о злосчастном портрете до тех пор, пока он если уж не завладеет им, то хотя бы увидит картину своими глазами. Насчет «завладеть» — это еще бабушка надвое сказала, а вот увидеть своими глазами… В общем-то, не такая это безнадежная затея, как кажется на первый взгляд. Особенно если учесть, что одно лицо, занимающее не последнюю должность в Эосе, по сведениям Дика, неоднократно выкладывало немалые денежки за антикварные вещицы. Вот только как подступиться к этому господину?… Дику пока не доводилось иметь с ним дела, и не факт, что доведется. Насколько он знал, у эосского любителя антиквариата были свои каналы, свои дилеры, и связываться с непонятной репутации торгашом он вряд ли бы стал. Хотя… может, и стал бы, если бы Дик сумел предложить ему что-нибудь совершенно эксклюзивное. В любом случае, путь этот был бы невероятно долгим и потребовал от Дика Валенсы ангельского терпения, которым он отнюдь не обладал, и серьезных финансовых затрат, идти на которые ему вовсе не хотелось.
Был и второй путь… Признаться, кто другой на месте Дика еще сто раз бы подумал, прежде чем предпринимать какие-либо шаги в этом направлении, но Дик придерживался принципа «наглость — второе счастье», который его неоднократно выручал. Вот уж наглости ему было не занимать…
«Попытка не пытка», — решил Дик, разыскивая свой ежедневник, в котором он отмечал все мало-мальски значимые грядущие события. Ближайшим из таких событий оказался, разумеется, очередной аукцион в Мистраль-парке. Событие не такое уж редкое, значимости небольшой, но дело в том — Дик точно знал, — что посещать подобные мероприятия считается хорошим тоном среди амойской элиты. Многие бывали на аукционах не только и не столько за тем, чтобы купить нового пета, а чтобы завязать полезные знакомства, в неофциальной обстановке поговорить о каких-нибудь делах, узнать интересные новости… Словом, там было, чем заняться знающему человеку.
Дик еще немного поразмышлял. В принципе, никому не возбраняется появляться в Мистраль-парке. Приходи, плати за вход — если ты не завсегдатай и не принадлежишь к особо важным персонам, — и делай, что твоей душе угодно. Разумеется, если ты намерен сделать покупку, имей в виду, что право первого выбора принадлежит хозяевам Эоса, а в остальном ограничений нет. Денег у Дика достаточно, так что попадет он в Мистраль-парк без проблем. А как заговорить в любителем старины… ну, это он решит на месте!..
Приняв решение, Дик отправился инспектировать свой гардероб. Появляться в приличном обществе следовало в безупречном костюме…
…Оказавшись в аукционном зале (перед этим пришлось вытерпеть строгую проверку, а грубо говоря — настоящий шмон), Дик сперва растерялся. Он как-то не предполагал, что здесь окажется столько народу. И столько Блонди!.. А если учесть, что человеку со стороны все они кажутся на одно лицо, то нетрудно понять, отчего Дик испытал некоторые душевные сомнения. Правда, он быстро взял себя в руки и, не обращая внимания на азартные выкрики перекупщиков-людей и бормотание ведущего аукцион, стал пробираться вперед, к VIP-местам. Ясное дело, что одно из первых лиц государства не станет толкаться вместе со всеми!..
На Дика косились не без подозрения, однако задержать не пытались, чему он был очень рад. Впрочем, путешествие через толпу заняло у него столько времени, что аукцион успел подойти к середине. Элитные петы оказались распроданы, и эосская элита начала постепенно расходиться. Впрочем, многие, не обращая уже внимания на объявляемые лоты, предавались занимательным беседам. Между этими группками и лавировал Дик, выискивая того, кто был ему нужен…
Так… вот мелькнуло знакомое лицо, к несчастью, не из Блонди, человек. Женщина, вернее, Дик отлично ее знал. Обратиться бы к ней, она наверняка здесь всех знает в лицо и по именам, но… Не стоило привлекать внимания конкурентов! Но Элеонора Кэртис — это уже что-то. Вероятнее всего, блондинистый верзила, рядом с которым она стоит — это ее хозяин, вот тот, чуть подальше, в белом и аквамариновом — Первый Консул собственной персоной, его трудно не узнать, он по телевизору часто мелькает…
Дик споткнулся на ровном месте и чуть не упал: навстречу ему неспешно двигался как раз тот, кого он так долго искал. Темно-алый с черным костюм на ком другом смотрелся бы вульгарно и вызывающе, а на этом — ничего, как будто так и надо…
Не успев толком подумать, что делает, Дик заступил дорогу Второму Консулу Амои, изобразив что-то наподобие вежливого поклона.
— Господин Ам… — пробормотал он. — Простите за беспокойство, я…
Договорить он не успел: из-за спины Второго Консула выдвинулись два рослых субъекта, похожих, как две капли воды, с одинаково неприницаемыми лицами. Судя по всему, личная охрана. Дик слышал, что это и не люди вовсе, а андроиды, которых и убить не в пример сложнее, и, кстати сказать, подкупить невозможно… Дик сообразил, что не стоило так бросаться наперерез, возблагодарил всех известных ему богов за то, что его не пристрелили на месте, и застыл в неестественной позе.
Небрежный жест — и оба охранника заняли исходные позиции. Взгляд пронзительно-холодных зеленых глаз обратился на Дика, и тот подумал, что, возможно, эта его затея — не из самых удачных…
— Господин Ам… — снова начал Дик. — Еще раз прошу извинить за дерзость, но я наслышан о вас, как о тонком ценителе антиквариата и… Дело в том, что я занимаюсь этим бизнесом уже много лет и…
— Если вы хотите предложить мне свои услуги, — произнес Рауль Ам, глядя на Дика сверху вниз, — я, к сожалению, вынужден отказаться. У меня есть постоянный дилер. Тем не менее, благодарю за предложение.
«Вот зараза! — подумал про себя Дик. — Так я и знал, что он это скажет!» Тем не менее, сдаваться он не собирался.
— О, какая жалость!.. — воскликнул он. — Впрочем, не думаю, что мой скромный ассортимент смог бы заинтересовать такого ценителя, как вы…
Дик знал, что на лесть падки все, даже Блонди, кроме того, не боялся с лестью переборщить, полагая, что кашу маслом не испортишь.
— В таком случае, что же вам угодно? — вскинул тонкие брови Блонди, и Дик понял, что тот, кажется, заинтересовался. Во всяком случае, уйти не порывается.
— Может быть… — Дик перевел дыхание и выпалил: — Может быть, вам доводилось слышать о неком портрете Первого Консула?…
И с радостью понял, что, похоже, попал в цель…
Губы Второго Консула тронула легкая усмешка.
— Разумеется, доводилось, — произнес он. — Это в своем роде жемчужина моей коллекции.
Дик за одну секунду пережил целую гамму различных эмоций, от жесточайщего разочарования («его коллекции!!!»), до твердого намерения идти
