С самого начала было совершенно ясно, что эсминцы, участвующие во вторжении в Южную Францию, будут иметь более чем достаточно работы. Поэтому далее мы лишь кратко рассмотрим их действия.
Американские эсминцы и эскортные миноносцы, участвовавшие в операции «Энвилл»
Эсминцы
Jouett
Plunkett
Benson
Niblack
Madison
Hilary P. Jones
C.F. Huges
Frankford
Endicott
Carmick
Doyle
McCook
Baldwin
Harding
Satterlee
Thompson
Livermore
Eberle
Kearny
Ericsson
Ellyson
Hambleton
Rodman
Emmons
Macomb
Forrest
Fitch
Hobson
Parker
Kendrick
MacKenzie
McLanahan
Boyle
Champlin
Nields
Ordonaux
Woolsey
Ludlow
Edison
Somers
Gleaves
Murphy
Jeffers
Butler
Gherardi
Herndon
Shubrick
Эскортные миноносцы
Tatum
Haines
Runels
Hollis
Marsh
Currier
F.C. Davis
H.C. Jones
Эсминцы против фашистских корветов
Высадка была назначена на 08.30 утра 15 августа. Всю ночь 14/15 августа силы вторжения приближались к Французской Ривьере. 3 основных участка высадки были расположены вблизи курортных городков Сен-Тропез, Сен-Максим и Сен-Рафаэль. В это время на флангах вспыхнули бои, так как в одном случае были неожиданно встречены вражеские корабли, а в другом — проведена сознательная диверсия.
В нескольких милях к югу от Порт-Кросс и островов Левант патрулировал эсминец «Сомерс» (капитан 2 ранга У.Ч. Хьюз) на случай появления вражеских подводных лодок или надводных кораблей. Кроме того, он должен был оказывать огневую поддержку передовым частям, высаживающимся на Йерские острова и на материк в районе Тулона. Эти части высадились в 01.30. Но основной десант должен был высаживаться в 08.30, поэтому «Сомерс» не решался открыть огонь до этого момента, чтобы не встревожить фашистов и не сорвать расчет на тактическую внезапность.
Поэтому капитан 2 ранга Хьюз столкнулся со сложной проблемой, когда в 03.47 оператор радара сообщил, что видит 2 приближающихся неизвестных корабля. Надеясь, что это свои торпедные катера, которые должны были находиться где-то поблизости, Хьюз решил следить за «незнакомцами» издали. Но при этом он был готов перехватить их, если они повернут в район высадки, где находятся десантные суда.
И вот в 04.30 неизвестные корабли направились туда, куда не следовало. Хьюз повел «Сомерс» на сближение, и в 04.40 эсминец запросил опознавательные 305-мм прожектором. Ответа не последовало. Приняв нелегкое решение, Хьюз приказал артиллеристам открыть огонь. Первый же залп накрыл одного из «незнакомцев». Затем артиллеристы перенесли огонь на второй, более крупный корабль, и мощным огнем переломили его пополам.
После этого огонь снова был сосредоточен на цели № 1. Вскоре этот корабль потерял ход и остановился, пылая. Когда противник покинул корабль, Хьюз отправил на шлюпке абордажную партию, осмотреть горящий корабль. Моряки «Сомерса» быстро и тщательно осмотрели свою жертву и вовремя убрались. Через 3 минуты после того, как они покинули палубу горящей развалины, она затонула.
Корабли, потопленные «Сомерсом», оказались немецкими корветами «Камошио» и «Эскабурт». После боя «Сомерс» подобрал 99 человек. Вероятно, более ценными, чем этот улов, были карты и документы, которые забрала абордажная партия. Если капитан 2 ранга Хьюз и беспокоился относительно потопления корветов, его сомнения были рассеяны резолюцией контр-адмирала Дэвидсона на рапорте:
«Было нелегко принять решение открыть огонь и таким образом обнаружить присутствие кораблей союзников недалеко от берега. Но я считаю, что командир «Сомерса» действовал быстро и решительно, проявив смелость и инициативу, при рассмотрении обстоятельств. Бой он провел исключительно профессионально. Меткость и интенсивность огня «Сомерса» подавили противника. Ответные выстрелы «Камошио», судя по всему, ложились недолетами.
Абордажная партия под командованием лейтенанта Хаблена провела осмотр «Камошио» внимательно и в полном объеме, несмотря на опасность опрокидывания корабля. Карты протраленных фарватеров в местных водах, захваченные абордажной партией, имели колоссальное значение для командира оперативного соединения».
Пока «Сомерс» расстреливал некстати подвернувшиеся корветы, опасаясь поднять лишний шум, другой американский эсминец вместе с английскими кораблями в нескольких милях к западу от Тулона преднамеренно открыли «неосторожный огонь». Этим эсминцем был «Эндикотт», которого сопровождали английские канонерки «Эфис» и «Скараб», а также несколько торпедных катеров с громко ревущими моторами.
