воды наполнили океан. Солнцу, явившему свой лик в вышине, еще предстояло быть освобожденным из пещеры глубоко в горе, где его держали взаперти демоны. Только тогда стало возможным появление Зари, восход солнца и запуск мирового времени. Подобно Вритре, Рудра и Кришану также не сумели сохранить в его целостности состояние, предшествующее творению, ante principiurn. Их стрелы не смогли предотвратить истечение на землю Сомы, эликсира жизни, и семени Праджапати, излитого в творение. Непроявленное, в котором они пребывали, описывается как область невыразимого света.
Докосмическая мощь Горы вынуждена была уступить потокам изливающегося света, и один из них, небесная
Ante principiurn (лат.) — до начала. — Прим. пер.
Ганга (называемая также Кутила), стал мифологическим образом. Образ ее сестры Рагини («красной»), Зари или Сумерек, разделявшей с ней заключение, не очерченный в мифе четко, объединился с Плеядами, Криттиками. Плеяды, звезды, прикрепленные к тверди — Горе, — становились видимыми в красноватых вечерних сумерках. Подвижничество этих двух дочерей Парваты, хоть и освобожденных от скалы или Горы, оказалось недостаточным для рождения в будущем сына Шивы, однако в мифическом универсуме Шивы и Ганга, и Криттики (Рагини) способствовали рождению его сына.
Узы, которые должны были связать Шиву и Парвати, соединяли также докосмическую фигуру Горы, обрисованную в мифе Индры, с космическим присутствием Шивы. Третьей, младшей, дочерью Господина Горы была Парвати, будущая супруга Шивы.
В самом творении и в поздней индийской мифологии, Гора поднимается из центра мира до областей, где живут боги. Гора Меру, космическая гора, несла на своих склонах всю иерархию существ. Под именем Мандары (один из ее пиков) гора в качестве космической оси участвовала в Пахтанье Океана.
В пространстве индийского мифа Гора была центром космоса. В вышине на ее склонах обитали великие боги; города, дворцы и пещеры оживлялись присутствием небесных существ, которые по желанию перемещались по склонам горы. Шива обитал на Кайласе, отдавая также предпочтение Горе Мандара. Земная проекция этих возвышенных мифических мест — север, район Гималаев. Космический север символизируется областью Полярной звезды. Мифически район Гималаев был ее проекцией на Земле. Царем этих гор был Парвата. От антропоморфного образа Парватараджи невозможно отделить его докосмическое прошлое. Из него проистекает Ганга, небесная река (чье второе имя — Кутила), обтекающая небеса Брахмы и струящаяся на землю. Ее воды живительны и привносят в этот мир смысл, пребывавший до его творения. Когда Парвата был принужден позволить надмирному свету пролиться в мир человеческий из неотмеченных на карте трансцендентных сфер, из ненарушенной неистощимой полноты, старшая дочь Парваты, Сандхья, Сумерки или Рассвет — Дочь Отца — слилась с Криттиками. Естественно, что дочь Горы должна была соединиться с Плеядами, ибо в творении космический образ Горы — ночное небо, где надмирный свет представляется глазу в форме звезд.
Ганге, средней дочери Парваты, Горы, каменного свода древних небес, где, согласно более позднему мифу, она наполняла небеса Брахмы, суждено было занять самое высокое положение на теле Шивы. Долгое время он держал ее пленницей своих волос в ее крутом падении с небес. Если бы Шива не принял Гангу на свою могучую голову, она при своем падении на землю разрушила бы ее и ушла в нижние миры. Он принял ее на локоны своих спутанных волос и позволил ей выполнять свое предназначение, разделившись на три части и протекая в трех мирах: небесном, земном и нижнем, будучи тройственной (Tripathaga). Она зовется Мандакини в небесах, Вегавати или Ганга на земле, Бхогавати в нижнем мире329.
Ганга стекла с вершины небес к луне и наводнила небеса Брахмы330. Она спустилась с небес в нижний мир, чтобы спасти шестьдесят тысяч безжалостных сыновей царя Сагары331.
Шестьдесят тысяч сыновей Сагары были рождены ему одной из его двух цариц; у другой царицы был лишь один сын 332. Сагара решил устроить жертвоприношение коня333. Ритуал предполагает, чтобы жертвенному коню была предоставлена свобода бродить, где хочется. Земля, по которой он бежит, должна стать частью царства. В конце года коня приносят в жертву, и царь становится Чакравартином, или правителем всей пройденной конем области. В ходе ритуала Бог Индра украл коня и унес его под землю 334. Тщетно сопровождавшие коня шестьдесят тысяч братьев искали его. Они обошли всю землю, затем направились в нижний мир. После долгих поисков они нашли коня вблизи жилища мудреца Капилы 335. Не обратив внимания на мудреца, сыновья Сагары схватили коня336. Рассердившись, мудрец открыл глаза, из них вырвался огонь его теджаса и обратил шестьдесят тысяч сыновей царя Сагары в пепел 337. Их отыскал Амшумат, внук Сагары. Он упросил Риши Капилу, чтобы все, кого разрушил его гнев, поднялись на небо. Мудрец пообещал, что они попадут на небеса, когда Ганга спустится с небес и омоет их пепел своими водами 338. Потомки царя Сагары были не в силах устроить это, пока Бхагиратха, внук Амшумата, своим аскетизмом и преданностью Шиве не получил согласие Великого Бога поддержать Гангу, чтобы земля не раскололась при ее падении 339. Шива поймал бурлящую Гангу на свой лоб как гирлянду жемчужин340. Та, что думала вдавить Шиву в нижние миры своими бурлящими потоками, не смогла выпутаться из сетей его волос и плавала на них, словно цветок. Уже успокоившись, она достигла земли. Ее воды устремились к пеплу сыновей Сагары, и предки Бхагират-хи были наконец освобождены. Ганга потекла в моря, и ее воды наполнили океан341.
Пылкая Ганга, «прекрасная, как лунные лучи»342, которую Брахма счел неспособной носить семя Шивы, упорствовала. Она полагала, что ей это под силу, и своим подвижничеством она заставит Шиву склонить голову. Проклятие Брахмы превратило ее в воды, и она затопила небеса Брахмы343. Несмотря на желание носить сына Шивы, она негодовала из-за своего давнего унижения и хотела доказать свое превосходство над Шивой, который имел силу удержать ее у себя на голове и пленить ее в своих локонах. Ганга была неистовым вихрем. Она хотела размолоть Шиву до кусочков костей, как гирлянду раковин, смешать с водой, и Нандину придется разыскивать их344. Она страстно желала удержать Шиву в своем водном теле, раздробив его на куски. Но он поймал ее и удержал в своих волосах. Он носил ее у себя на голове как украшение и позволял во время своего танца скользить по волнам его волос подобно наяде. «Прекрасная, как лунные лучи», она оказалась рядом с полумесяцем, украшающим бровь Шивы. Его тонкий серп угасал, потому что боги выпили
