— Да.
— Вот и чудненько. А теперь пойдем со мной. Живее!
Я отсчитывала секунды, поднимаясь на второй этаж и идя по коридору. Надо же, еще несколько месяцев назад даже не предполагала, что могу так бояться за чью-то жизнь. Сердце замирало всякий раз, когда впереди слышались ругань и мужские голоса. Но Диллан молчал. Либо терпеливо сносил боль, либо потерял сознание, либо… Об этом я просто запретила себе думать.
Помня указания Кроуна, я остановилась возле комнаты, в которую отнесли райта, пропустила вперед себя наемника и лишь после этого вошла следом. В помещении царил полумрак: единственным источником света служил полыхающий камин. Кроме нас, здесь находились еще двое мужчин, чье присутствие я заметила не сразу, сконцентрировав свое внимание лишь на одном Драйге, лежащем без движения на широкой кровати. Даже при столь тусклом освещении была заметна смертельная бледность его лица, а от темных пятен на изрезанной одежде несло кровью. Первым порывом было тут же броситься к возлюбленному, но, бросив быстрый взгляд на Кроуна и перехватив чуть заметное покачивание головой, заставила себя сдержаться.
— Насколько глубоки раны? — наемник сохранял завидное хладнокровие.
Хотя… Если судить по тому, что я знала о Проклятых, ему действительно было наплевать на собственного сына.
— Не думаю, что у него есть шанс выжить.
Этого не может быть.
— Уверен? — Кроун буквально впился взглядом в одного из Драйгов.
— Абсолютно. Потерял слишком много крови, так что даже регенерация не спасет. Этот райт не жилец. В любом случае пользы от него уже не будет.
— Ну что ж, тогда думаю нам здесь больше делать нечего.
Я в ужасе наблюдала за тем, как повинуясь Кроуну, мужчины поочередно вышли из комнаты. Затем наемник, наконец, повернулся ко мне.
— Останешься или пойдешь со мной?
— Что? — пораженно выдохнула, не в силах поверить, что мне не показалось. — Вы даже не попробуете ему помочь?!
— Ты слышала слова Магнока, а он никогда не ошибается, — совершенно бесстрастно ответил мужчина.
— Но никто из вас даже не попытался!
— А что бы это нам дало? — искренне удивился Кроун. — Делиться энергией с умирающим не имеет смысла. Да и не в наших правилах тратить собственную силу ради кого-то. Не забывай, с кем разговариваешь, девочка, у нас нет благородных чувств, и мы не помогаем ближнему своему, если это не приносит нам выгоду.
— Он великолепный воин!
— И посмотри, к чему привела его воинственность, — он указал на неподвижное тело. — Не волнуйся, после его смерти я заберу тебя себе и поставлю метку.
— И в чем же здесь выгода? — выдохнула, с искренней ненавистью наблюдая за мужчиной.
— Выгода? Ты умна и красива, я тебя хочу — остальное для меня не имеет значения. А у тебя нет выбора.
— Вы все просто отвратительны, — я попятилась к кровати, не отрывая взгляда от наемника. — Звери… Нет, вы хуже зверей, те никогда не бросают свою семью в беде. Будь ты проклят за все зло, что причинил кому-либо.
— Уже, — он словно окаменел после моих слов. — Мы все уже прокляты, девочка. Попрощайся с ним, я приду утром.
Резко развернувшись, мужчина вышел из комнаты и закрыл за собой дверь на ключ, оставив меня наедине с неподвижным Дилланом, из которого капля за каплей медленно уходила жизнь.
Глава 19
Все было словно во сне. В страшном, ужасающем сне, из которого я никак не могла выбраться. Хотелось кричать, умолять, чтобы кто-нибудь разбудил и вырвал меня из этого кошмара, но проходили минуты, но все оставалось по-прежнему.
Медленно подойдя к постели райта, я нерешительно присела на ее край и посмотрела на умирающего мужчину. Это была самая настоящая пытка — находиться возле него и понимать, что ничем не могла помочь. Протянув руки к окровавленным лохмотьям, бывшим некогда одеждой, чтобы осмотреть раны, внезапно замерла, так и не коснувшись неподвижного тела. Какое-то чувство не позволило опустить ладони, сильнейшая тревога, страх, сковавший не только тело, но и душу. Отголосок воспоминаний, успевший вовремя остановить и не дать случиться непоправимому.
Лишь спустя пару секунд я поняла, что же так настойчиво билось в сознании — как-то раз Диллан не позволил мне коснуться умирающего Кайра. Ведь почувствовав энергию человека, смертельно раненные Драйги не могли уже себя контролировать, и вычерпывали жизнь до капли. И путь я сама принадлежала к этому проклятому роду, но во мне не было тьмы, а значит, по их ощущениям, ничем не отличалась от обычных людей.
— Диллан… Открой глаза… Пожалуйста… — дыхание прерывалось. — Посмотри на меня. Ты не можешь вот так умереть, слышишь? Как же Рид? Что я ему скажу, когда увижу? Ты должен помочь нашему народу, слышишь? Диллан… Диллан, прошу тебя, очнись… Как я посмотрю в глаза леди Аманде? Как я скажу, что ее сын погиб? Не оставляй меня… Я не могу тебя потерять! Диллан… Проклятье, райт, ты не можешь так со мной поступить! Я люблю тебя. Слышишь? Я люблю самого несносного, упрямого, вспыльчивого и заносчивого мужчину, которого когда-либо встречала, и он просто не может умереть! Это было бы слишком жестоко. Диллан… — дотронувшись до пропитавшейся кровью рубахи, я медленно провела ладонями по его груди. — Диллан! Диллан!
Не знаю, пугалась ли когда-нибудь сильнее, чем в этот момент, осознав, что совершенно не ощущала биение сердца дорогого мне мужчины. Он застыл неподвижной куклой, прекрасной скульптурой на окровавленных простынях. Широкая грудь опустилась под тяжестью последнего вздоха, кровь замедлила свой бег, а горячее сердце, неистово сражавшееся за жизнь, затихло.
Наверное, многие сходили с ума именно так — возле постели любимых людей, когда понимали, что уже никогда не смогут вновь почувствовать их тепло. По крайней мере, мне показалось, что я действительно сошла с ума. Словно издалека до меня донеслись непонятные стоны и завывания, а глаза застелила пелена. Лишь позже поняла, что эти звуки исходили из моего рта, вопли отчаяния и горя, вырвавшиеся из глубин естества.
— Это не правда… Не правда… Ты не можешь… Прошу, не забирайте его, не надо… Диллан…
Мои руки гладили его кожу, с отчаянием касались любимого лица, пытаясь отогреть холодеющее тело, губы касались его губ, стараясь вдохнуть жизнь, вернуть энергию. Тщетно.
Всполох яркого света в камине привлек внимание, заставив на миг оторваться от бездыханного тела райта. Огонь. Не знаю, как мне удалось подняться на ноги, но сделать больше двух шагов оказалось не под силу. Ничего, огонь уже близко.
— Тебе плохо, сестра, — моей протянутой руки коснулся мальчик-элементаль. Огонек, как мысленно я его назвала.
