Звук рвущейся ткани лишь слегка запечатлелся в моей памяти. Я не могла думать ни о чем, кроме державшего меня в объятиях мужчины и прикосновений его губ к разгоряченному телу. Все начиналось с желания помочь и спасти его жизнь, и вот теперь он словно заявлял свои права на мое тело и душу. Доводил до исступления раз за разом, безжалостно лаская набухшую грудь и играя с до боли чувствительными сосками. Острая, сладостная боль пронзала с головы до ног, охватывала все мое существо и лишала воли. Задыхаясь, я попробовала приподняться, но он не позволил, продолжая удерживать руки. Как же хорошо… Я застонала, мысленно взмолившись всем известным мне богам, чтобы даровали сил выдержать эту сладострастную пытку.
К одной руке присоединилась вторая. Медленно, с явным наслаждением Диллан освободил меня от остатков одежды, лаская до боли чувствительную кожу. Пальцы властно прошлись бедрам и дразняще медленно переместились на самое сосредоточие желания. Я разучилась дышать. Наслаждение пронзило насквозь, заставляя выгибаться навстречу его пальцам, под воздействием творимого ими волшебства. Я уже не ощущала ничего, кроме жгучего желания, разгоравшегося все сильнее от малейшего движения райта, заставляя молить об избавлении. Тело изнывало от болезненного напряжения и сладких мук, но этого было недостаточно. Я хотела большего. Еще не зная, чего именно, я понимала, что необходимо что-то еще.
Прильнув к губам, я потянулась к возлюбленному, прижавшись всем телом. Ближе, еще ближе, раствориться в нем, сгореть в жарком пламени, захлебнуться страстью. Прижав ладонь к его груди, с наслаждением провела по разгоряченной коже, едва прикрытой окровавленными лоскутками. Откуда-то издалека пришла мысль, что ран на теле райта не осталось. Мелькнула и пропала, сдавшись под напором жгучего желания. Слишком хотела его. Слишком желала коснуться обнаженной кожи, почувствовать ладонями жар, ощутить, как бешенно бьется сердце. От рубашки не осталось и следа.
— Дейдре…
Сколько напряжения в его хриплом от страсти голосе. Этот звук проник в душу и коснулся сердца, вызвав чувственную дрожь во всем теле. Мой. Коснувшись губами шеи, я чуть царапнула ногтями кожу на его животе, и тут же почувствовала, как вздрогнул и с шумом выдохнул воздух мой мужчина. Улыбнулась, наслаждаясь реакцией. Потянулась вновь, но не успела, услышав глухое рычание, почувствовав его меж своих ног, сдавшись на милость. Ни единого клочка ткани, никаких запретов и предубеждений. Ничего. В целом мире не осталось никого, кроме нас двоих, слившихся в едином танце страсти. Это было безумием, порывом отчаяния и любви. Но как же это было прекрасно. С каждым движением наслаждение росло, пока, наконец, не захватило неведомое ранее блаженство, которое, казалось, опустошило полностью. Мир погас, оставив нас в пучине томной тишины и покоя.
Время остановилось и вновь продолжило свой ход, а вместе с ним вернулись звуки и ощущения. Не в силах открыть глаза или даже шевельнуться, я балансировала между сном и явью. Он был рядом. Мой райт. Аккуратно укутав нас одеялом, властно, но в то же время неимоверно нежно прижал меня к своей груди, и, сжав в объятиях, поцеловал в волосы, вновь прошептав что-то на мелодичном языке. Но теперь я с легкостью его понимала. Драйг был прав — я действительно отныне принадлежала лишь ему.
Разбудил меня приглушенный звук мужских голосов, исходивший из дальнего угла комнаты. Сладко потянувшись всем телом, я довольно улыбнулась, и подумала, что и в этот раз благодаря Диллану, мне удалось поделиться энергией с умирающим Драйгом без серьезных для себя последствий. И лишь потом перед глазами встала на удивление живая картина слившихся воедино тел.
Интересно, как должна вести себя девушка наутро после первой близости с мужчиной? Томно улыбнуться и предложить продолжить минувшую ночь, или быстренько собрав вещички удалиться из поля его зрения? Кажется, мне был ближе второй вариант. Воспользовавшись тем, что до поры до времени на меня никто не обращал внимания, я натянула теплое одеяло чуть ли ни на нос и бегло осмотрела комнату в поисках своей одежды. Рваная груда тряпья подозрительно знакомого цвета в одночасье разрушила надежды на незаметный побег. Кажется, этой ночью мы чересчур увлеклись.
— Доброе утро, дейдре.
Я подскочила от неожиданности, услышав позади себя голос Диллана. Матрас возле меня промялся — райт сел рядом. На мгновенье замерев, приказала успокоиться бешено бьющемуся в груди сердцу и медленно обернулась.
— Доброе утро, — я смотрела куда угодно, только не в глаза на удивление спокойному мужчине, отметив, что в комнате кроме нас двоих никого уже не было.
— Как ты себя чувствуешь? — сожаление, промелькнувшее в его голосе, глухой болью отдалось в моем сердце. Райт явно не был рад тому, что произошло.
— Со мной все в полном порядке, можешь не переживать, — как можно более безразличным тоном ответила я. — Как твои раны?
— Благодаря тебе не осталось и следа, — я буквально кожей ощущала на себе его пристальный взгляд. — Кажется, мне еще не довелось как следует отблагодарить тебя за спасение жизни.
— Это ни к чему, — даже слишком поспешно произнесла я. — Но можешь где-нибудь раздобыть мне одежду. Кажется то что мне вчера выдал Кроун я вряд ли смогу надеть.
— Патрик уже об этом позаботился, — Диллан указал на бережно сложенный сверток ткани у изножья кровати.
— Он поэтому приходил?
— Не совсем, — нахмурился. — Он любезно предоставил мне кое-какую информацию.
— Что-то случилось?
— Можно и так сказать, — туманно ответил райт, но продолжать тему не стал.
— Что-то серьезное? — я постаралась дотянуться до одежды и одновременно не дать сползти одеялу, на котором удобно устроился мужчина. Зажатая ткань ни в какую не поддавалась и вскоре мне пришлось оставить бесполезные попытки. — Может, ты немного подвинешься?
— Посмотри на меня, — мягко, но в то же время крайне настойчиво попросил Диллан.
— Тебе от этого станет легче? — кое-как обмотавшись имеющимся в моем распоряжении одеялом, я привстала и потянулась за вещами. — Дай мне сначала одеться, а уж потом… — я испуганно пискнула, оказавшись в плену стальных объятий, притянувшего меня к себе райта. — Что ты делаешь? Это не смешно, Диллан, я хочу одеться!
— Посмотри на меня.
— Хорошо, смотрю. Что дальше? — упрямо вздернув подбородок, я остановила взгляд на его лице.
Удивительно, как может идти мужчине легкая небритость.
— Чуть выше, Лира, — губы Драйга дрогнули в улыбке. — Или тебя так привлекают мои скулы?
Я вздохнула и послушалась. Что можно сказать? Нос у Драйга тоже оказался вполне ничего.
