Ральф неожиданно вспомнил письмо, полученное от Элен примерно через неделю после того, как молодая женщина вышла из больницы и переехала в Хай-Ридж. Она упомянула о чеке, полученном от Эда, — семьсот пятьдесят долларов. «Кажется, это должно означать, что он осознает свою ответственность», — писала она. Ральф подумал, осталась ли бы Элен при том же мнении, узнай она, что Эд пришел в здание окружного суда с таким количеством денег, которых хватило бы на безбедное существование его дочери лет на пятнадцать… И внес залог, чтобы освободить безумца, любящего поиграть ножичком.
— Интересно, где он достал их? — спросил Ральф Лейдекера.
— Понятия не имею.
— И он не обязан был давать объяснения?
— Абсолютно. Это свободная страна. Как я понял, он упоминал о каких-то акциях.
Ральф вновь припомнил прежние времена — благословенные деньки — еще до того, как заболела и умерла Кэролайн, а Эд взбесился. Вспомнил о том, как два раза в месяц они обедали вместе, ели пиццу в доме Дипно или знаменитый пирог с курицей, который так мастерски готовила Кэролайн, он вспомнил, как однажды Эд пригрезился свозить их в Бангор, когда его акции достаточно поднимутся в цене. «Вот и хорошо», — ответила тогда Элен, восхищенно глядя на Эда. Она уже была в положении, но из-за маленького срока походила на четырнадцатилетнюю девушку с собранными в хвостик волосами и в просторном платье. «Как ты думаешь, акции какой компании пойдут в рост в первую очередь, Эдвард? Акции на две тысячи долларов в „Юнайтед тоджем“ или на шесть тысяч в „Амалгамейтед сурболлс“?» А он рыкнул на жену, но его ворчание лишь развеселило всех, потому что у Эда Дипно и в мыслях не могло быть ничего плохого. Все, кто знал Эда Дипно более двух недель, считали, что он и муху не в состоянии обидеть. Вот только Элен могла считать иначе — уже тогда Элен познала и обратную сторону медали, несмотря на ее влюбленные взгляды.
— Ральф? — окликнул его Лейдекер. — Вы меня слышите?
— У Эда не было никаких акций, — ответил Ральф. — Он работал рядовым химиком-исследователем, а его отец служил мастером на бутылочном заводике в каком-то диком городишке под названием Пластер-Рок, штат Пенсильвания. Так что вопрос о наследстве отпадает.
— И все же Эд умудрился достать деньги, и я бы солгал, скажи я, что мне это нравится.
— Вы считаете, что деньги дал кто-то из «Друзей жизни»?
— Нет, вряд ли. Во-первых, среди них нет богачей — основной контингент составляют рабочие. Они дают сколько могут, но такая сумма? Нет. Думаю, объединенными усилиями они могли бы собрать достаточное количество закладных на имущество, но не сделали этого. Большинство из них отказалось бы, только заикнись Эд об этом. Теперь в их среде Эд persona non grata, и многие жалеют, что хотя бы слышали имя Чарли Пикеринга. Дэн Далтон встал во главе «Друзей жизни», и большинству дышать стало намного легче. Похоже, Эд, Чарли и еще двое — мужчину зовут Фрэнк Фелтон, а женщину Сандра Мак-Ки — действуют теперь самостоятельно. Насчет Фелтона мне ничего не известно, а вот эта Мак-Ки выполняет те же задания, что и Чарли. К тому же у нее неотразимая внешность — одутловатое, нездорового цвета прыщавое лицо, такие толстенные линзы очков, что глаза сквозь них напоминают яйца-пашот, а весит эта красотка более трехсот фунтов. — Вы шутите?
— Нет. Она обожает носить обтягивающие брюки и обычно путешествует в компании невообразимого количества конфет, печенья и прочих сладостей.
Частенько она облачается в невероятных размеров свитер с надписью «ДЕТСКАЯ ФАБРИКА». Сама же она детей никогда не имела, да и вряд ли они у нее будут.
— А почему вы рассказываете мне обо всем этом?
— Потому что мне хотелось бы, чтобы вы остерегались этих людей, — ответил Лейдекер терпеливо, как будто беседовал с ребенком. — Они могут оказаться опасными. Особенно Чарли, но вам это известно и без меня, а теперь он снова на свободе. Где Эд раздобыл деньги — уже вторично — главное, он заплатил. Не удивлюсь, если Чарли вновь нападет на вас. Он, Эд или кто-то другой.
— А как же Элен и Натали?
— Они вместе с друзьями. Друзьями, отлично понимающими, какую угрозу таит в себе свихнувшийся муженек. Я предупредил и Майка Хэнлона, так что он тоже присмотрит за Элен. Наши люди будут уделять особое внимание библиотеке. Однако в настоящее время мы не считаем, что Элен находится под угрозой — она ведь еще живет в Хай-Ридж, — но все зависящее от нас мы делаем.
— Спасибо, Джон, я ценю это, как и ваш звонок.
— А я ценю, что вы это цените, но я еще не договорил. Друг мой, вы должны помнить, кому звонил Эд и кому угрожал — не Элен, а вам. Кажется, она больше не интересует его, а вот с вами дело обстоит иначе. Я попросил шефа полиции Джонсона назначить человека — предпочтительно Криса Нелла — присматривать за вами, хотя бы пока не пройдет выступление этой высококлассной суки в защиту права женщин на выбор. Но мою просьбу отклонили. Он сказал, что на этой неделе предстоит слишком много работы… Но судя по тому, как мне отказали, можно предположить, что попроси вы, такой человек нашелся бы. Что скажете?
«Защита полиции, — подумал Ральф. — Именно так это называется в теледетективах и именно об этом пойдет сейчас речь — защита полиции». Ральф попытался обдумать предложение, но слишком многое мешало; разрозненные мысли так и носились у него в голове. Шляпы, врачи, халаты, газовые баллончики. Не говоря уже о ножницах, блеснувших в запыленных линзах старенького бинокля. «Я тороплю себя ежесекундно, ежечасно, успеть бы все свершить», — подумал Ральф, и сразу же: — «Тернист и долог путь в Эдем, любимый, так стоит ли стенать по пустякам?»
— Нет, — ответил Ральф.
— Что?
Ральф прикрыл глаза и увидел себя, набирающего номер телефона, чтобы отменить визит к акупунктуристу. И снова повторилось то же самое, не так ли? Да. Конечно, он мог рассчитывать на защиту полиции от Пикерингов и ему подобных, но предполагалось, что все будет разворачиваться иначе. Он это знал, ощущал каждой клеточкой своего тела, каждым ударом сердца.
— Вы же слышали, — сказал он. — Мне не нужна охрана.
— Но почему?
— Я могу позаботиться о себе сам, — ответил Ральф, поморщившись от помпезной абсурдности этого заявления, слышанного им несметное количество раз в вестернах с участием Джона Уэйна.
— Ральф, мне неприятно первому сообщать вам эту новость, но вы человек почтенного возраста. В воскресенье вам повезло. В следующий раз удача может отвернуться.
«Мне не просто повезло, — подумал Ральф. — В заоблачных далях у меня появились друзья. Вернее, следовало бы сказать — сущности в заоблачных далях».
— Со мной ничего не случится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
