Читаем без скачивания Эсхато. Бешеные - Даниил Корнаков

class="p1">Более всего Стас сейчас переживал за отца. Он был один, совсем беззащитный. Но находясь в квартире он должен быть в безопасности, никак иначе. Ведь так, да?

– Гелаев, ты и парень идите к машине, разыщите ключи. Мы вернемся через десять минут, и если мы не появимся за это время, нажимаешь на газ и оба сваливаете к чертовой матери прямо в штаб, ты меня понял?

Рядовой, на чьем лице прямо было написано: «Вот уж нет, даже не думайте», хотел было возразить, но, сержант его опередил. На удивление, а может быть из-за того, что прекрасно знал ребят, с которыми служил, он смог понять, что говорило лицо его подчиненного.

– Не обсуждается. Десять минут, засекай.

– Так точно, сержант.

Они разделились по два человека и побежали в разные стороны.

Малик и Игорь подбежали к УАЗу. Первое, что они услышали, были звуки: клап, клап, клап. Словно бы капли воды ударялись по металлу. Малик уже ожидал увидеть кое-что неприятное, а вот Игорь напротив.

Рядовой, чей автомат была наготове и нацелен прямо в салон, включил фонарь.

– Ох блядь, – сказал рядовой и отвернулся от ужасного зрелища. – Бедняжка Рита.

Игорь, заранее сморщившись и приготовившись к неприятному зрелищу заглянул в салон. Он не увидел внутри человека, он не увидел ничего что-либо, отдаленно напоминающее человека, за исключением армейских сапог, что были на краю сиденья, готовые вот-вот упасть. Ошметки плоти, мясо, фарш, куски военной формы, вот что видел официант Игорь, и от чего его позывы извергнуть обед вновь дали о себе знать, уже второй раз за прошедшие пять часов. Но он смог удержаться, и лишь громко рыгнул, оперевшись на капот авто.

– И где здесь мне искать ключи то? Ох, за что ты так со мной?

Рядовой высунул руку вперед, затем отдернул ее при одной только мысли, что ему предстоит сделать. С гримасой отвращения он снял обручальное кольцо с руки, засунул его в передний карман и принялся елозить пальцами в ошметках бывшего сослуживца.

– Это они сделали? – Игорь заикался и тяжело дышал. – Они что… ели ее?

Малик не ответил парню, но прекрасно знал ответ на этот вопрос. Они не ели ее, нет, они разрывали ее на части, когда та струсила, ослушалась приказа сержанта и побежала обратно в сторону УАЗика. Ее можно было понять, она была напугана происходящим вокруг, запаниковала, когда рядом с ней убили одного из гражданских, кровь которого оросила ей лицо и каску. Он побежал за ней, чтобы остановить ее, когда та уже села за руль и попыталась завести УАЗ, но дверь, которую она из-за паники не закрыла, стала проходом для нескольких бешеных. Они ввалились внутрь авто, и Малик услышал ее пронзительные крик. Он стрелял по кучке зараженных, что пытались втиснуться в салон словно нетерпеливые покупатели перед открытием супермаркета в день огромных скидок. Но те даже не шелохнулись. Пули вонзались в их спины и ноги, а они словно и не замечали этого. Именно тогда момент к нему подбежал один из сослуживцев и крикнул в ухо, чтобы тот немедленно бежал за ним, потому что это приказ сержанта.

Судьба Риты была ему неизвестна, до нынешнего момента.

У Игоря закружилась голова, когда он увидел, как солдат, прикрыв нос рукой, перебирал человеческие останки. Он почти упал, но к своему счастью успел облокотиться ладонью на большое колесо авто и принялся глубоко дышать. Именно в этот момент он увидел под колесом рукоять пистолета, что подсвечивалась уличным фонарем. Он оглянулся в сторону Малика, убедился, что тот не обращает на него внимания и взялся за рукоять двумя пальцами. Должно быть это оружие совсем недавно принадлежало солдату, чьи останки сейчас ковырял рядовой. Игорь спрятал пистолет за пояс своих джинс и накрыл его рубашкой, которая уже давно не была приветливо белой, как это принято у официантов.

– Вот и он. – Малик нашел ключ под кусками ткани, вытащил его и обтер рукавом своей формы. – Ты должен мне помочь убрать ее…

– Я не знаю, как мы это сделаем?

– Руками. Я не собираюсь сидеть задницей на своем бывшем товарище по оружию. Мне нужна твоя помощь, потому что времени чертовски мало, и мы должны будем скоро валить отсюда.

– Ну… хорошо, только вот… как? – Игорь тяжело дышал. Слова давались ему с трудом.

– Бери в руки и бросай на землю. Я понимаю, что это неприятно, но так нужно.

– Нельзя же вот так…

– Ты думаешь я этого не понимаю? – Малик слегка повысил голос посмотрев прямо Игорю в глаза. – Но у нас нет времени, делай как я говорю. Представь, что это…

Он осекся, пытаясь подобрать пример.

–…хотя на хрена представлять, когда и так знаешь, что это…

Игорь кивнул рядовому и вытянул руки вперед. Через пару минут из его рта покатила очередная порция желтой слизи.

На удивление им удалось тихо и без лишнего шума добраться до дома, в котором жил отец Стаса. Сержант пошел первым и открыл дверь в подъезд, после чего тут же ее закрыл.

– Они внутри, – сказал сержант.

Стас поглядел на дверь, словно бы видел сквозь нее зараженных.

– Так же тихо стоят и качаются как под кайфом. Но в отличие от кафешки их там не так много, штук пять, может чуть больше.

Стас встал на место сержанта, приоткрыл дверь и убедился своими глазами. Он так же тихо закрыл дверь и предложил.

– Может, просто пройдем мимо них тихо?

– Рискованно.

– Да, сержант. Именно поэтому я хотел бы, чтобы вы остались тут или пошли к уазику. Вы уже достаточно мне помогли.

Сержант улыбнулся.

– Я не помогаю, я выполняю приказ, а в мой приказ не входит стоять сложа руки. Иди первым, веди прямиком к квартире.

Стас кивнул и сказал.

– Квартира на третьем этаже. Предлагаю просто идти, тихо не задевая ни одного из них.

– Глупая идея, но времени на придумывание других у нас нет. Пойдем прямо как по минному полю, – сказал сержант.

Стас открыл дверь, и они вошли внутрь. Внутри прихожей было темно и лишь блеклый свет подрагивал на лестничном проходе. Стас задерживал дыхание, все думал, что оно обязательно их разбудит и пиши пропало. Сержант держал на мушке то одного, то другого, что делал и Стас. Оба они были готовы к любому неожиданному повороту событий. Стасу казалось, что он идет сквозь живые деревья, которые тяжело посапывают и дышат. Удалось разглядеть что глаза бешеных были закрыты, и кровавая дорожка из них тянулась прямиком к уголкам их ртов.