Валенса своей профессией гордился, а «коллеги» его уважали.
Дик много лет кочевал с планеты на планету, налаживая связи, организуя себе постоянный рынок сбыта, выискивая богатых покупателей, пока в конце концов не осел на Амои. Казалось бы — ну что здесь делать. Богатенькиз ребят, готовых выложить немереные деньги за старый глиняный горшок, здесь не так уж и много. А если у этих ребят и появляются лишние деньги, то они предпочтут потратить их на какой-нибудь галактический круиз или, скажем, на новую воздухоочистительную установку… Но в то же время здешняя полиция не особенно-то и присматривается к владельцу маленького скромного магазинчика, спрятавшегося между высотными домами в Мидасе. Ну торгует парень какими-то черепками, еле-еле сводит концы с концами, ну и Юпитер с ним. Мало кто здесь мог оценить истинную стоимость перевозимого Диком товара, а потому Амои стала для него идеальной перевалочной базой.
Вообще-то, за свою не столь уж долгую жизнь Дик успел правдеными и неправедными способами заработать столько, что вполне мог уже удалиться на покой. Впрочем, о покое он пока не думал, ибо не мог существовать в бездействии. Тот факт, что он мог ни в чем себе не отказывать, Дик использовал таким образом, что позволял себе браться только за самые интересные дела. Вот как этот портрет, к примеру…
Никакого заказа на него Дику не поступало. О нем вообще мало кто слышал. Дик нашел описание картины в каком-то старом альманахе, потом разыскал фотографии… а после этого попросту заболел этой загадочной вещью. Ну что, казалось бы, интересного, может быть в картине неизвестного художника всего лишь вековой давности, да к тому же сомнительной художественной ценности? Дику в руки попадали вещи куда более древние и дорогие. Но… Дик тоже был в своем роде человеком искусства. Старинное колье ничего не стоило в его глазах, если с ним не была связана какая-нибудь кровавая или загадочная история. А этот портрет был куда как загадочен!.. И вот, наконец, ему удалось раздобыть репродукцию этой картины…
Потрет изображал Первого Консула Амои, того, что правил планетой более ста лет назад, на фоне какой-то комнаты. Вот эта комната и не давала покоя Дику. Ему доводилось общаться с людьми, бывавшими в Эосе, и все они утверждали, что подобного интерьера в Эосе быть не может. Ну не может, и все тут! Потому как Эос — это сплошь стекло и сталь, пластик, хромированные поверхности, мигающие огоньки терминалов, мерцающие мониторы… Дик, правда, подозревал, что жилые помещения выглядят несколько иначе, хотя… кто разберет этих Блонди? А кроме того, кто помнит, что было сто лет назад и как выглядел тогда Эос?
Но даже если отвлечься от интерьера комнаты, изображенной на заднем плане, сама изображенная на портрете фигура заслуживала пристального внимания. О да, это был один из великих Первых Консулов. И по сию пору из уст в уста передавались легенды о его временах, о жесточайшей диктатуре, установленной Дорианом Гризом… Он устроил беспрецедентную чистку всей верхушки госаппарата, безо всякой оглядки на Юпитер уничтожив недовольных, осмелившихся выступить против него, или хотя бы имевших неосторожность высказать что-то нелицеприятное. При нем остались лишь абсолютно лояльные выбранному Дорианом Гризом курсу сотрудники. Ну а далее… далее сей достойный субъект взялся за радикальное реформирование всего устройства жизни на Амои, и немало преуспел в этом. Несмотря на все принятые им драконовские меры, бесконечные полицейские облавы, расправы без суда и следствия, о тех временах говорили, как о чем-то прекрасном и недостижимом. Потому что, хотя жилось тогда и потяжелее, чем теперь, и приходилось сильно подумать, прежде чем сказать что-то вслух, саму Амои — уважали. Боялись и уважали. Тогда у Амои было настоящий флот, и она способна была поспорить с Федерацией. Тогда Амои могла диктовать свои условия…
Дик вздохнул, поворачивая репродукцию к свету. Все это он слышал от многих людей… Говорили, что Дориану Гризу будто дьявол ворожил, он невредимым уходил от наемных убийц. На предназначенных для него минах подрывались совершенно случайные люди, профессиональные киллеры промахивались по нему с десяти шагов, яды не действовали или доставались другим… Словом, Дориан Гриз был словно заговорен. Даже гнев Юпитер обрушивался на кого угодно, только не на него. Ему было дозволено все…
Дик внимательно посмотрел на портрет. Не хотел бы он близко познакомиться с этим типом… Лицо красивое, конечно, как у всех Блонди, но до того надменное и, пожалуй, жестокое, что о красоте как-то уже и не думается. Взгляд синих глаз пронзительный, ледяной, и кажется, что Первый Консул смотрит на тебя в упор, с какой точки ни взгляни на картину, — удивительно, как это художнику удалось передать такой эффект… а еще более удивительно, что он сохранился и на скверной репродукции! Тонкие губы изгибаются в улыбке, одновременно снисходительной и презрительной… Ну и что еще? Да ничего. Показан Дориан Гриз всего по пояс, видно, что на нем повседневный костюм по моде столетней давности, и только-то. Руки скрещены на груди, и, кажетя, в пальцах левой руки что-то зажато, только что именно — на репродукции не разглядеть…Какая-то небольшая вещица…
Портрет, подумаешь… Мало ли Дик Валенса видел на своем веку портретов! А только… ну скажите, кто и зачем рисовал именно этот? Почему художник не нарисовал больше никого, только Первого Консула, да еще не в парадной обстановке, а на фоне непонятной какой-то комнатушки? А если нарисовал, то где остальные портреты?… Почему Дориан Гриз вообще согласился позировать? Или он не позировал, а художник писал портрет… ну хотя бы с фотографии? И — самое интригующее. Подпись. Имени художника не разобрать — хитрая закорючка, и только, а вот дата… Именно в этот день закончилась эпоха Дориана Гриза.
А погиб он неожиданно и совершенно нелепо… Во время инспекции очередной «стройки века» внезапно рухнувший гигантский башенный кран просто расплющил автомобиль Первого Консула. Дориан Гриз погиб мгновенно. Только никто не мог понять — отчего он не попытался избежать катастрофы, хотя бы отвернуть в сторону? Экспертиза выяснила — неожиданно отказал мотор автомобиля. Но почему Первый Консул просто не выскочил из машины, он успел бы, реакция Блонди вполне позволяла… Экспертиза выяснила: двери почему-то были заблокированы. Складывалось впечатление, что удача, много лет сопутствовавшая Дориану Гризу, вдруг отвернулась от него. Быть может, всего на секунду, но этой секунды хватило судьбе для того, чтобы восстановить равновесие, нарушенное этой чрезмерной удачливостью Первого Консула…
Дик серьезно задумался. Любопытство — страшная вещь, и было ясно, что оно не даст Дику забыть
