смены Люк поднялся на второй этаж шестого дома и, проходя мимо номера Эми, остановился. Зашёл внутрь.
Всё было так же, как когда он заходил к ней в последний раз. Сделал глубокий вдох. В комнате всё ещё стоял запах её шампуня с цветочным ароматом. Сладкий привкус как будто осел где-то в горле.
— Люк, — послышался грубый мужской голос за спиной. Парень обернулся и увидел Харланда. — Ты чего здесь?
— Не знаю… — он не хотел снова ругаться, поэтому старался отвечать нейтральным тоном. — Сам не заметил, как зашёл.
— Знаю, что ты зол. Мы в последнее время не ладим, но я понимаю, как тебе тяжело. Пора уже смириться.
Люк помотал опущенной головой и ничего не ответил.
— Слушай, — аккуратно сказал Харланд. — Ты извини меня. Я местами вёл себя как козёл. Всё-таки ты заместитель. Я не должен был с тобой так общаться. После смерти Эми я почему-то вообще поменял своё отношение ко многим. Не хочу больше ни с кем здесь ругаться.
Люк слышал только первые его слова, остальные пропустил мимо ушей. Ему было неинтересно. Он и не хотел его слушать. Кроме того, не верил в искренность его слов. За всё время, которое они знакомы, Люк ни разу не видел его по-настоящему искренним. Шутки, шутки, шутки. Ничего кроме них. Сейчас он уже и не хотел понять его.
— Можешь отдать мне диктофон? — спросил Люк совсем не в тему.
— Зачем? — настороженно спросил Харланд.
— Знаешь, злость обычно помогает быстрее забыть человека. Может, сработает.
— Ну, желаю удачи, — как-то неуверенно произнёс тот. Был сбит с толку такой резкой переменой и спокойствием заместителя. — Я тебе занесу его в твой номер.
— Спасибо.
Люк остался один в комнате Эми. Прикрыл дверь и лёг на кровать.
В четыре часа дня он снова вернулся к остальным. Они занимались созданием самодельных бомб и коктейлей Молотова. Люк практически всё это время был с Дэнни. Маркус ходил крайне встревоженный. Предстоящая поездка волновала каждого. Все осознавали её серьёзность и опасность, поэтому выкладывались по полной, чтобы успеть соорудить как можно больше боеприпасов.
***
Эми включала и выключала фонарь. Сил ни на что не было. Вторые сутки без еды напомнили худшие времена, которые теперь казались сладкой жизнью. Эми смотрела на ту проклятую полоску на полу. Она даже начала жалеть, что не послушала Чака и не остановилась на Ричарде. Но вдруг Чак всё равно бы вернулся за ней? Тогда Эми умерла бы куда раньше даже без встречи с Харландом. Но Алекс был бы жив. При мысли о нём дыхание снова спёрло. Но самым страшным было то, что Харланд всё ещё представлял угрозу для остальных. А они даже и не догадывались об этом. Однако выбраться самостоятельно было невозможно. Эми снова посветила вокруг себя. Кроме стеллажа со всяким хламом там не было ничего. Чем ей могли помочь большое железное ведро, земля, коробка с пачками семян и ящик гвоздей?
Внезапно в голове возник план.
Эми снова посветила на пометку. Она была тёмно-коричневого цвета. Эми скинула с себя куртку, оставшись только в спортивном нижнем белье, и натянула рукав куртки на ногу. Растянувшись на бетонном полу, она начала тереть стопой эту метку. Казалось, она была начерчена каким-то мелком, так как через десять минут уже не осталось и следа.
Силы девушку тоже начинали медленно покидать. Но откладывать план было нельзя, так как Харланд мог объявиться в любой момент времени. Эми взяла гвоздь из ящика и поднесла к руке. Она сделала глубокий вдох и резким движением сделала небольшой надрез на ладони. Она откинула гвоздь в сторону и сжала кулак. Используя кровь в качестве краски, она нарисовала такую же полоску чуть ближе, чем была первая. Невооружённым глазом даже не было заметно, что полоска сместилась, но Эми теперь могла дотянуться до и за неё рукой. Оставалось только ждать.
Рассудок мутнел с каждым часом всё больше. Холод уже ощущался меньше, только пальцы на руках практически не гнулись, а горло начало болеть. Эми не понимала, что даст ей эта уловка с кровавой пометкой, если сил у неё не было вовсе. Что она может сделать Харланду, который без того был в два раза больше? Если бы он столько времени не морил её голодом, она бы ещё могла рассчитывать на то, что сможет обезвредить его. Но теперь шансов не было. Только желание как можно скорее сообщить об опасности остальной группе и прежде всего Люку не давало окончательно пасть духом. Пока оставалась малейшая надежда, Эми не хотела оставлять её.
В руках кукловода
Люк проснулся на рассвете и так и не смог уснуть. Но его волновала не предстоящая поездка. Мысли были забиты всё тем же: смертью Алекса и загадочным исчезновением Эми. Что же произошло на самом деле? Он переслушивал запись раз за разом, пытаясь понять, искренне ли девушка говорила с Харландом. После двадцатого раза неприятное ощущение в районе солнечного сплетения прошло. Палец уже на автомате нажимал на кнопку воспроизведения записи, а Люк задремал, мысленно наблюдая за диалогом Харланда и Эми.
***
Эми не знала, сколько времени прошло, но понимала, что уже наступило утро, судя по пению птиц. Сон теперь являлся единственным источником энергии, хоть и был чутким. И не зря.
Скоро Эми услышала, как начал отворяться замок на двери. Сердце начало бешено колотиться. Она сжала в руке длинный гвоздь и спрятала его под курткой. Принять невинный вид получилось не сразу, так как зажатость от готовности действовать сильно выдавала её. К тому же, она ещё и слегка тряслась от невероятной слабости, которая ощущалась, как простуда. Но ошибиться было нельзя. Это единственный шанс на то, чтобы помочь другим. И в том числе себе.
Лестницу осветили яркие утренние лучи, которые мучительно манили девушку, а глоток свежего воздуха дал заряд энергии и оставил приятные ощущения после постоянной сырости в помещении.
Обветшалые ступеньки заскрипели под тяжестью.
Эми закрыла глаза и попыталась сделать дыхание едва заметным.
— Живая ещё? — голос звучал грубым, без насмешки. Сквозь веки Эми увидела, как комнату осветил тусклый свет лампы. Звук шагов приближался. — Не притворяйся. Я всё равно близко к тебе не подойду… Вдруг психические отклонения заразны… Буду таким же психопатом.
— Ты переплюнул меня в разы, — ответила Эми, не открывая глаз.
— Именно. Не хочу опускаться на уровень ниже, — Эми теперь слышала его голос перед собой. — Не хочешь меня видеть?
— А ты догадливый.
— А ты? — хитро спросил Харланд.
— Со
