class="title5">
Глава 9
Земли «Певчих».
Смотрящий во тьму тяжело вздохнул.
То, что он сейчас видел перед своими глазами очень не нравилось вождю племени Сумрачного крыла, воины которого считались одними из самых сильных убийц в Землях Великой Матери.
Сам же Иной делил место лучшего убийцы со Смертью из тени, которую презирал всей своей душой, причем, нелюбовь к вождю Ночных фурий никак не была связана с тем, что она предала Совет Шести.
Нет, ненависть друг к другу, двух коренных жителей другой стороны разлома началась очень давно — в момент, когда они познакомились при весьма интересных обстоятельствах.
Смотрящий во тьму, покрутил головой по сторонам, отгоняя от себя воспоминания молодости, которые захлестнули его, оставив горькое послевкусие, ведь они были не самыми приятными.
Вождь снова обвел взглядом поле боя, и устало потер глаза. Траву, которая еще недавно была сочной и зеленой, теперь покрывали многочисленные тела воинов племени «Певчих», окрашивая утреннюю росу в багровый цвет.
Иной вдохнул воздух, который, казалось стал гораздо тяжелее и был пропитан смертью. Несмотря на то, что в Землях Великой Матери Смотрящий во тьму считался лучшим убийцей, отнимать чужие жизни он никогда не любил и делал это с большой неохотой.
Правда, это касалось только жителей его острова, с людьми вождь племени Сумрачное крыло был невероятно жесток и беспощаден, что было неудивительно, учитывая, что один из них, отнял у Иного самое дорогое, что было у него в жизни — Лунную мглу — его жену.
— Ты уверен, что все это нужно было делать? — недовольным голосом произнес Смотрящий во тьму, не поворачивая головы к приближающемуся к нему Северному ветру.
— Они сами виноваты и ты это знаешь, — ответил ему вождь Снежных ходоков, когда поравнялся с Иным, матовая черная кожа которого сильно выглядела как оперение, хоть им и не являлась.
— Не знаю, — покачал головой Смотрящий во тьму. — Мы не должны убивать своих! — вождь повернул голову к своему собеседнику и его круглые оранжевые глаза с вертикальными зрачками уставились на друида.
— Своих? — усмехнулся оборотень, смотря на вождя Сумрачного крыла, который внешне был очень похож на птицу, олицетворяющую мудрость и знания в Землях Великой Матери. Карас — магическая птица имела, как Смотрящий во тьму черные матовые перья и желтый клюв, который загибался к кончику. — Они сами решили пойти против нас, — добавил Северный ветер. — А ты молодец! Справился без потерь! — ну губах друида появилась хищная улыбка. — Не зря тебя считают лучшим…
— Никто из них не заслужил смерти! — перебив вождя Снежных ходоков, процедил сквозь зубы Смотрящий во тьму.
Северный ветер смерил своего собеседника презрительным взглядом и покачал головой.
— Хочешь присоединиться к ним? — прямо спросил друид, смотря в глаза шаману.
— Это угроза? — спросил Иной, руки которого невольно потянулись к клинку у него на поясе.
— Скорее, предупреждение, — ответил вождь Снежных ходоков, и Иной, внешность которого была очень схожа с птицей, услышал характерный, для превращения, в зверя хруст костей своего собеседника.
Напряжение, которое возникло между двумя вождями, казалось, можно было коснуться рукой.
— Я и мое племя больше не будем сражаться с теми, кто не причастен к войне, — процедил Смотрящий во тьму, убирая руку от клинка, который ко всему прочему являлся еще и магическим жезлом.
— Нет, — покачал головой вождь Снежных ходоков. — Ты будешь делать то, что я тебе говорю, а иначе, — он посмотрел в круглые оранжевые глаза своего собеседника. — Мало ли, что может случится с твоей дочерью, ведь твой Рав’Эн, уже не покровительствует ей, — усмехнулся друид. — Темная ночь, теперь, часть моего племени, а ты и сам знаешь, что места, в которых мы живем, трудно назвать безопасными, — хищная улыбка на лице вождя Снежных ходоков стала еще шире.
Северный ветер хлопнул Смотрящего во тьму по плечу.
— На забывай этого! — произнес он и больше не говоря ни слова, пошел в сторону, где он и его племя устроились на ночлег.
Прямо посреди поля боя, где повсюду лежали тела поверженных вождем и племенем Сумрачное крыла воины «Певчих».
Где-то здесь лежал и их вождь.
Иной сжал кулаки, провожая Северного ветра взглядом.
Он не лучше Утопающего в крови, — подумал Иной темный Иной, который уже не раз замечал, что воины Снежных ходоков не гнушаются поедать трупы своих врагов.
И с точки зрения Смотрящего во тьму, это было невероятно омерзительно.
Вождь племени Сумрачное крыло сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Сейчас, когда его дочь, была практически в плену, он не мог в открытую противостоять друиду, но все могло измениться.
И шаман знал к кому ему нужно обратиться.
Смотрящий во тьму достал из поясной сумки небольшой предмет в виде плетеной куклы, а затем осмотрелся по сторонам.
Увидев неподалеку своих воинов, которые сидели возле костра, он подошел к ним, а затем бросил куклу, прямо в огонь.
Мгновение и языки пламени огня окрасились в черный цвет.
Воины его племени удивленно посмотрели на вождя, но в целом, остались спокойны, тем более, что через пару секунд к пламени костра вернулся прежний цвет.
Дело сделано, — подумал Иной, и посмотрев на языки пламени еще несколько секунд, перебросился парой слов со своими соплеменниками, после чего отправился в свой шатер, где его уже ждали.
— Не думала, что ты когда-либо воспользуешься «этим», — послышался голос из темноты и вождь племени Сумрачное крыло тяжело вздохнул.
Видеть ее, он хотел меньше всего на свете, но другого выбора у него, просто, не было.
* * *
Когда я очнулся первое, что я ощутил это холодную руку Принявшей разложение у себя на лбу.
— Что со мной случилось? — спросил я и попытался принять сидячее положение, но шаманка не дала мне это сделать. Надавив на мой лоб, она снова заставила меня лечь.
— Лежи, тебе нет необходимости, пока, вставать, — произнесла дочь Избранника Угла и я не стал с ней спорить.
Состояние было такое, что вставать, действительно, не хотелось.
— Сколько я пролежал без сознания? — спросил я Принявшую разложение.
— Около часа. Примерно, — немного подумав, ответила шаманка. — Принеси настой из корня полынника, — произнесла она, не сводя с меня глаз. — Это все яд Никсолендр, — добавила дочь Избранника Угла. — Он продолжает воздействовать на твое тело,
