Иванову росу» с приговором: «Мать-земля, отец-небо, дайте рабам вашим от этой травы здоровья». 4. Зяблица – помогает от ребячьего крика и от бессонницы, но, для успешного действия, ее нужно топить в молоке. 5. Расперстьице – трава эта сушится, и порошком ее присыпаются больные места на теле (обрезы, нарывы, опухоли). В большом употреблении точно так же травы: дивий сил, мария-магдалина (от тоски), богородская трава (для окуривания отелившихся коров), а также специальный корень, носящий несколько рискованное название и предназначенный для снятия «порчи» с молодых.
XXXI. Петров день
29 июня, день святых апостолов Петра и Павла, считается праздником рыбаков, так как апостол Петр повсюду известен как покровитель рыбного промысла, а среди приречных и приозерных жителей носит даже название «рыболова». Рыбаки ему молятся, служат молебны, а в некоторых местах установили даже обычай ежегодно, в день 29 июня, собирать «Петру-рыболову на мирскую свечу», которая и ставится в храме перед его образом.
Что касается прочего населения, то оно хотя и празднует день святых апостолов, но праздник этот не считается первостепенным и не связывается с какими-либо особыми религиозными обрядами. Местами же, как, например, в Вологодской губернии, крестьяне даже скептически относятся к Петровскому посту, замечая, что пост этот выдумали попы вместе с бабами: «Первые для того, чтобы собирать „петровщину“ (сбор яйцами, маслом, сметаной), а вторые – с целью накопить масла и яиц». Впрочем, пример вологодских скептиков надо признать исключением, так как в остальной России Петровский пост соблюдается в крестьянской среде во всей строгости церковного устава, а день «заговин» считается праздничным днем. Так, например, в Мещовском уезде Калужской губернии к этому дню все семейные, кому только есть возможность, стараются быть дома, а на столе после ужина оставляют объедки неубранными на том основании, что в доме собираются все умершие предки тоже заговляться. Пожилые бабы уверяют при этом, что они много раз видели и слышали, «как упокойники заговляются, обгладывают кости и оставляют на столе раскрытую посуду, которая прежде была закрыта» (кошки словно и в счет не входят у этих суеверных баб).
С таким же почтением относятся крестьяне и к дню «разговин». В Вельском уезде Вологодской губернии до 1820-х гг. существовал даже обычай общих разговин всем миром: прихожане приводили к церкви быка, тут же убивали его и, сварив в больших котлах мясо, разговлялись все сообща. Когда возник этот оригинальный обычай – неизвестно, но уничтожен он, по сообщению нашего корреспондента, в 20-х гг. вельским исправником.
В прочих местах Великороссии крестьяне хотя и не разговляются сообща, но каждая семья заблаговременно готовится к Петрову дню: печет, жарит и варит и припасает водки. Последняя припасается в возможно большом количестве, так как все имеют в виду прием гостей и родственников, которые в Петров день приезжают даже из дальних деревень. Но в этой праздничной выпивке принимают участие главным образом только женатые и старики – деревенская же молодежь еще с вечера уходит в поле и здесь, вдали от родительского надзора, проводит всю ночь, «карауля солнышко»: по народному понятию, солнце в день Петра и Павла, как и в день Светлого Христова Воскресенья, играет какими-то особенными цветами, которые переливаются и искрятся, как радуга (этот обычай караулить солнце первоначально был установлен с целью отогнать от села русалок, которые в Петров день своими злыми шалостями причиняли немало вреда посевам). Встретив солнышко, молодежь обыкновенно еще не расходится по домам, а заплетает венки на ветках деревьев, преимущественно на березе, – с теми же символами, какие придаются венкам на Троицын день.
В круговороте земледельческих работ Петров день хотя и считается началом покоса трав, но почти не связывается с какими-нибудь особыми приметами. Говорят только, что «с Петрова дня зарница хлеб зарит» и что «если просо в Петров день в ложку, то будет его и на ложку».
Что касается других, неземледельческих примет, то их почти не существует. Только в Тамбовской губернии верят, что речное купанье в Петров день очищает от любодейных грехов.
XXXII. Ильин день
На огненной колеснице могучий, седой старец, с грозными очами, разъезжает из конца в конец по беспредельным небесным полям, и карающая рука его сыплет с надзвездной высоты огненные каменные стрелы, поражая испуганные сонмы бесов и преступивших закон Божий сынов человеческих. Куда ни появится этот грозный старик, он всюду несет с собою огонь, ужас, смерть и разрушение. Его непреклонное сердце не смягчат ни вопли, ни стоны пораженных, и взор его грозных очей не остановится на зрелищах земных несчастий. Совершив правосудие неба, он, как бурный вихрь, мчится на своей сверкающей колеснице все дальше и дальше, и по могучим плечам его только рассыпаются седые кудри да по ветру развевается белая, серебристая борода.
Таков, по воззрениям народа, Илья-пророк, олицетворяющий собой праведный гнев Божий. Повсюду на Руси он именуется «грозным», и повсюду день, посвященный его памяти (20 июля), считается одним из самых опасных. Во многих местах крестьяне даже постятся всю Ильинскую неделю, чтобы предотвратить гнев пророка и спасти от его стрел свои поля, свои села и скотину. Самый же день 20 июля крестьяне называют «сердитым» и проводят его в полнейшей праздности, так как даже пустая работа считается великим грехом и может навлечь гнев Ильи. Если в этот день на небе появятся тучки, народ с боязнью следит за ними глазами; если дело доходит до грозы, то боязнь эта переходит в панический страх: все население забивается в дома, затворяет наглухо двери, занавешивает окна и, зажигая перед образом четверговые свечи, молит пророка сложить гнев на милость.
В некоторых местах предупредительные меры принимаются даже накануне Ильина дня. Так, в Никольске (Вологодская губерния) крестьяне еще с вечера окуривают свой дом ладаном, а все светлые предметы вроде самовара, зеркальца и тому подобных – или закрывают полотном, или же вовсе выносят из избы на том основании, что будто бы пророк Илья считает такие предметы предосудительной роскошью, неприличной в крестьянском быту. В Вятской губернии пророка Илию умилостивляют дарами: крестьяне в этот день приносят в церковь «под свято» ногу барана, пчелиного меду, пиво, колосьев свежей ржи и зеленого гороха. Но по вопросу о том, что из этих предметов всего более угодно Илье, происходит разногласие. Одни стоят за пчелиный мед, другие доказывают преимущество баранины. На этот счет в Орловском уезде Вятской губернии народная фантазия создала даже целую легенду. Двое соседей заспорили между собой, чтó следует приносить в жертву Илье-пророку, чтобы вовремя были дожди. Один из них,
