В этот момент они услышали, что перед домом остановилась карета, и Адриан почувствовал, как его окатила теплая волна. Бок о бок с Сократом, Адриан оказался у двери раньше Квиджли, настежь распахнул ее и увидел, что Райс Реддинг помогает Лорен выйти из фаэтона.
Коляска была другой и на Лорен не было плаща и вуали, которые он недавно видел на спутнице Райса, но он понял, что именно ее он недавно встретил с Реддингом.
Адриан увидел виноватый взгляд на побледневшем лице Лорен.
Он стоял в дверях, пытаясь понять, что происходит. Все признаки были налицо. И неожиданно ему захотелось убить их обоих. Он закрыл глаза, надеясь, что все это ему привиделось. Но, когда он их открыл, видение не исчезло. У фаэтона стояла Лорен. Волосы ее были в некотором беспорядке, словно их закалывали наспех. Ее щеки, бледные еще минуту назад, теперь стали пунцовыми. А лицо Райса Реддинга было, как всегда, непроницаемым.
— Адриан, — прошептала Лорен, когда Сократ бросился к ней, протягивая руки, чтобы она его взяла.
Но Лорен не видела обезьяны. Она видела только лицо Адриана.
Адриана охватил гнев. Гнев и ощущение, что его предали. Он не чувствовал ничего другого.
— Как вы нашли «Львиную голову»? Так ли она удобна, как это показалось мне? — спросил он, и в каждом его слове слышалась угроза.
Он увидел, что она дрожит, что ее губы крепко сжаты, что было непохоже на нее.
— Как?..
— Я видел тебя, любовь моя. Или ты теперь его любовь?
— Адриан…
Его глаза окатили ее презрением. Презрением, яростью и чем-то близким к ненависти. Или же это была ненависть к себе самому? Он не понимал, как он мог быть таким идиотом. В глубине души он знал, что это она вывела из строя его корабль, но он думал, он хотел думать, что у нее для этого были серьезные основания.
Теперь же у нее не было никаких оснований для подобного поступка.
— Почему?
Даже ему самому его голос показался странным, словно он задыхался. В нем чувствовалась боль.
— Почему?
— Я…
— Сначала «Призрак», а теперь Реддинг. Неужели из-за Риджли? Ты тоже хочешь его получить? Черт побери, почему?
Райс Реддинг подошел ближе, словно желая ее защитить, и Адриан, вновь охваченный бешенством, нанес удар кулаком в челюсть. Райса отбросило на фаэтон, потом он упал на колени.
Второй рукой Адриан схватил Райса за грудки, вновь ударил, и тот оказался на земле. Сократ прижался к Лорен, негодующе бормоча.
— Адриан… пожалуйста… не надо.
Лицо Лорен побледнело еще сильнее, в огромных золотисто-зеленых глазах блестели слезы, казавшиеся удивительно яркими на фоне бледной кожи.
— Каким же дураком я был, — сказал Адриан. — Одного предательства было недостаточно. Черт побери тебя, Лорен! Будь ты проклята! Я ведь любил тебя, да поможет мне Бог!
В это время Реддинг начал подниматься на ноги. Адриан снова ударил его, и тот опять оказался на земле. Потом Адриан схватил протестующего, вопящего Сократа, сел на гнедого и уехал, не оглядываясь.
В тот же день Адриан приобрел корабль и объявил о своем намерении отплыть немедленно. Ему было наплевать на то, что внутренняя отделка судна не закончена. Машины работали, а в связи с ходовыми испытаниями на борту было достаточно угля.
Все, что еще оставалось недоделанным на корабле, можно было завершить и в Нассау.
Будет нелегко собрать команду, но он сумеет это сделать. Свободных моряков было предостаточно, да и его собственная команда должна была ждать его на Багамах.
Море, по крайней мере, вело себя честно. Он знал об опасностях, которые оно таило. Завтра, с приливом, он выйдет в море. И ему наплевать, пусть его поджидает хоть весь флот северян.
Адриан знал о ее роли в захвате «Призрака». Знал, и ничего не сказал. Он все знал и сказал «я тебя любил», а не «я тебя люблю».
У Лорен было такое ощущение, словно у нее из груди вырвали сердце и у нее на глазах разорвали его на куски. Его слова преследовали ее, вызывая мучительную боль.
Одного предательства было недостаточно! Будь ты проклята, Лорен!
Она покачнулась, и Райс, которому удалось подняться на ноги, едва успел ее подхватить. Он держал ее на руках, беспомощно оглядываясь на Лизу.
— Несите ее в дом, — сказала Лиза, и на лице ее отразились смешанные чувства.
Райс отнес Лорен наверх в ее комнату и положил на кровать. Он в нерешительности стоял там, потирая челюсть. У Адриана Кэбота был мощный удар правой.
— Теперь вы можете идти, мистер Реддинг, — осуждающе произнесла Лиза Теттерли. — Думаю, что на сегодня вы сделали достаточно.
Райс посмотрел на Лорен. Волосы ее распустились, лицо было бледным и напряженным.
Он посмотрел на Лизу Теттерли, которая выпрямилась, стараясь выглядеть как можно более внушительно, и сказал:
— Все не так, как вы с Риджли думаете. Уверяю вас, тут дело было совсем в другом.
Голос его звучал искренне, и лицо Лизы немного прояснилось, но, когда она перевела взгляд с Райса Реддинга на свою юную гостью, в глазах ее стоял вопрос.
— Она пыталась ему помочь, — сказал Райс. — Пыталась убедить меня продать ему его поместье. И ей это удалось.
— Вы собираетесь…
— Да, — ответил Райс.
— Даже теперь?
Она внимательно осмотрела его подбитый глаз и кровь, капающую из разбитой губы.
— Даже теперь, миссис Теттерли, если он станет меня слушать.
Но Лорен знала, что Адриан не станет его слушать. В отличие от Райса и Лизы она представляла себе размеры несчастья. Они с Адрианом больше никогда не смогут доверять друг другу. В первый раз она разрушила его мечту, во второй — она полностью разрушила его веру в нее. Как он сможет снова доверять ей? Адриан, который придавал такое значение честности? Адриан, простивший первый проступок, никогда не сможет простить второй.
— Пожалуйста, оставьте меня одну, — прошептала она прерывающимся голосом.
— Я буду поблизости, если вам что-нибудь понадобится, дорогая, — сказала Лиза.
Райс вышел, не произнеся ни слова. Его мысли были заняты другим. Он размышлял над теми загадочными словами, которые ему довелось услышать. Подобно многим в Лондоне, он слышал о том, что Лорен помогла Адриану бежать. Это была одна из причин, почему Лорен так интересовала его. Он не мог себе представить, чтобы женщина такое совершила. Так рисковать и не получить ничего взамен. Он размышлял над словами Адриана. Адриан упоминал свой корабль.
Одного предательства было недостаточно.
Он вспомнил слова Лорен, произнесенные ею в гостинице: «Я причинила ему зло».
И из-за этого она была готова на все, чтобы ему помочь.
