– Нет, – Пелла покачала головой. – А где он?
– Собирался взорвать тот штрек, где мы прятались! – ответил Иоганн. – Вроде как хочет, чтобы дельтианцы посчитали нас мёртвыми.
– Спорим, они не поверят? – предложил Мигель.
– Что, не терпится в каком-нибудь споре победить? – Иоганн усмехнулся, устало усаживаясь на пол неподалёку от Пеллы. – Давай я лучше тебе другой спор предложу?
– О! Становится интересно! – Мигель улыбнулся. – Например?
– Спорим, ты не знаешь, куда мы теперь отправимся? – заговорщицки сказал Иоганн.
– Ха! Нет уж! – Мигель засмеялся и вернул подначку другу. – Что, Ган, так не терпится победить в каком-нибудь споре? Это и так все знают…
– Я не знаю! А куда мы направимся? – робко спросила Пелла, посмотрев на касадоров.
– Раз в два года, весной, Старик и Дан куда-то уезжали, – сказал Иоганн. – Иногда ехали вместе с номадом в центральные равнины… И только потом отделялись и вдвоём уходили вглубь равнин. Никто не знает, что они там делали, но уверен, что очень скоро Дан снова поедет. Должен был ещё в прошлом году, но тут всё завертелось…
Мигель тоже что-то хотел добавить, но в этот момент в глубине шахт грохнул взрыв, а через несколько секунд в проходе появился очень довольный Дан.
– Пелла пришла в себя? – крикнул он ещё на подходе.
– Да, я очнулась!
– Ехать сможешь? – уточнил Дан у девушки. И сразу же спросил у друзей. – Всё погрузили?
– Смогу!
– Всё!
– Готовы!
– Ну тогда пошли на выход… – предложил Дан и улыбнулся.
И это несмотря на то, что рядом никто не рассказывал весёлую историю. И он даже не собирался никому бить морду. Просто у Дана было такое отличное настроение, что он просто не мог не улыбнуться. Однако тут же пообещал себе больше так не делать: ни к чему в Марчелике такие вольности.
Для Пеллы свободного волла не нашлось, да и в седле она держалась после удара по голове плохо. Немного поколебавшись, а потом обречённо нахмурив брови, Старган посадил девушку перед собой.
– Куда теперь, Дан? – весело спросил Мигель. – Будем дальше искать Ульриха Томази?
– Будем, но потом… – ответил Дан. – Сначала вылечим всех наших в Тодос Лос Сантос. А потом уйдём на равнины. Пусть пыль на побережье уляжется…
Молодые касадоры за спиной Дана с улыбкой переглянулись.
– А что с тётей Луизой? – вспомнила Пелла.
– Жива мама, не волнуйся! – успокоил её Бенедикт. – Сумела сбежать.
– Слава Богу! – Пелла счастливо выдохнула.
Она легла грудью на горб волла, повернула голову и смотрела на горы Дефромаг, стремительно погружающиеся в ночную тьму. При этом её совершенно не волновало, что приличной девушке, сидя в седле с молодым человеком, не стоит так и такими местами к нему прижиматься…
Просто в Марчелике нет приличных людей. И Пелла не собиралась становиться первым и единственным из них. Она устроилась так, как ей было удобно, и Дан не возражал – а всё остальное было неважно. Впрочем, молодому Старгану в этот момент было всё равно, кто и какими местами к нему прижимается: откат от специй давно взял своё…
Воллы размеренно топали по дороге, и покачивание их спин убаюкивало. Отряд молодых касадоров ехал по каменистой пустыне при свете фонарей, прикреплённых к длинным палкам. Они болтали о том о сём, будто им не было сейчас плохо (а, кроме того, очень плохо и очень-очень плохо!), а ещё полдня назад они не участвовали в жестоком бою. Над их головами в небо взбирался величественный Гробрудер, заливая всё вокруг жутким красноватым светом.
Пронзительно чирикала какая-то ночная птица, вдалеке выли голодные хищники. Прохладный, но ласковый ветер шевелил выбившиеся из девичьей косы пряди. И Пелла впервые, наверно, в своей сознательной жизни почувствовала, что находится на своём месте.
