Пользуясь возникшей смутой и вакуумом власти, многие семьи предъявляли накопившиеся счета или пытались улучшить свое положение в обществе. В Красноярске и Мурманске произошли перевороты — местные объединились против потерявших поддержку императора родов и захватили власть. В общем, веселье било ключом и мой поход на север никак не выбивался из общего поведения.
Громов пришел ответить на ультиматум лично аж через тринадцать минут. Наполненный яростью подтянутый старик летел ко мне прямо по воздуху, по его седым волосам постоянно пробегали молнии, громкий электрический треск разрывал напряженную тишину. В общем, эффектно появился перед тем, как слезть в лужу.
— Ты значит тот щенок, который решил ставить мне условия⁈ — закричал он, остановившись в нескольких метрах. — Не дорос еще сопляк мне ультиматумы ставить!
— Ты решил пролететь за мной три квартала, чтобы показать, насколько я тебе безразличен, — хохотнул я. — Не хочешь не надо, сейчас разбомбим бухту и пойдем чай пить. С тортиком.
— А ну стой! Я с тобой не закончил! — громов нахмурился и видимо пытался вбить меня в землю тяжелым взглядом. — Ты не посмеешь убить столько людей!
— О чем ты, дед? Это ты их убиваешь своим упрямством. Остальные патриархи и командующие признали мою власть над Петербургом, ты единственный упрямишься.
— Жалкие трусы! С готовностью готовы нагнуться каждому встречному…
— Юсупов сопротивлялся, ему не помогло, — зеваю и пожимаю плечами. — Слушай, или принимай ультиматум, или не выноси мне мозг. Я тебя до сих пор не убил только потому, что тебя защищает статус переговорщика.
— Много слов для такой жалкой букашки! — воздух перед нами затрещал от напряжения. — Покажи на что способен! Или только языком молоть умеешь?
— Вызываешь на дуэль? Если выиграю, сдашься? — гребанная зевота напала. Сказывалось долгое отсутствие сна, что-то в последнее время я привык регулярно дрыхнуть в мягкой и теплой постельке. Это тебе не урывками спать под вискарем после двенадцатичасовой тренировки. — Иначе мне не интересно.
— Хорошо! Но не вздумай применять на мне свою способность к антимагии! Покажи, насколько ты хорош в бою! И когда проиграешь, я тебя арестовываю!
Понятно, решил развести меня на отказ от сильнейшей способности и победить в открытом бою. Хороший вариант, чтобы проиграть, не потеряв достоинства, хотя старик наверняка собирался победить. Наверняка смотрел записи моих прошлых выступлений, но все равно продолжал недооценивать.
Ты его тоже недооцениваешь. Громов отличный дуэлянт с потрясающим уровнем контроля. Его щит не сломается несмотря на коэффициент «три».
Спасибо, Система, ты как всегда отлично ободряешь.
Мы огласили решение о дуэли нашим войскам и пригласили секундантов. Со стороны Громов выступал действующий адмирал Горшков и старший сын Владислейв, я особо не мудрил и выбрал Ольканиэль с полковником Зубовым. Эльфийку, чтобы показать, что она по-прежнему мое доверенное лицо и я не держу на нее зла за провал, а полковника для консолидации с местной властью.
Когда пространство над нами с Громовым закрыл дуэльный купол, он весь распрямился и словно стал выше ростом, быстро напитывая себя силой.
— Я немало прожил и видел достаточно таких выскочек, как ты. Во флоте с ними разговор короткий, сейчас продемонстрирую!
Я не разменивался на пустые пафосные фразы и пошел с козырей, вызвав между нами огненного элементаля. Для вызова метеорита наш купол был мелковат, поэтому он банально опустил на старика дубину. Громов не стал принимать удар на щит и отлетел к другому краю, зарядив в меня мощнейшим заклинанием. Ярчайшая молния толщиной с дерево здорово напоминало фирменную атаку Яэ, но действовало гораздо жестче. Врезавшись в мой барьер, она распалась на тысячи мелких разрядов, пожирающие энергии со скоростью света.
Родовое заклинание Громовых — «Удар Перуна». Рекомендую забрать у него дочь, пусть научит, тебе пригодится.
Да нахрена мне его дочь? Есть же божественная молния Яэ!
