прорывающейся группировки вели ожесточенные бои войска 1-го Белорусского фронта с севера и северо-востока, а войска 1-го Украинского фронта – с юго-востока, юга и юго-запада.
Здесь громили врага 3-я гвардейская армия генерала В.Н. Гордова, соединения 3-й и 4-й гвардейских танковых армий, части 28-й армии А.А. Лучинского и 13-й армии генерала Пухова.
Бои носили кровопролитный характер. Атаки и контратаки, как правило, заканчивались рукопашной схваткой. Обреченный враг рвался на запад. Его группы рассекались нашими войсками на отдельные части, блокировались и уничтожались в районе Барута, в лесу севернее его и в других пунктах.
Небольшой группе гитлеровцев удалось прорваться в г. Луккенвальде, как раз на тылы 4-й гвардейской танковой армии и прежде всего 5-го гвардейского механизированного корпуса И.П. Ермакова, отражавшего яростные атаки 12-й армии Венка на рубеже Трейенбритцен, Беелитц, фронтом на запад.
Теперь Ермакову пришлось вести бой с перевернутым фронтом, по-прежнему направляя свои основные силы на запад против армии Венка и части сил на восток против прорывающейся группировки 9-й армии Буссе. На помощь Ермакову я срочно направил в район Луккенвальде 63-ю гвардейскую танковую бригаду М.Г. Фомичева с 72-м гвардейским тяжелым танковым полком майора А.А. Дементьева и отдельный самоходно-артиллерийский полк. Туда же была выдвинута 68-я гвардейская танковая бригада армейского подчинения полковника К.Т. Хмылова.
В последних числах апреля сражение за Берлин достигло апогея. Воины Красной армии с предельным напряжением, не жалея ни крови, ни самой жизни, шли в последний и решительный бой. Танкисты В.И. Зайцева, И.И. Прошина, П.Н. Туркина и Н.Я. Селиванчика, мотострелки А.И. Ефимова, пехотинцы генерала Г.И. Вехина под руководством Е.Е. Белова и В.И. Корецкого в ожесточенном, кровопролитном бою, штурмуя Берлин, во взаимодействии с соседями овладели юго-западной частью города и продвигались в направлении Бранденбургских ворот. Воины Ермакова надежно удерживали внешний фронт на рубеже Трейенбритцен, Беелитц, отражая натиск 12-й вражеской армии.
27 апреля в дневнике гитлеровского генерального штаба записано: «В Берлине идут ожесточенные бои. Несмотря на все приказы и мероприятия по оказанию помощи Берлину, этот день явно свидетельствует о том, что приближается развязка битвы за столицу Германии…»
В этот день наши войска неудержимой лавиной приближались к логову фашистского зверя. Враг стремился прорваться на запад, к американцам. Особенно сильным был его напор на участке нашего 10-го гвардейского танкового корпуса, подкрепленного 350-й стрелковой дивизией генерала Г.И. Вехина. 18 атак противника были отражены здесь в течение 26 и 27 апреля, но из Берлина противника не выпустили.
5-й гвардейский механизированный корпус И.П. Ермакова, в котором было много моряков Тихоокеанского флота, несокрушимо стоял на рубеже Трейенбритцен, Беелитц, непрерывно отражая атаки армии Венка. Исключительную стойкость показали воины этого корпуса – 10-я гвардейская механизированная бригада В.Н. Буслаева, 11-я гвардейская механизированная бригада И.Т. Носкова и 12-я гвардейская механизированная бригада Г.Я. Борисенко. Днем и ночью 29 апреля на всех участках продолжалась кровопролитная битва.
Командование армии и все воины понимали, что войска 4-й гвардейской танковой армии в эти дни выполняли ответственную задачу: во-первых, требовалось надежно закрыть пути выхода противника из Берлина на юго-запад, во-вторых, не допустить к Берлину 12-ю армию Венка, имевшую главной задачей деблокировать Берлин с 200-тысячным гарнизоном, и, в-третьих, не выпустить остатки 9-й армии противника, прорывавшиеся через тылы нашей армии в районе Луккенвальде на запад, в американскую зону. Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов штурмовали Берлин.
