Читаем без скачивания Игра - Алина Распопова

Гораций вспомнил, как уверенно и спокойно он стал чувствовать себя тогда, когда в его жизни появился ВИЧ. Этот косматый громила всегда был готов помочь, защитить, поддержать. Если бы в Пространстве существовали родственные связи, то Гораций мог бы по праву считать ВИЧа своим старшим братом, спокойным, надежным, уверенным, на которого всегда можно было положиться. А Маркус/555_555/…

Гораций вспомнил о малыше Маркусе/555_555/. Того он уже давно считал братом младшим, несмышленым, забавным и невероятно добродушным. У Горация сжалось сердце, когда он вспомнил то безжизненное, искалеченное тело, которое лежало перед ним в грязи полигона «Зеленый лес» и которое в начале Великого боя было Маркусом/555_555/, веселым, добрым и безотказным. Как же хорошо, что по настоящему Маркус/555_555/ не умер, он жив! Пусть так, пусть в таком же нелепом как у Горация теле, пусть глухие, обездвиженные, но ведь все его друзья живы. Пройдет совсем немного времени, и все они снова окажутся в Пространстве. Они снова будут вместе, будут беззаботно общаться, будут собираться вместе, будут опять играть. Скоро Гораций увидит свою Миринду, нежную, красивую, любящую. Она будет рада ему. Ни поражение, ни смерть, ни разлука, ничто не способно было изменить её любовь. Она была куплена за немалые деньги и теперь была обязана оставаться постоянной. Гораций увидел, как на лице его серого отражения, появилось нечто похожее на улыбку.

Гораций заснул. Заснул сам, без укола. Заснул спокойным и счастливым сном. Ему снилась его жизнь. Гораций не видел своего лица, но чувствовал, что улыбается во сне.

Седьмой день после окончания боя

Гораций проснулся в бодром состоянии духа. Настал последний день пребывания в реальности. Близился момент возвращения домой. Подумать только, всего один день отделял Горация от этого долгожданного события, шесть остальных дней были позади. Шесть дней горечи, разочарования, тоски и грусти прошли. Всего лишь один день, и Гораций вернется в родное Пространство, обнимет Миринду, встретит друзей.

Время сегодня тянулось невероятно долго. Горацию даже стало казаться, что желтоглазые роботы, по приходам которых он отсчитывал время, сегодня постоянно задерживались. Однако, на самом деле эти устройства появлялись точно каждый час. Вековая жизнь Мироздания была отлажена до секунды, позволяя людям вести беззаботную, бестелесную жизнь.

Встревоженный ум Горация стал думать о том, что предстоит сделать ему в Пространстве. Первым делом Горацию надо будет разобрать всю свою корреспонденцию. За то время, которое он отсутствовал, его почтовый ящик наверняка забился спамом, среди которого могла оказаться пара-тройка полезных писем. Ещё надо будет обязательно почитать все последние новости, сводки и отзывы о Великом бое, чтобы оперативно сформировать собственное мнение, а потом, надо будет сходить куда-нибудь с друзьями, чтобы отметить их второе рождение. Ещё надо будет обязательно наведаться в свой любимый уголок к виртуальщицам, а может даже прихватить с собой Миринду, Гораций чувствовал, что после долгого перерыва его сил хватит на всех.

Однако, чем больше планов составлял Гораций, тем больше в нём укреплялся страх того, что всем его мечтам не суждено будет сбыться. Пространство… Кто знает, какое оно теперь? На что оно теперь похоже и что там теперь творится. Где гарантии, что Пространство осталось прежним? Сохранились ли нетронутыми законы? А может?…

Страшная мысль пронзила Горация. Быть может никто не собирается возвращать его, и таких как он обратно. Зачем они там? Кому нужны? Тех, кто живет ради развлечений в Пространстве и без того достаточно. Зачем пространству лишние люди? Зачем делить с ними то, что может достаться самим? Деньги, власть, их проще заполучить в отсутствие конкурентов. Таких, как Гораций решили просто уничтожить. Их имена стерли, разум выбросили из Пространства. Их никогда больше не вернут обратно. Они навсегда останутся здесь.

«Ну постой, я же нужен обществу, людям… я же работаю, я строитель», – вспомнил Гораций. – «Я же руковожу из Пространства роботами реальности, строю тут новые здания. От меня есть польза Пространству. Как же оно без меня?», – пытался убедить он себя. Он окинул взглядом всё, что его окружало. Ничто в реальности не было похоже не те игрушечные каменные блоки, аккуратные проводки и железобетонные опоры, которые видел он на своей работе. «Неужели это была игра?…»

Гораций стал вспоминать свои достижения, всё, что могло бы быть основанием для возвращения его домой, но все его подвиги, все его свершения и победы казались ему теперь какими-то нереальными, ненастоящими. Кем-то значимым он был только в игре. Гораций шел по жизни играючи, не оставляя за собой сколько-нибудь значительного следа. Он не творил, не создавал, и даже командиром был только в игре.

«Мы не нужны Пространству», – взволнованно осознавал он. – «Нас слишком много. Ресурсы Пространства, наверняка, не безграничны, их может не хватить на всех. Сколько оно может вытянуть, таких как я? Скольким может дать возможность жить и развлекаться? От нас избавились. От всех лишних, которые не нужны Пространству. Нас не подключат, не вернут обратно. Мы не нужны…»

Гораций вспомнил, как однажды случайно заблокировался в своей квартире. Это было ужасно. Он не мог выйти в сеть, не мог ни с кем связаться и даже не мог послать кому-нибудь сообщение с призывом о помощи. Он не мог припомнить ситуации глупее, чем та, когда он стоя у двери не мог выти из дома. Тогда он не на шутку испугался, что Пространство не откроется больше ему, теперь он испытывал нечто подобное. Где гарантии того, что его пустят обратно?

Гораций с горечью подумал, что все, кому он был хоть сколько-нибудь дорог, сейчас вместе с ним коротают время в реальности. Ни его друзья, ни он сам, Пространству были не нужны. Теперь им придется доживать свои дни здесь, в реальности, умирая от скуки, ожидая того благодатного момента, когда настоящая смерть придет за ними, и никто самостоятельно даже не сможет ускорить её приход.

«Зачем Пространству возвращать нас?», – проносилось в голове Горация. – «Зачем я нужен Пространству? Создатели, Властители, Вершители – вот кто будет жить. Они успешны, влиятельны… Они способны менять мир вокруг себя, а мы, имеющие статус «средний», зачем мы? Какая от нас польза? Мы никому не нужны, таких как нас слишком много…»

Гораций с горечью подумал, что никогда больше не поболтает с друзьями, не увидит жены, не позабавиться с виртуальщицами, не проиграется, не получит, не возьмет… Острая, колющая, жгучая боль пронзила его грудь. Если бы мог, Гораций бы вскрикнул, так невыносимо была она. Тут же стальная игла впилась в его тело, заглушая физическую боль. Она оставила нетронутой боль где-то глубже, в душе, в самом центре его сознания. Гораций страдал. Если бы он верил в силу бога, то отчаянно бы молился, ища защиты и раскаиваясь в собственной беспечности.