Однако, прежде чем уйти окончательно, он остановился в дверях и бросил через плечо:
— Старший сын сенатора из Айдахо! Вот уже сорок пять лет как Айдахо часть владений моей матери. И когда же эти романтические ребятишки перестанут валять дурака и увидят этот мир таким, каков он есть на самом деле!
— Сын, сын… — пробормотал старый вождь. — Молодо-зелено! Диковат немножко. И слишком нетерпим. Но намерения у него хорошие. Это уж так. Намерения у него хорошие.
Он подал знак белым рабам, которые тут же внесли большой сундук, расписанный яркими узорами. Пока вождь рылся в сундуке, Джерри Франклин постепенно приходил в себя. Свершилось почти невероятное: ему не придется драться с Сильной Радиацией, и он не потерял лица. Учитывая сложность ситуации, дело обернулось совсем не так уж плохо. Ну а что касается последней шпильки Сильной Радиации, то нельзя же ожидать от индейца понимания таких вещей, как традиции и слава, запечатленные в символе. Когда его отец, стоя под покрытым трещинами куполом Мэдисон-Сквер-Гарден, бросает в лицо вице-президенту США слова:
— Народ суверенного штата Айдахо никогда не захочет и никогда не сможет смириться с налогом на картофель! С незапамятных времен картофель неразрывно ассоциируется со штатом Айдахо, картофель является гордостью айдахской земли! Люди Бойзе говорят «НЕТ!» налогу на картофель, люди Покателло говорят «НЕТ!» налогу на картофель, холмистые просторы каждой фермы «Жемчужины Скалистых Гор» возглашают «НЕТ, НИКОГДА, ТЫСЯЧУ РАЗ НЕТ» закону о налоге на картофель! — когда его отец выкрикивает эти слова, он и в самом деле говорит от имени жителей Бойзе и Покателло. Конечно, не от имени сметенного с лица земли Бойзе и безлюдного Покателло наших дней, а от имени тех блистательных городов, какими они были в далеком-далеком прошлом, от лица богатейших ферм, раскинувшихся на обоих берегах Снейк-ривер… И от лица Сан-Велли, Москвы, Айдахо-Фоллз, Амэрикен-Фоллз, Уйзера, Гренджвилла, Туин-Фоллз.
— Мы не ожидали твоего прибытия и мало у нас добра, чтобы достойно отблагодарить за привезенные тобой дары, — говорил Три Водородные Бомбы. Впрочем, есть тут одна безделка. Лично для тебя.
Джерри чуть не задохнулся от неожиданности, принимая подарок. Это был пистолет, настоящий, новехонький пистолет! И небольшая коробка патронов к нему! Пистолет, сработанный на одной из использующих труд белых рабов фабрик сиу где-то на Среднем Западе, о котором ему столько приходилось слышать! Но держать его в руках, но знать, что он принадлежит ему…
— Не знаю, смею ли я… ведь это… я… я…
— Пустяки, пустяки, — добродушно прервал его вождь. — Все в порядке. Мой сын, конечно, был бы против передачи оружия в руки бледнолицего, но я считаю, что бледнолицые такие же люди, как и все — все дело в том, каков человек, каковы его индивидуальные качества. Хоть ты и бледнолицый, но кажешься мне человеком, сознающим свою ответственность, и я уверен, что оружием ты будешь пользоваться с умом. Ну а теперь перейдем к твоему поручению.
Джерри собрался с мыслями и развязал сумочку, висевшую у него на шее. Точно священнодействуя, он вынул драгоценный документ и вручил его вождю.
Три Водородные Бомбы быстро пробежал его глазами и передал своим советникам. Прочитавший его последним Яркая Суперобложка смял документ в комок и швырнул его бледнолицему.
— Безграмотно! — сказал он. — Слово «получать» трижды написано по-разному, хотя всем известно, что оно пишется через «о». А самое главное — какое отношение имеет эта писанина к нам? Она адресована вождю семинолов Оцеоле VII и требует, чтобы он отвел своих воинов обратно на южный берег реки Делавэр или вернул бы заложников, взятых у правительства США в знак доброй воли и миролюбивых намерений. Мы — не семинолы, зачем же показывать эту бумагу нам?
Пока Джерри Франклин с предельной тщательностью разглаживал смятый документ и прятал его в сумочку, заговорил посол Конфедерации Сильвестр Томас.
— Думаю, что смогу это объяснить, — сказал он, переводя вопрошающий взгляд с одного лица на другое. — Если джентльмены не возражают… По-видимому, правительство Соединенных Штатов узнало, что какое-то индейское племя перешло Делавэр в том месте, где мы сейчас находимся, и решило, что это семинолы. Последний по времени маневр семинолов был, как вы знаете, нацелен на Филадельфию, что привело к эвакуации оттуда столицы и переносу ее в Нью-Йорк. Ошибка вполне простительна — коммуникации в американских государствах, что в Союзных Штатах, что в Конфедерации (тут последовал негромкий, похожий на кашель дипломатический смешок), не столь хороши, как можно было бы ожидать в наши времена. Совершенно очевидно, что ни этот молодой человек, ни правительство, которое он столь добросовестно и умело представляет, не имели ни малейших оснований предположить, что сиу решат опередить его величество Оцеолу VII и перейдут Делавер у Ламбертвилла.
— Совершенно верно, — поторопился вмешаться Джерри. — Именно так все и было. И теперь как аккредитованный посол правительства Соединенных Штатов, я считаю своим долгом формально потребовать от народа сиу соблюдения договора, заключенного одиннадцать лет назад, а также договора, подписанного пятнадцать… да, мне кажется, именно пятнадцать лет назад, и вновь отойти за реку Саскуэханну. Я принужден напомнить, что, когда мы ушли из Питтсбурга, Алтуны и Джонстауна, вы поклялись, что сиу больше не станут покушаться на наши земли и будут уважать наши права на то немногое, чем мы еще владеем. Я уверен, что сиу хотят, чтобы об их народе говорили как о людях, уважающих собственные обещания.
Три Водородные Бомбы вопросительно посмотрел на лица Яркой Суперобложки и Внемлите Вести. Потом наклонился вперед и оперся локтями о колени.
— Ты хорошо говорил, юноша. Ты делаешь честь своему вождю… Но понимаешь ли… Разумеется, сиу хотят, чтобы их считали народом, уважающим договоры и свято блюдущим свои обещания. Ну и так далее и тому подобное. Но наша численность неуклонно растет. У вас же она не увеличивается. Нам нужно все больше и больше земли. Вы же не используете и большую часть той, которая у вас есть. Так что же — мы должны молча сидеть и смотреть, как эта земля приходит в запустение, больше того, наблюдать, как эту землю захватывают семинолы, и без того владеющие огромной территорией, которая простирается от Филадельфии до Ки-Уэста? Будьте же благоразумны! Вы можете отступить в другие места. У вас еще осталась почти вся Новая Англия и большой кусок штата Нью-Йорк. Конечно же, вы без труда можете расстаться с Нью-Джерси.
Против собственной воли, невзирая на свое официальное положение посла, Джерри чуть не закричал. Возложенная на его плечи ноша внезапно стала непереносимо тяжелой. Одно дело — с горечью пожимать плечами, находясь там, дома, среди колоссальных руин Нью-Йорка, и совсем другое — быть тут, в самом фокусе событий. Нет, тут бремя, казалось, могло переломить хребет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
