способствовавшие его победе, как боеспособная армия или лучшие источники материального снабжения.
5. Хурилтай. Конечным этапом наследования власти у монголов являлись выборы великого хана хурилтаем — собранием всех влиятельных людей империи. Хурилтай не подразумевал прямого голосования с целью выбора победителя, он скорее являлся юридическим закреплением единственного кандидата. С выбором великого хана завершался период, когда претенденты на престол угрожали соперникам, собирали сторонников и демонстрировали свою силу. В какой-то момент один кандидат начинал превосходить других, и хурилтай подтверждал этот политический факт единогласным решением. Резкое возражение против избрания на престол того или иного кандидата выказывалось путем неявки на хурилтай. Отсутствие достаточного количества влиятельных лиц могло служить доказательством нелегитимности хурилтая.
Принципы наследования, племенная политика и военная сила играли большую роль при избрании нового великого хана. Важность каждого из этих факторов со временем изменялась. Политическая жизнь у монголов не была статичной, она находилась в постоянном движении, и любой анализ проблемы наследования престола, проведенный в хронологическом порядке, дает обманчивые результаты. Хотя набор основных принципов оставался неизменным, существовала тенденция к уменьшению значения генеалогических и юридических принципов и увеличению значения военной силы.
Выбор Угедэя в качестве наследника после смерти Чингис-хана был предопределен. Его назначил сам основатель империи, которому никто не мог перечить. Передача престола Гуюку была произведена в основном по политическим мотивам. Юридические права служили здесь лишь благовидным предлогом для исключения других кандидатов на престол и подкреплялись угрозой применения военной силы против недовольных. Только внезапная смерть Гуюка предотвратила междоусобную войну. С помощью сходных методов пришел к власти Мункэ, могущество которого опиралось на военную силу. Открытых военных действий удалось избежать, поскольку Мункэ умертвил своих противников, обвинив их в государственной измене. Последним всемонгольским великим ханом был Хубилай. Он вступил на престол после междоусобной войны, и традиционный хурилтай для его утверждения так и не был созван. Теперь рассмотрим некоторые отдельные эпизоды монгольской истории для того, чтобы выяснить, каким образом принципы наследования и ограничения политического характера становились частью сложной и постоянно меняющейся системы.
Борьба за власть: четыре великих хана
Перспектива передачи власти преемнику была тем вопросом, который ни друзья, ни родственники не решались обсуждать с Чингис-ханом. Все хорошо знали его реакцию на высказывание любых мыслей о разделении власти и боялись гнева монарха. Только в начале военной кампании против хорезмшаха в 1218 г. одна из любимых наложниц Чингиса осмелилась напомнить ему, что даже великие завоеватели умирают, и вынудила назвать имя преемника. Согласно традиции, он должен был назвать имя своего старшего сына Джучи, однако Чагатай злобно возразил отцу, что Джучи, вероятно, был рожден от меркита и поэтому не имеет прав на престол. Имелось в виду, что Джучи родился вскоре после освобождения Борте из меркитского плена. Чингис всегда воспринимал его как сына, и обвинение в незаконнорожденности Джучи стало кульминацией длительного противостояния двух братьев. В качестве компромисса Чингис выбрал наследником третьего сына — Угедэя. Все братья хорошо относились к нему, хотя он был несколько ленив и славился пристрастием к спиртным напиткам. Старшие братья Джучи и Чагатай и младший брат Толуй поклялись следовать воле отца. Напомнив им о наказании, которое понесли Алтан и Хучар, обещавшие помогать Чингису, а затем изменившие ему, отец призвал их быть верными. В то же время Чингис назначил преемников из числа сыновей своих братьев, которые должны были воглавить самостоятельные линии наследования[267].
Это назначение не давало, по-видимому, исключительных прав линии Угедэя. Чингисхан сказал:
Если согласитесь с этим и выберете на царство одного из моих сыновей, не станете нарушать мое повеление и не станете его как-нибудь перекраивать, то ни в чем не ошибетесь и ничего не потеряете. Ну а если потомство Угедэя народится [таким негодным, что]
Если завернуть его в зеленую траву,
Оно не будет съедено быком;
Если завернуть его в сало,
Оно не будет съедено собакой,
Неужели среди моих потомков [даже] одного достойного не народится?[268]
Выбор, сделанный Чингис-ханом, был удобным компромиссом для его враждовавших сыновей, которые любили Угедэя, но с неприязнью относились друг к другу. После смерти Чингис-хана в 1227 г. последовал двухлетний период междуцарствия. Хотя Толуй, выполнявший функции регента, имел под своим контролем армию, он не решился захватить власть, нарушив волю отца и данное им слово, а также опасаясь спровоцировать ответные действия со стороны Чагатая. Джучи умер раньше Чингиса. Угедэй в своей традиционной речи, в которой он поначалу церемониально отказывался принимать власть, обозначил многие юридические принципы, которые были нарушены Чингисом при назначении преемника:
«Хотя приказ Чингиз-хана[269] действует в этом смысле, но есть старшие братья и дядья, в особенности старший брат Толуй-хан, достойнее меня, чтобы быть облеченными властью и взять на себя это дело, так как по правилу и обычаю монголов младший сын из старшего дома замещает отца и ведает его юртом и домом, а Улуг-нойон [Толуй] — младший сын старшей ставки и всегда находился при Чингиз-хане… Как я воссяду на ханство при его жизни и в их присутствии?» Царевичи единогласно сказали: «Чингиз-хан из всех сыновей и братьев это дело вверил тебе и право вершить его закрепил за тобой. Как мы можем допустить изменение и переиначивание его незыблемого постановления и настоятельного приказа?»[270]
В этой речи упомянуты четыре основные юридические принципа, приведенные выше. Отмечая, что у Чингис-хана оставались здравствующие братья, Угедэй тем самым признавал традицию наследования по боковой линии — от старшего брата к младшему. Отмечая, что он имеет старшего брата, Угедэй подтвердил и право линейного наследования — от отца к старшему из живущих сыновей. Отмечая, что у него есть младший брат, он подтвердил существование у монголов традиции передавать власть младшему сыну. (Многоречивое признание прав Толуя было попыткой продемонстрировать легитимность его потомков, впоследствии основавших династии Ильханов и Юань, хотя из всех упомянутых родственников у Толуя были наименьшие формальные права на престол.) Принимая власть, Угедэй признавал право великого хана самостоятельно назначать себе преемника, отвергая при этом другие принципы наследования. Тот факт, что все четыре принципа противоречили друг другу, во многом объясняет внутренние распри монголов. Время шло, родственные связи между монгольскими лидерами ослабевали, и разброд в мнениях относительно принципа наследования явно начинал провоцировать конфликты. У тюрко-монгольских народов на смену единству братьев почти всегда приходила вражда двоюродных братьев.
Таблица 6.2. Великие ханы
Выбирая Угедэя, Чингис-хан надеялся избежать проблем, которые должны были встать перед новым
