Данте с удивлением на них посмотрел и не узнал символики – это не из орденов, не пехота Империи и не одно из элитных подразделений. Одноглавый геральдический орёл на фоне двух клинков – неизвестный для присутствующих символ.
– А-а-а, – понимательно выдал полковник и отдал честь, – Полковник Рифат Андрос, третий мотострелковый полк. «Штурмовики Канцлера», что вы сразу не сказали, что пожаловали от нашего повелителя, и тёрок бы не было.
– Ступайте, – напористо, но с тенью лукавой мягкости сказал человек.
Полковник развернулся, отдал лёгкий поклон присутствующим и поспешил ретироваться как можно быстрее.
– Кто вы? – вперёд вышел Яго. – И что вы тут делаете?
– Я – Лорд-Магистрариус «Имперор Магистратос», – мягкими речами обозначил свой статус человек. – Только назначен на эту должность, так что я не удивлён вашему незнанию, – далее слова стали более грозными. – Официально меня тут нет, так что никакой бюрократии не будет.
– Что вы от нас хотите?
– Я буду краток. Мне необходим специальный отряд. В создании отряда мы обойдёмся без лишнего официоза и поэтому только ваше желание и мастерство сыграет роль при подпадании туда. Мне сказали, что на этой базе вы – самые лучшие.
– Ну может быть, а что собственно нужно? – спросил Яго.
– Как я говорил, мне нужен отряд. Вас высадят на юге Великого Коринфа у самого дворца «Чёрной Лилии», ставшего оплотом мятежа… точнее высадят настолько близко, насколько это возможно. Там необходимо будет выполнить ряд заданий, – Лорд вынул планшет из широкого внутреннего кармана плаща и передал его собравшимся. – Все задачи здесь. Прочтите, ознакомьтесь.
– А если мы откажемся? – спросил Данте. – Что тогда?
– Хм, – на лице Лорд-Магистрариуса повисла лукавая ухмылка. – Операция настолько вольная, что кто-то даже сможет найти свою жену и ребёнка в Великом Коринфе, если у него там они есть.
На губах Валерона за долго короткое время этой кампании впервые на губах расцвела лёгкая улыбка. Данте впервые рад, что ему не приходится выбирать между приказом и личным стремлением, ибо они единая суть друг друга – выполнить указ Императора – значит спасти Сериль. Но ещё больше он хотел бы, чтобы этого не случалось, чтобы Сериль была в безопасности, однако, что случилось, то случилось.
– Ну, кого записаться в отряд…
– Смертников, – резко оборвав на полуслове к Лорду подошёл О’Прайс, – вы так хотите его назвать? Не отнекивайтесь, я смотрел эти долбанные отчёты ваших офицеров и аналитиков. Тот дворец – крепость, к нему не подобраться – там всюду ПВО и ЗРК, а в канализациях под ним дежурят целые роты.
– Не всё так просто, господин пан, – сыронизировал Лорд, завидев нашивку с красно-белым флагом на плече англичанина. – Мы вас не собираемся бросать на тучу врагов. С вами отправятся люди, которых вы выберете и два отделения моих «Стражей Шпиля».
– И всё равно, этого слишком мало.
– Да, поэтому мы и отправили наш критский флот к Саламину. Их ракетные эсминцы и наш «Меч Серафима» прикроют вас с моря… если будет на то возможность. Я вас не тороплю, у меня есть тут ещё пара дел, так что я вернусь через десять минут, и вы дадите утвердительный ответ, – и на мгновение Лорд умолк, что бы затем сказать. – Да и Яго, можешь не беспокоиться по этому поводу. Ты возглавишь абордажную команду в битве при Саламине.
– Что!? – возмутился Яго. – Да как вы можете!? Как смеете!?
Слова прошли мимо для Лорд-Магистратируса и он под стук каблуков вместе со своими воинами покинул эту залу, в которой на несколько секунд поселилась полная тишина.
– Брат, – Яго тяжело выдохнул смотря в зелёные очи Данте, во взгляде которых, впервые появилась надежда, – ты же понимаешь…
– Да, я понимаю, – вдохнул брат, – надеюсь, мы ещё встретимся.
– Да, встретимся. Знай, я уверен, что она ещё жива, что ты ещё найдёшь её. Поверь, мы все ещё соберёмся, за тем столом. Ты, я, твоя жена и Марта, – легко-дрожащим голосом говорит Яго. – Не может всё кончится какой-то чертовщиной, ну не может!
Данте и Яго крепко по-братски обнялись, и брат оставил брата, быстро удаляясь из помещения. Теперь путь разделён, но всё же Данте надеется, что они ещё встретятся, что когда-нибудь соберутся за праздничным семейным столом. Он молча смотрит за тем, как его брат ушёл, опустив едва голову.
– Парень, – О’Прайс тряхнул Данте за правое плечо, – пойдём выйдем, поговорим. МакКаллин?
– Нет, прости, старина. Это без меня. Мне нужен покой, так что я тут останусь.
Двое вышли и Данте ощутил, как его лицо обдул ветер, холодный воздушный поток ударил в лик и на мгновение ему стало едва легче.
– У тебя в Великом Коринфе дочь, и жена? – спросил О’Прайс и в его пальцах мелькнула сигара, которую он поджёг и поднёс к губам; раздался сухой треск и удушливый дым вырвался изо рта капитана.
– Да, – тягостно ответил Данте, посмотрев на капитана и его сигару.
– Осуждаешь, что эту дрянь курю? И правильно, не ото хорошей жизни я взял этот яд в зубы, поверь… луче бы не брал. Да, теперь понятно почему Комаров поплёлся сюда. Ты ведь знаешь?
– Да, он рассказывал. Так о чём ты хотел поговорить?
– Знаешь, ты меня удивляешь, хотя это трудно. Ты готов согласиться на самоубийственную миссию ради людей, которые вряд ли остались в живых. Я не буду тебя пугать, но по опыту знаю, что вряд ли жёны и дети офицеров выживают во время бунтов.
– Откуда? – тяжело выдавил Данте.
– Я много где был. Работал на лондонских олигархов, затем английское правительство, потом на Федеративную Россию. Затем были в сопротивлении. Помимо этого, много ещё где бывал. Обычно, там, где дело пахло большими деньгами, нас и звали, – ответил О’Прайс, потягивая сигару. – Этот несчастный поганый мир не меняется.
– И в России вы и познакомились с Комаровым?
– Да, точнее чуть раньше. У нас была совместная операция где-то под Архангельском вроде, а затем закружилось и завертелось. И по тому, что я прошёл у себя на родине и в России, скажу тебе – сепаратисты, они же как бешенные звери, никого не щадят.
– Это всё понятно, О’Прайс, – Данте всмотрелся перед собой на военную базу, на копошение людей вокруг бронетехники, на перебежки с чёткими офицерскими командами и поднял руку. – Ты только посмотри, сколько ребят? И у большинства из них есть семьи, но никто из родных не в смертельной опасности, никто не переживает за жён и мужей, детей, родителей. Ох, как бы я хотел быть на месте одного из этих бойцов.
– Я тут ночью лазил по данным ваших систем, – поймав недоброжелательный