У нее просто очень мощный удар, а у него еще и пожиратель энергии встроен.
Да ну тебя! Нашла время!
Мой щит трещал по швам, кристаллы в инвентаре гасли один за другим, а старик все жал и жал, игнорируя атаки элементаля. Соревноваться у кого резерв больше мне не хотелось, вдруг он кристаллы всю жизнь копил, или заклинание с подвохом и передает ему мою энергию. Пытаюсь уйти теневым шагом и охреневаю с недоступности заклинаний перемещения. Я оказался в гигантской электрической клетке, которая меня «заземлила!».
Нет блин, так дело не пойдет. Приказываю элементалю встать между нами и ощутил его недоумение. Точно блин, у него же ног нет. Ну тогда пусть упадет между нами!
Кажется, магическое создание одарило меня крайне «благодарным» взглядом, но приказ выполнило. «Удар Перуна» переключился на огненного полубога, в несколько секунд дестабилизировав его структуру. Взрыв! Вспышка! Безумие! Ударной волной нас с Громовым разнесло в разные стороны купола и меня хорошенько так приложило спиной о дуэльный купол, аж дух выбило. Надеюсь, у моего противника примерно так же… а нет, красная точка на миникарте быстро пошла вдоль барьера в поисках меня. Кинул ему навстречу стаю металлических гончих, чтобы не так скучно было.
Упал на землю и скрылся алой вуалью, дождался, пока надо мной пролетит буквально светящийся от напряжения старик и призвал перед ним призрачного дракона, и чтобы не ушел еще одного сразу за спиной. Громок не растерялся и выдал целый каскад молний в обеих тварей, принимая на щит кислотные потоки. Энергии в заклинания я вложил не очень много и драконы быстро распались на составляющую воду — на старика обрушилась огромная волна. Не цунами, конечно, но для моего замысла вполне хватило.
Сфера мгновенного холода сковала Громова толстенным слоем льда. Старик и впрямь отличался шикарным контролем и ни на миг не терял барьер, который тут же начал проламывать скорлупу. Кинул в него иглы черного льда, чтобы жизнь малиной не казалась и снова скрылся алой вуалью. Достал из инвентаря очередное ведро крови (заканчивается, кстати, надо бы пополнить запасы) и создал двойника. Еще и поставил покрасивее, с отчаянием на лице и сжатыми кулаками, чтобы казалось, будто резерв высох.
— Прощайся с жизнью, щенок! — Громов заглотил приманку целиком и навис над моей куклой, скапливая заряд. На его ладони разрасталась шаровая молния, постепенно достигая размеров футбольного мяча.
— Не надо! Я подпишу! — в притворном ужасе закричала моя марионетка.
— Живым ты мне не нужен! — и он метнул свое смертоносное заклинание. Шаровая молния врезалась в грудь марионетки, обращая кровь в черный пепел и алые хлопья. — А ведь еще немного…
Громов опустился и шумно выдохнул, развеяв барьер. Он с подозрением уставился на дуэльный купол и проворчал:
— Что-то они долго.
— Рановато расслабился. — Я положил ладонь на плечо вздрогнувшего старика и поднес черную иглу к его шее. — Купился на такой простой трюк…
На всякий случай призываю небольшой купол отчуждения. Наблюдатели не засекут и заодно избавлю себя от сюрпризов.
— Пощади… я подпишу… — просипел он, странно водя скрюченными пальцами по моему животу. Видать, пытался ударить молнией себе за спину. — Подлец!
— Живым ты мне не нужен, — пафосно повторил за ним и отделил голову от шеи. — Твой сын вполне справится с подписанием документа, а если не захочет, всегда есть дочери…
Дуэльный купол растаял и на меня обрушились ликующие крики — орки, эльфы и даже некоторые люди праздновали мою победу. Над кораблями один за другим поднимались белые флаги, лишившись своего лидера они потеряли волю к сопротивлению.
— Всех офицеров и дворян в ошейники, старшего Громова спросить, не хочет ли он оставить автограф. Если нет, убить и спросить младшего… — устало приказал я.
— Я подпишу! — поспешно воскликнул Владислейв, затравленно глядя на Ольканиэль. Адмирал Горшков выглядел не лучше. Интересно, что им эльфийка наговорила?