Если силы, принимавшие участие в высадке десанта, находившиеся восточнее, ожидали своего часа, строго соблюдая тишину и затемнение, такие ограничения не касались этой небольшой группы на западе. Их задача состояла в том, чтобы войти в прибрежные воды на полпути между Тулоном и Марселем и, находясь у берега на траверзе Ла Сьота, создать как можно больше шума.
Задачей этой вылазки было привлечь к себе внимание, всполошить немецкое командование и убедить противника, что десант будет высаживаться именно здесь. Пока эта буря в стакане воды будет отвлекать внимание немцев, настоящий ураган обрушится на побережье Ривьеры восточнее.
Командовал группой капитан 1 ранга Г.К. Джонсон из штаба контр-адмирала Дэвидсона. Командиром «Эндикотта» был капитан-лейтенант Джон Д. Балкели, который начал войну на торпедных катерах на Филиппинах. Британскими канонерками командовал знаменитый капитан-лейтенант Дуглас Фэрбенкс. Фэрбенкс возглавлял отдел специальных операций в штабе адмирала Хьюитта. Именно он подготовил план диверсии у Ла Сьота. Теперь Фэрбенкс на борту «Эфиса» должен был воплотить в жизнь свои задумки.
Группа намеревалась поднять шум, и она его подняла. Когда орудия «Эндикотта» и канонерок, открыв огонь, раскололи тишину, торпедные катера полным ходом устремились к берегу, создавая впечатление начавшейся высадки.
Реакция противника последовала немедленно. Сначала перепуганные часовые начали беспорядочную пальбу, а потом поднялась общая суматоха. Чтобы подлить масла в огонь, «Эндикотт» со товарищи на следующую ночь также обстреляли побережье у Ла Сьота. Но противник контратаковал их только утром 17 августа. 2 фашистских корвета появились на сцене, когда «налетчики» уже отходили в море. В предрассветных сумерках они перехватили британские канонерки, и в начавшемся бое уже не было ничего притворного.
Корветы были достаточно неуклюжими — бывший египетский «Кемид Аллах» и бывший итальянский «Каприоло». Оба превосходили по весу залпа британские канонерки, а «Каприоло», кроме 120-мм орудий, имел еще и торпедные аппараты.
Затеянная драка сложилась не в пользу Фэрбенкса и его британцев. «Эфис» и «Скараб» уступали противнику по силе, а вдобавок почти израсходовали боезапас. Подгоняемые артогнем, они начали удирать на юг. Корветы погнались за ними. В 05.45 «Эндикотт» получил призыв о помощи.
Балкели помчался к месту боя на скорости 35 узлов и вскоре начал обстреливать «Кемид Аллах», как более крупного из противников. «Аллах» был быстроходным, задиристым и достаточно сильным противником. И все-таки он стал бы легкой добычей для эсминца, если бы у того была в порядке вся артиллерия. Но на «Эндикотте» действовало только одно 127/38-мм орудие. Остальные 3 орудия стояли безмолвно, потому что у них заклинило замки. Это было вызвано перегревом после слишком напряженной стрельбы по берегу.
Не следовало забывать и про «Каприоло». Оба корвета начали обстреливать «Эндикотт», и эсминец с трудом уворачивался от множества снарядов. Неразорвавшийся снаряд пробил борт в носовой части и вызвал пожар в кубрике. Механик Л.Дж. Эн заделал пробоину и погасил огонь. Затем он вынес снаряд наверх и выкинул за борт.
«Эндикотт», несмотря на это попадание, несмотря на проблемы с артиллерией, пошел на сближение и начал обстреливать корветы. В самом начале боя пара снарядов «Эндикотта» попала в машинное отделение «Аллаха», снизив скорость корабля до минимальной. Затем эсминец перенес огонь на «Каприоло», более опасный из двух корветов. К этому времени артиллеристы «Эндикотта» исправили еще пару орудий. Как только орудие оказывалось в состоянии стрелять, оно делало это.
В 06.48 на бывшем египетском корабле, получившем заметный крен на левый борт, начались взрывы. Это вынудило фашистов попрыгать за борт. «Каприоло» пошел с козырей, выпустив 2 торпеды в «Эндикотт». Пока Балкели маневрировал, чтобы уклониться от них, 2 торпедных катера, прикрывавших «Эндикотт», в свою очередь пошли в торпедную атаку на «Каприоло».
Плотный огонь отогнал катера, и их торпеды прошли мимо. Затем «Эндикотт» с дистанции 3200 ярдов выпустил 2 торпеды, которые тоже прошли мимо. Поэтому последний удар экс-итальянцы получили от канонерок «Эфис» и «Скараб». Фэрбенкс повернул их назад, и они тоже вступили в бой, ведя огонь из всех орудий. В 07.00 одна из канонерок добилась прямого попадания в «Каприоло».
