был отрезан от угрозы бедствия.
Значит, у нас оставался единственный выход.
К нам подбежала Катя с группой других обходчиков, по большей части человеческого рода. Никого из них я не знал. Даниэля Баутисты среди них не было.
– Ладно, друзья, – сказал я им, – магические предметы долой, если вы этого еще не сделали. У нас шестнадцать минут, и нужно бежать на всех парах. Времени нет.
Группа таращилась на меня. Наконец один осмелился:
– Парень, что это ты голый?
Я указал на восток.
– Марш!
* * *
Следующий взрыв случился сразу после того, как мы выбежали из города. Взорвался (что-то вроде того) человек из арьергарда группы. Его звали Конрад Е, и он говорил с русским акцентом. Рейнджер двенадцатого уровня.
– Что там за хрень? – спросил я на бегу.
Впереди появились три моба, похожие на страусов эму. Они визжали. Назывались они Мазилами руин. Пончик ударила двух из них Магическими ракетами, а ещё один маг приложил третьего взрывной молнией. Этот третий страус не умер, но свалился. Я растоптал ему шею, и мы побежали дальше.
– Его колчан, – показала мне Катя. – Все стрелы взорвались, как я понимаю. Он убрал лук, а про стрелы забыл.
– Пончик, – окликнул я кошку, – мне это не нравится. Лучше сними тиару.
Пончик ехала на моём плече, хотя могла бежать быстрее меня. Сзади кто-то предупредил о появлении нового моба.
– Убери её! – выкрикнул я.
– Я потеряю пять от интеллекта! – взвыла Пончик. – И дебаф Зараза. А он мне не шутя нравится.
– Взрывы направляются на нашу магическую амуницию, – пояснил я.
– Но если я её потеряю, она достанется кому-то другому. Нам придётся драться за неё. Я не хочу причинять кому-то вред.
– Знаю.
Я этого тоже не хотел и не стал добавлять, что только идиот способен надеть на себя эту вещь, прочитав описание. Никто из окружавших нас не пошёл бы на такую глупость, но на этот счёт я уже мало беспокоился.
Я перескочил через кучку обломков. На моей карте появилась пара мёртвых обходчиков, их окружала толпа красных точек – Уличные сорванцы. У нас не было времени на выяснение.
В прошлом я не был быстрым бегуном. Обладал хорошей выносливостью, в чём превосходил многих парней, налегавших главным образом на поднятие тяжестей, а вот скорость не была моей сильной стороной. Я всю жизнь терпеть не мог бег трусцой, зато много играл в баскетбол. Мало командных видов спорта, которые так хорошо тренируют сердце; может быть, ещё теннис и футбол. Не исключено, что и хай-алай.
В этот раз я пробежал через весь город очень легко и двигался быстрее, намного быстрее, чем когда-либо в жизни. Я отрывисто дышал, но тело не замедлялось. Ощущение было странное, сбивающее с толку. Если мы выживем, решил я, нужно будет подтянуться физически, испытать пределы своих возможностей. Умом я по-прежнему воспринимал себя как обыкновенного человека. Что касается нашей группы, то даже самые медленные из нас шли быстрее, чем любая команда в истории Олимпийских игр. Я вспомнил свою бедную, давным-давно потерянную косилку. На этом этаже, заваленном мусором, она не справилась бы со своей задачей.
– Как хочешь, но я её не сниму, – заявила Пончик.
– Пончик, тот парень взорвался, – не сдавался я.
С левой стороны к нашей группе присоединились ещё четверо обходчиков и смешались с нами.
– Вы уверены, что это здесь? – прокричал один из новичков; у него была акулья голова.
– Здесь! – отозвался другой. – Я уже вижу его на своей карте.
Я снова посмотрел на Пончика. Следующий взрыв мог произойти в любое мгновение. Эти взрывы не соблюдали чётких пятиминутных интервалов.
– И что будет, если ты потеряешь пять от интеллекта, а потом всё равно лишишься тиары? У тебя будет на десять меньше, а не на пять.
– Это мой первый приз, – упрямилась кошка.
– И он может слететь с тебя вместе с головой. К тому же вспомни описание. Ты всё равно останешься признанной принцессой.
– Пончик, он прав. Лучше сними её, – пришла мне на помощь Катя.
– Ну, хорошо, – буркнула кошка.
Тиара на её голове рассыпалась пеплом и исчезла.
– Хей! – закричала Пончик.
Слева от меня один из вновь примкнувших тоже разразился криками. У него пропали штаны.
– Я не успел их снять, а их уже нет!
Мне стало ясно, что второй взрыв активировал все виды волшебного оружия. А этот, третий, уничтожил все оставшиеся защитные элементы.
Четвёртый удар пронизал группу как раз тогда, когда мы втягивались в какое-то маленькое ветхое строение. Дистанция была покрыта за рекордное время.
Хаос разорвал наше сообщество. Молния ударила в какого-то человека, он споткнулся и упал, почти мёртвый. Ещё кто-то просто телепортировался неведомо куда. Всё тело Кати сверкало. Она прыгнула вперёд, вцепилась в меня и невольно повалила на землю. После этого она врезалась в стену и прошибла её, как Человек-кувшин в рекламе напитков «Кул-Эйд».
Я с криком оторвался от пола. Пончик, зашипев, отпрыгнула в сторону. Когда Катя врезалась в меня, я почувствовал, как ломается моя рука, но перелом сросся, пока я ещё катился по земле.
Вы отравлены!
До меня далеко не сразу дошло, что же со мной случилось. Я привык, что у меня иммунитет против ядов, но его давал мне Плащ для ночной охоты. Пончик также была отравлена, но ей иммунитет давал её класс Бывший детский актёр.
Предметы номер один и два в рабочих списках каждого из нас активировались сами по себе. Таким образом, нетронутым оставалось большинство из них. И у меня, и у Пончика под первыми номерами значились Стандартное зелье исцеления и Зелье маны. Второе и Пончик, и я проглотили до истечения срока перезарядки и оттого оба получили зельевое отравление. Я знал, что у Кати имелся навык Стремительность, который можно было использовать один раз в день; вот он у неё и активировался.
Отравление ударило меня в желудок,
