гельдерн оставляет открытым вопрос, говорили ли эти первые переселенцы уже на полинезийских языках. Так как в языках островов Туамоту и Маркизских имеются неполинезийские элементы, к решению этого вопроса следует подойти с особой осторожностью. Быть может, эти неполинезийские элементы происходят от дополинезийских манахуне, о которых мы упоминали выше. По мнению Гейне-Гельдерна, они жили на островах Туамоту и Маркизских до большого переселения полинезийских племен. Последние в отличие от первых полинезийских поселенцев принесли общественные порядки и религиозные воззрения, которые они восприняли от жителей Малайского архипелага, около начала нашей эры, в период возрастающего влияния индуизма.
Между первой и последней большими волнами переселений должно было пройти около двух тысяч лет, в течение которых шло заселение островов Южных морей полинезийцами. Можно думать, что археологические раскопки, начатые на полинезийских островах после второй мировой войны, и находки, которые легко комментируются на основе богатой мифологии туземцев, помогут более точно датировать заселение Полинезии. Так, для Новой Зеландии уже датированы отдельные фазы ее заселения. Первые полинезийские пришельцы тангата-венуа («человек-остров» = «житель острова») обосновались на Новой Зеландии еще до того, как туда около 800 г. н. э. переселились племена великого Купе. Тангата-венуа застали на Новой Зеландии более древнее племя, похожее на жителей островов Фиджи. Это племя они назвали моуриури. Около 1150 г. на Новую Зеландию прибыла вторая группа переселенцев, правда, не столь крупная, как первая, а около 1350 г. — третья, еще более многочисленная, чем первая. На основе исторических преданий доказано, что в течение первого тысячелетия нашей эры и вплоть до рубежа XVI и XVII веков между отдельными группами островов и даже на таких огромных участках, как остров Таити — Гавайские острова, происходили оживленные сношения.
Хижина вождя на земляном цоколе, обложенная дерном (острова Фиджи)
В настоящее время в связи с гипотезой норвежского ученого Тура Хейердала вопрос о происхождении полинезийцев вновь оказался в центре внимания этнографов. Тур Хейердал утверждает, что полинезийцы пришли в места своего нынешнего обитания из Нового Света. Книга Хейердала «Кон-Тики», вызвавшая большую сенсацию, и научная аргументация его теории заслуживают особого упоминания.
До второй мировой войны Хейердал бывал на Маркизских островах, где изучал местную фауну. Там он обнаружил большие каменные статуи, которые туземцы называли Тики. Весьма похожие каменные фигуры, называемые туземцами Кон-Тики, он видел в Перу, где они изображают героя туземных мифов творца миров Виракочу. Хейердал был поражен сходством названий каменных фигур на Маркизских островах и в Перу. Перуанский миф о Виракоче и его людях, которые, спасаясь от иноземных завоевателей, совершили морской поход на запад, навел Хейердала на мысль о том, что Полинезия была заселена американскими индейцами. И вот Хейердал отважился на путешествие, которым решил доказать верность своей теории. Вместе со своими спутниками он построил такой же плот, какой был у древних перуанцев, из той же породы дерева и той же конструкции. Плот они связали из толстых, но легких, хорошо удерживающихся на воде стволов бальсового дерева и установили на нем такие же мачту и парус, как на древних перуанских плотах. Этот плот Хейердал назвал «Кон-Тики».
Каменная фигура предка (Маркизские острова)
28 апреля 1947 г. из перуанского порта Кальяо плот Хейердала вышел в океан. Хейердал, как и рассчитывал, попал в течение Гумбольдта, идущее от южной оконечности Южной Америки вдоль ее западного побережья к северу и затем на запад к Полинезийским островам. Кроме того, Хейердалу благоприятствовали пассаты, которые дуют от побережья к западу. Не раз экипажу Хейердала грозила гибель, но попытка пересечь океан удалась. 7 августа того же года плот выбросило на риф Рароиа, находящийся в группе стровов Туамоту. Своим плаванием Хейердал доказал, что плот, построенный из стволов бальсового дерева, выдерживает продолжительное пребывание в открытом море и что такой плот, отправившись от западного побережья Южной Америки на запад, попадает в течение Гумбольдта и в район пассатных ветров, которые и донесут его до одного из Полинезийских островов. Но Хейердал своим плаванием так и не доказал, что само заселение Полинезии шло по проделанному им пути. Тогда он решил обезоружить своих идейных противников большой книгой «American Indians in the Pacific» (1952). В этой книге Хейердал проводит множество этнографических параллелей между полинезийцами, перуанцами и племенами Британской Колумбии и делает вывод, что первое, более древнее, заселение Полинезийских островов шло с перуанского побережья, а второе, более позднее, — из Британской Колумбии через Гавайские острова. По мнению Хейердала, эта вторая группа переселенцев была еще раньше принесена идущим от берегов Азии течением Куро-Сиво к северо-западному побережью американского материка.
И все же, как ни увлекательны доводы Хейердала, ему пришлось выслушать суровую критику ученых; он в своем исследовании не принял во внимание особенности культуры народов Южной Азии, а также данные археологических раскопок. Иначе он заметил бы, что те элементы полинезийской культуры, на которые он ссылается, равно как и полинезийский язык, существовали когда-то и в Азии и оттуда через Малайский архипелаг проникли в Океанию[51]. Так как достоверность этого факта несомненна, то более правдоподобно, что упоминающиеся в трудах Хейердала элементы культуры были восприняты индейцами от мореходов-полинезийцев, а не наоборот. Наконец, при сравнении различных культур нельзя забывать того, что сказал этнограф Плишке: «В силу определенных общечеловеческих особенностей психического склада люди, попадающие под действие одних и тех же влияний или оказывающиеся перед лицом одной и той же необходимости, приходят к весьма схожим, если не одним и тем же решениям».
