только голову. Может и всё тело пострадало. Если животное покалечено и мучаемся от боли, какой от него можно было ждать ответ?
Нервно рассмеялся и завалился спиной на пол. Да уж, без крупнокалиберного пулемёта в такой мир лучше не соваться. А нужно ли вообще туда снова лезть? Смысл? Вот именно, смысла нет. Всё на сегодня, путешествия закончены. И так чуть штаны не испортил. Сейчас заполню карточку и домой. Надо прийти в себя после такой встречи.
- - -
Через полчаса был дома. Долго приходил в себя, руки тряслись от нервной встряски. Совсем не ожидал, что встречусь лицом к лицу с диким животным, да ещё каким. Об одном сожалел – не сообразил достать фотоаппарат и щёлкнуть что увидел. Только под душем, простояв под напором воды минут десять, понял, что нервы всё-таки пришли в порядок и могу соображать нормально. Пришло на ум – вот где надо снимать Парк Юрского периода. Не фильм, реалити-шоу. Главные герои этого отражения намного круче всяких там компьютерных динозавров. Только остаётся вопрос – до конца съёмок выживет ли хоть один человек из участников и съёмочной группы. Похихикал и пошёл на кухню. Время ужина ещё не пришло, но хотел перекусить. Наверное, на нервной почве разыгрался аппетит. Включил чайник и услышал звонок телефона. Вспомнил, что оставил его на столе в кабинете. Идти не хотелось, но вдруг звонит Никодим? Когда подошёл, посмотрел на экран – точно он. Вернулся с телефоном на кухню и набрал друга.
- Привет, до тебя не дозвониться, мой друг.
В ответ кряхтение и стоны.
- Что с тобой, Никодим?
- В больницу попал. Вчера вечером после службы машина сбила около собора. Нога сломана и два ребра. Внутренности тоже пострадали, но врачи говорят, не всё так плохо. Только сразу скажу – ко мне приходить не надо. Я в… тут… вообщем, это закрытое лечебное заведение и тебя ко мне не пустят.
- Круто. ФСБ-шная больница? Как ты туда попал?
- Сань, ты как маленький, задаёшь дурные вопросы. Просто прими мои слова к сведению.
- Виновника аварии нашли?
- Так он не убегал. Наркоша какой-то. Угнал машину и не справился с управлением. Другой вопрос интересен – он в меня словно специально врезался. Так, по крайней мере, люди говорят. Вот и появились разные мысли – не продолжение ли это разговора в ресторане?
- Не думаю. Скорее ко мне бы явились, а пока вокруг тихо. Вроде разобрались и разошлись как в море корабли.
- Не знаю. А может это проклятие из другого мира меня догнало. Не может быть такого?
- Слушай, хватит придумывать небылицы. Слав, у меня к тебе предметный разговор. Понимаю, что чувствуешь себя отвратно, но долго мучить не буду. Скажи, ты или кто-нибудь из твоих хороших знакомых из местной епархии курируете больницы, где лежат детки с онкологией?
- Конечно. У каждого из нас есть, так сказать, подшефные больницы и хосписы, где мы часто бываем. Это даже не послушание, наша святая обязанностью.
- Тогда, значит, есть выход и на врачей?
- Конечно. Так, подожди... Не хочешь ли ты сказать, что у тебя…
- Хочу, Слав. Помнишь мои слова по поводу чудес? Повторю – есть много их у меня.
- Эффективность?
- Три укола. Раз в неделю и пациент здоров. Через год ещё одна инъекция. Для профилактики. Есть второй вариант – вообще разовая доза.
- Сань. Не знаю что сказать. Слава Господу, что ты есть. Мне очень повезло в жизни, что встретил тебя… Был бы здоров, сейчас бы мчался к тебе домой.
- Мчаться не надо. Лежи и выздоравливай, но даже в твоём состоянии можешь помочь. Первое – нужна проверенная информация по онкологии среди детей по стране. Точное число, понимаешь? Не плюс-минус сто, а конкретный список с фамилиями, именами, диагнозами, где кто находится. Если не по стране, для начала хотя бы по городу. Если получится, можем в Питере организовать центр по приёму детей со всей страны. Второе. Пока не будут вылечены дети, для взрослых вакцина будет недоступна. Это основное правило, запомни. Третье. Понимаю, что тебя больше всего интересует. Сколько это будет стоить, да? Для детей всё будет бесплатно, но при выявлении хотя бы одного «левого» укола своим знакомым или близким, всё прекращается мгновенно. Сам буду контролировать – обзванивать родителей детей, кто получил или нет желанный укол. И последнее. Всем, кто проявит желание на этом погреть руки, в любом смысле, от создания фондов до прославления себя, любимого, можешь говорить одно – чтобы шли лесом в места, где до сих пор плутает Сусанин.
- Шаг влево вправо считается побегом? – хихикнул мой друг.
- Намного круче – не прыжок на месте, протянутая в сторону рука повод для расстрела.
- Сань. Я всё понял. Ну что ты за человек такой? Всё сделаю, сказал же. Детки – это святое. Вопрос, а не возникнут у врачей сомнения, откуда появились такие чудодейственные лекарства? Начнут узнавать, а о них никто и не слышал. Могут запретить.
- А я чего тебе звоню? Вот и подготовь заранее почву, а для подтверждения реальности существования таких препаратов, у меня дома стоят шесть мешков с литературой, что притащил из-за границы. Был на выставке, вот со мной и поделились. Ты наверняка знаешь, кому что вручить – пусть читают, просвещаются.
- Не боишься, что к тебе вопросы возникнут? У органов?
- Могут возникнуть. И не только у них. Быдла у нас в стране много, но ты знаешь, начнут прессовать, я незамедлительно уйду. Только кто в таком случае проиграет? Обычные люди, а когда наступит момент, что у тех, кто меня притеснял, кто-то заболеет из родных или близких, поздно будет метаться, лекарства уже не будет. Тогда вой до небес поднимется, только будет поздно. Что касается меня, поверь, существует много мест, где меня встретят с объятиями. УЖЕ ждут, Слав, но я пока подожду. Посмотрю, как здесь всё сложится. Да, пришли ко мне кого-нибудь за литературой, а то полкоридора в мешках, пройти сложно. Можешь даже раздраконить любопытство у медиков – отправить по направлениям деятельности не в
