— Насколько я понимаю, доктор, моя жена желает более осмысленного ответа на свой вопрос, — вмешался герцог, кусая губы, чтобы не рассмеяться.
— Разумеется, — подтвердила Аллегра. — Что вызывает столь неприятные ощущения? С ребенком все в порядке?
— Боль, ваша светлость, это следствие спазмов, выталкивающих ребенка наружу. Так называемые схватки помогают продвигать новорожденного ниже по родовым путям. Если не сможете терпеть, я рекомендую настойку опия.
— Но она и ребенка одурманит? — догадалась Аллегра.
— В общем, да, но…
Аллегра не дала ему договорить.
— Я все вынесу. О, ад и проклятие! — прохрипела она.
Куинтон Хантер наконец не выдержал и рассмеялся.
— Убирайся! — завопила Аллегра. — Это ты во всем виноват — и еще будешь завывать, как гиена, потешаясь над моими несчастьями! Тебя позовут, когда родится ребенок! Вон отсюда!
— Герцогиня, смиренно прошу прощения, но позвольте мне остаться, — выдавил он, задыхаясь от смеха.
— Нет! — неумолимо отрезала она. — Вы изгнаны, сэр, и возьмите с собой бедняжку Онор. Не стоит ей смотреть на такое в ее положении.
Онор, не споря с хозяйкой, послушно потрусила вслед за господином.
— Я подожду в гостиной, миледи, — пробормотала она.
— Успокойтесь, миледи, — уговаривала экономка, миссис Крофт. — Что эти мужчины понимают? Не бойтесь. Все скоро кончится.
— Сомневаюсь, — пропыхтела Аллегра сквозь стиснутые зубы.
И в самом деле, прошло несколько часов, прежде чем показалась головка младенца. Врач радостно уведомил герцогиню, что ее мучения продлятся недолго. Через несколько минут выскользнули головка, плечики, а за ними и все маленькое тельце. Доктор Тэтчер тихо вскрикнул:
— Черт возьми, да что же это?!
— Ну и ну, благослови меня, Господи! — ахнула миссис Крофт, увидев, что крохотная ручонка вцепилась в ножку новорожденного.
— Прочь с дороги, женщина! — проревел доктор. — Возьмите младенца, пока я приму второго!
— Второго? — воскликнула Аллегра. — Что значит «второго»?!
Миссис Крофт подхватила ребенка, оказавшегося девочкой, и поспешила к столу, чтобы ее обтереть. Крошка сердито орала, пока с нее смывали кровь, смазывали теплым маслом и осторожно заворачивали в свивальник.
— Мне нужен еще один, — бросила экономка ошарашенной горничной и, видя, что толку не добиться, сунула ей малышку. — Я сама возьму. Немедленно положи ее светлость в колыбель, деревенщина!
— Сюда, женщина, вот-вот появится второй! — крикнул доктор.
Миссис Крофт буквально перелетела через комнату, схватив на ходу простыню. Расстелив ее на столе, она приказала горничной:
— Еще воды, Мэри, и не мешкай!
Она подбежала к роженице, и ее лицо озарилось счастливой улыбкой.
— Ах, вот и его светлость! Какой красавчик!
— Их двое? — пролепетала Аллегра. — У меня двое детей?
— Первая — дочь, ваше сиятельство, — сообщил доктор, — а теперь и сын. Только прислушайтесь к этому гаму!
Аллегра, не в силах совладать с собой, разразилась слезами.
— Позвольте мне увидеть моих крошек, — взмолилась она. — Дайте мне малышей!
— Подождите, пока не выйдет послед, — убеждал доктор. — Потом получите своих детей. Всего несколько минут. У нас осталось еще одно дельце.
Аллегра почти не заметила, как вышел послед и как доктор с горничной обтирали ее водой. Она напряженно прислушивалась к натужным воплям, звучавшим в ее ушах музыкой.
Наконец ей на руки положили новорожденных. Невыразимое чувство охватило Аллегру при виде крохотных красных сморщенных физиономий. По ее щекам покатились слезы счастья. Но тут дверь спальни распахнулась, и в комнату влетел герцог. Он подбежал к жене и, увидев детей, ошеломленно застыл.
— Двое? У нас двойня?
— Двойня, — улыбнулась жена.
— Мальчики?!
— Чарлз, — сообщила Аллегра, чуть приподняв правую руку, — и Ванесса. Мне хотелось бы назвать их в честь твоих родителей, любимый, — с твоего разрешения, конечно. Ну разве не удивительно, дорогой Куинтон? Мы одним ударом превзошли всех. Оки и Сирену. Маркуса и Юнис. Дри, Кэролайн и папу с мачехой.
— Почему бы и нет? — усмехнулся он. — Разве ты не дочь самого богатого человека в стране?
— И разве ты не герцог самых благородных кровей в Англии? — вторила мужу Аллегра.
Куинтон наклонился и поцеловал жену, при этом нечаянно придавив близнецов. Чарлз и Ванесса Хантер дружно выразили свое негодование, чем вызвали у родителей счастливый смех.
— Ты по-прежнему хочешь еще детей? — вырвалось у герцога.
— Очень, любимый, — кивнула Аллегра.
— Да будет так, герцогиня. Я ни в чем не могу отказать своей обожаемой жене!
ЧАСТЬ IV
Весна 1813 года
ХАНТЕРЗ-ЛЕЙР
Эпилог
— Но, Ванесса, не понимаю, зачем тебе понадобился сезон в Лондоне? — капризно бросил Джордж, молодой виконт Пикфорд. — Разве не предполагалось, что мы все равно поженимся? По-моему, все уже решено.
Леди Ванесса Хантер сладко улыбнулась своему поклоннику.
— А по-моему, нет. Я что-то не помню никакого брачного контракта. А если имеешь в виду заветные надежды наших родителей, забудь о них и выбрось из головы. Я, как всякая девушка из общества, имею право танцевать на балах в Лондоне, пусть даже вдруг решу за тебя выйти! Если же я не поеду, все посчитают, будто я недостаточно хороша, для того чтобы поучаствовать в ежегодной охоте на мужа. Люди станут сплетничать, гадать, какой же во мне изъян, если я поспешила под шумок выйти за друга детства, даже не появившись в великосветском обществе. Нет, я еду в Лондон!
— Неужели ты еще не усвоил, что спорить с ней бесполезно? — вмешался Чарлз Хантер. — Хоть ты и мой лучший друг и кому как не тебе знать Ванессу, пора бы давно понять, что она всегда берет верх. Недаром отец говорит, что у нее характер нашей матери и она вечно стремится настоять на своем. Уверен, что ты легко найдешь девушку подобрее и покрасивее!
Он ехидно ухмыльнулся сестре и, когда та в ответ показала ему язык, покачал головой:
— Пора вспомнить о хороших манерах, мисс! Какой позор для воспитанной девушки, да еще дочери герцога!
— Лучше вспомнил бы, кто из нас родился первым! Да тебя бы на свете не было, не уцепись ты за мою ногу!
— А тебе полезно вспомнить, кто из нас двоих когда-нибудь станет пятым герцогом Седжуик, — отпарировал Чарлз. — Ты всего-навсего девчонка!
— Причем очень богатая, — огрызнулась Ванесса.
— Фи, как вульгарно, — поморщился брат.
— В деньгах нет ничего вульгарного!
— Мама! — пожаловался Джеймс Люсиан Хантер. — Чарли и Ванни опять ссорятся!
— Ябеда! — угрожающе прошипела Ванесса.
