что способен целитель девятого уровня с фантазией. То, что наворотил блондин на практике, покажется детским лепетом, ведь тот не со зла, а по дурости. А со зла – у-у-у. Подумать страшно.
Долго Бродерик не упирался. Представив, насколько высоко могут тянуться нити заговора, если даже самое доверенное лицо короля оказалось с гнильцой, он сдался и приказал перевезти арестованного в надежное место. Но никому не сказал, куда.
Перевозили мы его сами. Связали как следует, умотав веревкой как мумию, погрузили на заднее сиденье авто и увезли в неизвестном направлении.
Хорошо им в этом мире, хоть в чем-то. Государственной системы предварительного удержания преступников еще нет, где хотят – там и запирают. Это потом, после суда, каторга, ссылка, казнь, тюрьма даже вроде бы есть. Для неодаренных. Магов-преступников запирать смысла нет. По кирпичику разнесут любое место заточения. Им либо казнь, либо ссылка.
А подземелья в родовом особняке Салливанов весьма внушительные – тут и не одного Сайкерта спрятать можно: никто не узнает и не найдет.
– Ключ от камеры есть только у отца. – Бродерик продемонстрировал увесистый, старинный, похожий на металлическую бабочку ключ на толстой цепи, свисавший с его шеи. – А вход в подземелье открывается только нашей фамильной воздушной магией. Там еще знать надо, на какой рычаг нажимать, чтобы не убило на месте.
Салливан светился тихой радостью, и до меня, наконец, дошло почему: три года Бродерика считали калекой, и вот к нему потихоньку возвращается дар. Я нашла в темноте и стиснула его руку, он в ответ благодарно погладил мои пальцы.
Кандалы с Ричарда так и не сняли. Запеленали в веревки вместе с ними. И теперь просто прикрепили цепи к какому-то хитрому крюку в стене.
– Кормить его будут под присмотром моего брата. И, предваряя твой вопрос, он тебе карьерой обязан. То есть не тебе, а твоему приемному отцу, но все равно долг чести. Не говоря уже о том, что он мой брат.
Я покосилась на Пэдди. Не стоит личные вопросы обсуждать при посторонних, даже самых доверенных. Тот понятливо приотстал, будто проверяя в окошко, как там сидится задержанному.
– А проблем с наследованием у вас теперь не возникнет? – уточнила я шепотом. – Ты же стал калекой, ему титул должен был перейти, а теперь ты вроде как выздоровел…
Броди хмыкнул и нашел губами мой висок. Нежно и щекотно.
– Ты бы слышала, какой скандал разразился, когда я ему наследование передавал. Он ни в какую не хотел, теперь тебя вдвойне на руках готов носить, я даже ревную немного. Если титул – так ему же жениться надо, наследников заводить. А у Дэвида только карьера в гору пошла, ему не до жены и детей.
– А тебе? – шутливо поддела его я.
– А нам как раз пора подумать о наследниках. И срочной свадьбе, – выдохнул Броди мне в волосы, которые чуть не встали дыбом при мысли, что мы ведь не предохранялись и наследники могут появиться очень даже скоро.
После подземелий, допросов и откровений убийцы мирный завтрак в Академии казался чем-то нереальным. Оторванным от действительности. В какой-то степени весь правый берег существовал в собственной параллельной реальности, где не было места маньякам, предателям и убийцам.
Я уже привычно подсела по правую руку от сестры, отметив усталый вид и какую-то странность в ее лице.
– Ничего не получается, – пожаловалась Наирин вполголоса. – Я вчера весь вечер отрабатывала заклинание по учебнику: свечка зажигается, а падать отказывается. Чуть комнату не спалила.
Вот что за странность! У сестры практически отсутствовали естественные брови. И ресницы коротковаты. Подпалила, балбесина!
– С ума сошла, в общежитии отрабатывать заклинания, которые тем более не знаешь? – прошипела я. – Хочешь всю Академию к чертям спалить? С сегодняшнего дня будешь тренироваться только на полигоне.
Наирин послушно закивала.
– Кроме того, нам нужна помощь…
Я оторвала взгляд от тарелки и задумчиво оглядела будущий цвет боевых магов. В глаза как-то сразу бросился сидящий на отшибе Ранджит. Точно! Местные против короля не пойдут. Сказали принцессе на бытовом сидеть – значит, и пальцем не пошевелят, чтобы научить чему-то. А этот не местный, незашоренный, ни с кем особо не общается и королю Риона клятву не приносил. Сгодится.
За ужином я снова села с релийцем.
– Уже выгнали? – хмыкнул он, невозмутимо орудуя ложкой.
– Скорее, заслали, – хитро усмехнулась я.
Парень вроде нормальный, но просто приказать ему не получится – клятвы верности он не приносил. Теоретически это должно его сделать первым подозреваемым по делу о бунтовщиках, но мне как-то не верилось, что в этом замешаны иностранцы. Да и зачем? Вот если бы они с Наирин собирались пожениться, я бы поняла…
Кстати… Я замерла, не донеся ложку до рта. А не участвует ли в этом Горман? Надо бы почитать выкладки барона на этот счет.
– Так чего хочет от меня ее высочество?
Пока я размышляла о заговорщиках, Ранджит успел очистить свою тарелку и, ехидно улыбаясь, ждал ответа.
– Помощи. Наирин хочет участвовать в турнире первокурсников. И ей нужен тренер.
Вся насмешка мигом слетела с лица релийского принца.
– Она вообще в курсе, что турнир для боевиков? – осторожно уточнил он.
– В правилах проведения ни слова не сказано о факультетской принадлежности, – отрезала я. Лично этот момент проверяла, памятуя свое поступление. – Заклинания нужно использовать боевые, да. Там резерв нужен и навык. Резерв у нее будь здоров, а вот навыков – сам понимаешь. По учебнику такое не освоить.
– И какой там резерв? – Он, кажется, хотел поиздеваться, но получилось вполне серьезно.
Понял уже, что я не шучу со всей этой затеей.
– Поможешь – скажем, – подмигнула я, лихо расправляясь с десертом.
Любопытство сгубило не только кошку.
Поздно вечером, когда на полигоне никого не было – все здравомыслящие студенты либо зубрили материал, либо развлекались по комнатам, – Ранджит дисциплинированно явился на первое практическое занятие. Оделся с иголочки, даже чалму, кажется, выгладил.
Когда Наирин продемонстрировала, чему научилась самостоятельно, по книгам, релиец судорожно сглотнул и долго меня благодарил за здравую мысль позвать подкрепление.
Тренировки теперь проходили практически ежедневно. По вечерам полигон был всегда свободен – после ужина у всех образовывалось свободное время. Поначалу я ходила на занятия вместе с Наирин, но мне быстро надоело. Меня ждали куда более важные дела, чем смотреть, как сестра под руководством огневика отрабатывает силовой удар. Досье на Горманов представляло собой натуральный многотомник, куда там Толстому с его четырьмя томами о войне и мире! И среди всего этого стога информации нужно было выловить иголку той полезной, что поможет отвести от сестры угрозу брака.