Но фашисты еще продолжали сопротивляться, хотя в верхушке вермахта была уже паника и смятение. Гитлер и Геббельс покончили жизнь самоубийством, другие фашистские головорезы бежали кто куда. Утром 1 мая над Рейхстагом уже развевалось алое знамя, установленное воинами 756-го стрелкового полка 150-й дивизии генерала В.М. Шатилова сержантом М.А. Егоровым и рядовым М.В. Кантария.
После многих бессонных ночей утром 2 мая мне удалось прилечь немного отдохнуть. В комнате было приоткрыто окно, рядом находился часовой. От пороховых газов и дыма пожаров нечем было дышать, но усталость брала свое. Я сразу же уснул. Начальник штаба после короткого отдыха бодрствовал. Сквозь сон слышу тревожные голоса: «Это противник!», «Смотрите, как их много!», «Наводи орудие…»
Сначала я думал, что это сон, но машинально вскочил, потом подошел к окну и вдруг вижу, как из ближайших переулков идут гитлеровцы. Орудие, стоявшее у домика, открыло огонь. Над колоннами противника летали и вели огонь 2 наших истребителя. Враг прорвался через аэродром 1-го Белорусского фронта. Даю команду: тревога штабу и всем, кто находится поблизости. Первой вступила в бой рота охраны, за ней – офицеры штаба армии. Вызываю по радио 7-й гвардейский мотоциклетный полк майора В.А. Константинова, 3-ю гвардейскую мотоинженерную бригаду подполковника А.Ф. Шаруда, 71-ю отдельную гвардейскую легкоартиллерийскую бригаду полковника И.Н. Козубенко. Они располагались поблизости от штаба.
В считанные минуты все офицеры и бойцы штаба армии развернулись в боевой порядок и вступили в схватку с врагом. Особую доблесть показали начальник штаба армии генерал-лейтенант К.И. Упман, начальник оперативного отдела полковник С.С. Маряхин, командующий артиллерией генерал Н.Ф. Ментюков, начальник инженерных войск полковник М.А. Полуэктов, начальник связи полковник А.Я. Остренко, командир полка связи полковник М.А. Абрамов, майор С.В. Высоцкий, начальник политотдела армии полковник Н. Г. Кладовой, подполковники М.Н. Иваненко, И.М. Елагин, Д.И. Кочетков, майор Л.Д. Лозовой, офицер С. Хирьяков, лейтенант Л.С. Чванкин, сержант И.Д. Капралов, командир минно-подрывного взвода лейтенант С.В. Клоков, связисты старшие лейтенанты В.В. Козин, В.В. Семин, Жучкин, морзист А.М. Тихонов, разведчик лейтенант Л.В. Андреев, рядовой А.Г. Дудник, сын полка связи 12-летний Вася Ульяминов, шофер Ф.Д. Елисеев, боец К.И. Картодия и др.
Через 10–15 мин. на выручку подоспел майор В.А. Константинов со своим лихим 7-м гвардейским мотоциклетйым полком. У него было 10 танков, 6-орудийная артиллерийская батарея и более 200 мотоциклов, вооруженных пулеметами. Полк развернулся и ударил по врагу из всех видов оружия. Через 25 мин. подошли саперы А. Ф. Шаруды и артиллеристы И.Н. Козубенко. Объединенным ударом мотоциклистов, артиллеристов, танкистов, саперов и воинов штаба армии враг был разбит, прорваться ему из Берлина не удалось. До 6 тыс. гитлеровцев было взято в плен. В этом бою отличилась саперная рота лейтенанта Б.А. Рунова, она уничтожила до 200 неприятельских солдат и офицеров. Командир роты лично истребил более 10 гитлеровцев. За тот бой Борис Александрович Рунов удостоен звания Героя Советского Союза.
Подвиг, достойный подражания, совершил сапер сержант Михаил Петрович Мартыненко. Со своим подразделением он уничтожил более 50 фашистов и до 200 взял в плен. Ефрейтор Павел Александрович Шихов из того же подразделения с двумя бойцами пробрался в тыл врага и внезапной атакой уничтожил 12 фашистов. Соседнее отделение сержанта В.В. Душенина ворвалось