Она была именно там, где ей всегда надо было быть. Где не давили со всех стороны строгие правила Старого Эдема. Где в будущем из всех опасностей ей грозила только ранняя смерть, но от неё ведь никто не может уберечься – ни здесь, ни в Старом Эдеме. А потому, наконец, будущее не казалось Пелле ни мрачным, ни беспросветным. С другой стороны… Это вообще свойственно всем молодым – верить в своё счастливое будущее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А на далёком Старом Эдеме маленький камушек готовился вызвать большой обвал, который грозил изменить жизнь в Марчелике самым отвратительным образом. И виновата в этом, как ни странно, была именно Пелла!
Глоссарий
Обращения:
Мешо – обращение к молодым девушкам, на которое не обидится даже почтенная эрбе.
Эрбе – обращение к женщинам, которые всё ещё хотят услышать обращение «мешо».
Хето – обращение к мальчикам и юношам, которые мечтают, чтобы к ним обращались «метен». Внимание! Попытки обратиться к взрослому человеку, как к «хето», в Марчелике преследуются несколькими граммами свинца в лоб. Ну или смачной оплеухой – это смотря как повезёт… И местное цивилизованное общество подобные действия одобряет!
Метен – обращение к взрослому мужчине, о котором (обращении, а не мужчине, конечно же – это не Спарта!) мечтают мальчики и юноши.
Астрономические и географические названия:
Гробрудер – что-то вроде Луны, но не Луна.
Эрфа – название планеты, где проживает человечество. Совпадение названия с земным словом Earth совершенно неслучайно.
Фор-Ност – совершенно случайно открытые одним упёртым мореплавателем два континента в северном полушарии Эрфы, плюс куча островов, где сложилось неинтересное и очень скучное («ой-ой-ой!») колониальное общество.
Старый Эдем – клочок суши в южном полушарии, где восемнадцать столетий (предположительно) ютилось в тесноте человечество.
Новый Эдем – самый северо-восточный континент. И самый далёкий от Старого Эдема.
Марчелика – континент, расположенный к северу от экватора (к юго-западу от Нового Эдема, но очень близко).
Матенский архипелаг – самые западные «огрызки» суши Фор-Носта.
Упоминаемые термины:
Касадор – стрелок, «отморозок» и вообще агрессивный тип, жалкой пародией на которого являются земные ковбои. Уровень отмороженности и опасности для окружающих прямо пропорционален удалённости от побережья Марчелики.
Рив – то же самое, что «шир рив», но без шира, т. е. графства. Представитель правительства, присылаемый в города Фор-Носта из метрополии, призванный охранять закон и вершить правосудие. Либо очень серьёзное, либо весьма жалкое существо.
Жендарм – помощник рива, нанимаемый из местных касадоров. Это не делает его меньшим «отморозком», чем касадоры, зато придаёт его отмороженности элегантный налёт законности и официальности.
Полития (политей) – служба охраны правопорядка в Старом Эдеме и крупных городах Марчелики и Нового Эдема. Политей – это совсем не бесполезный рив и отмороженный жендарм. У него есть мундир! Что и отличает его от всех этих подозрительных личностей. Это представитель закона, порядка и правил, присущих просвещённому обществу.
Вадсомад – «отмороженные» касадоры, гоняющиеся за роллфельдами по равнинам Марчелики в составе организованной группы вооружённых до зубов лиц (не путать с бандитами… хотя это не точно).
Номад – «отмороженные» касадоры, гоняющиеся за роллфельдами по равнинам Марчелики в составе крупной вооружённой группировки.
Самфун – группа номадов, связанная одной целью и скованная одной цепью… Но нет, это всё ещё отмороженные касадоры с центральных равнин Марчелики, не переживайте.
Деньги:
Во и вото – валюта, распространённая в Марчелике. Медные монетки и тканевая бумага – идеальные материалы для фальшивомонетчиков, так что не удивляйтесь, если курс вото окажется в обменных пунктах ниже официального, когда вам захочется порадовать себя серебряными и золотыми грошами, оболами, денариями, тестудами и паннингами!
