Всю следующую неделю они ходили на озеро каждый день. Их страсть достигла наивысшей точки за эти семь дней, и Стив уже больше не мог ждать. Он потратил часть своих сбережений на пачку презервативов, которые купил не без неловкости и стеснения, но положил в карман шорт с большой гордостью. Он ощущал их, прижатых к ноге, это волновало его до того, что он еле мог дышать. К тому же он не знал, как отреагирует Лиза-Мария, если узнает о его покупке, и сможет ли он почувствовать нужный момент, чтобы показать их. Но на самом деле все оказалось намного проще. Лиза-Мария, казалось, вся горела желанием и все сильнее прижималась к нему, но, когда он начал потихоньку снимать ее бикини, она отпрянула от него, шепча:
— Нет — мы не должны!
Стив только слышал слова, которые он повторил несколько раз:
— Все нормально. У меня есть кое-что.
— У тебя есть? — Она едва дышала. Ее голос был чуть слышен.
— Да. Хочешь я надену?
— Я не знаю…
Тогда он еще крепче прижался к ней, и она простонала:
— Да… о да…
Стив отвернулся от нее и достал одну упаковку. Он боялся, что замешкается и, если будет возиться слишком долго, она передумает. Но ему удалось все сделать быстро, и когда он обернулся к ней, ее руки быстро обвили его тело, прижимая к себе. Она была полна желания, овладеть ею было легко.
Потом все получилось несколько хуже, чем он ожидал. Когда для него все уже было кончено, Лиза-Мария не хотела останавливаться. Но он сделал то, что должен был, и через некоторое время она перестала прижиматься к нему и лежала очень спокойно, держась за него и довольно улыбаясь. Он прильнул к ее шее и почувствовал вкус ее слегка солоноватой влажной кожи. Она прошептала что-то, но так тихо, что он не расслышал.
Он поднял голову:
— Что ты сказала?
Она открыла глаза, лениво глядя на него. Ее губы, казалось, слегка опухли, а щеки округлились.
— Ты меня любишь?
Эти слова слегка шокировали его. Любить? В его словарном запасе не было такого слова. Любовь? Он никогда не думал об этом, а говорил еще меньше. Но если хотеть кого-то так сильно, как он хотел Лизу-Марию, означает любовь, то тогда да.
— Любишь? — она слегка повысила голос.
— Да, наверное.
— Расскажи, пожалуйста, расскажи!
Он не мог. Как он ни старался, но слов подобрать не мог.
— Стив, говори. Пожалуйста!
— О, Господи, Лиза, если бы я не… то уж я бы наверное не… а?
Она нахмурила брови. На секунду показалось, что такой неполный ответ удовлетворил ее. Она легла на спину, медленно пропуская свои локоны сквозь пальцы. Он почувствовал, что начинает хотеть ее снова.
Она оттолкнула его, когда он прижался к ней:
— Стив! Ты отвратителен! Ты же не хочешь… Ты не можешь! Хватит!
«У меня есть еще две упаковки, и я могу!» Так хотелось сказать ему эти слова, но он предвидел реакцию Лизы и не захотел отталкивать свою удачу.
— Посмотри, что ты делаешь со мной, Лиза, — сказал он, вставая и надевая плавки. — Пойдем искупаемся.
Она схватила его за руку:
— Ты все же мне не ответил?
— Что?
— Ты любишь меня?
— Я сказал.
— Нет. Ты сказал, что не сделал бы со мной такого, если бы не любил меня, но я в этом не уверена. Все ребята хотят это сделать. Но ведь ты не…
— Да ладно, Лиза, пошли купаться.
— Нет, пока не скажешь, что любишь меня. Иначе я буду думать, то ты принимаешь меня за дешевку. Ты ведь не думаешь так обо мне?
— Нет, конечно.
— И ты любишь меня?
— Да.
— И будешь любить всегда?
Ему уже стало надоедать. И если бы он не хотел ее по-прежнему, если бы она была одной из девушек, что живут в его заводском районе, он бы закрыл эту тему. Но не хотелось все испортить. Хотя бы пока.
— Да. Но теперь можно мне надеть плавки? А то я займусь тобой еще раз.
Она только еще крепче сжала его руку.
— О да, пожалуйста, Стив! — Все, что она сказала.
На этот раз все было еще лучше. Было просто прекрасно. Он почувствовал себя королем. Потом они искупались и легли загорать. Крики и смех ребят из их компании доносились с другой стороны озера, а им казалось — прилетали из другого мира. Стив еще не знал, что момент разочарования, пробуждения и осмысления своего положения наступит совсем скоро.
В этот вечер Стив провожал Лизу-Марию домой, где в утопающем в зелени белом доме она жила с папой, главным консультантом городского банка, мамой, которая вообще не работала, и младшей сестрой Джуди, обещавшей совсем скоро стать такой же хорошенькой, как Лиза.
Когда они дошли до красивой тенистой улицы, где все дома с зелеными газонами были похожи на тот, в котором жила Лиза-Мария, Стив, сам не понимая почему, почувствовал себя немного неуверенно и стесненно.
Они остановились у калитки. Стив увидел Джуди, сидевшую на крыльце со своими друзьями. Они передавали друг другу большую бутылку лимонада. Ощущение дискомфорта усилилось. Он будто смотрел на все из другого, совершенно не похожего на этот мира, он чувствовал себя чужим. Но почему? Он ведь такой же, как они, даже лучше. Когда-нибудь у него тоже будут дом и машина, а вся эта роскошь будет казаться ему обычной.
— Пойдем сегодня в кино? — спросил он несколько вызывающе. На билеты ему предстояло потратить все карманные деньги, но сейчас это было не важно.
Он хотел бы поцеловать ее, но хорошо знал, что они находятся под наблюдением двух любопытных глаз.
— Я зайду за тобой, — сказал Стив. — Около семи?
— Зайди в половине восьмого. Маме не понравится, если я убегу с ужина.
— Ладно.
Он пошел домой. Их покосившийся коттедж с облупившейся краской и старое, скрипучее кресло во дворе, где мать обычно чистила картошку, выглядели сегодня особенно удручающе. Стив начал переодеваться и, только переложив опустевшую на треть пачку из шорт в джинсы, почувствовал себя лучше.
Подойдя к дому Лизы-Марии, он не увидел ее во дворе и пошел медленнее, так как не хотел подниматься на крыльцо и стучать в дверь. Он дошел до калитки, но Лиза-Мария так и не появилась. Он стоял на тротуаре, стараясь держаться непринужденно. Вдруг дверь распахнулась настежь, и Стив застыл в ожидании. Но это была не Лиза-Мария, а ее отец, полноватый, невысокий, лысеющий мужчина, с пышными усами. И он явно был чем-то рассержен.
— Эй ты! — крикнул он Стиву.
— Я?
— Да, ты! — Он подошел к Стиву, его поза была несколько угрожающей. — Незачем тебе шататься здесь.
Стив глотнул:
— Я жду Лизу-Марию.
— Так вот я и говорю: ждать незачем. Она не выйдет.
— Но мы хотели пойти в кино…
— Но не с Лизой-Марией. Сегодня она останется дома. И не ходи здесь, не приставай к ней. — Его и без того красное лицо побагровело.
