не вчера. Вчера дождь лил. На земле бы все смыло. Значит, след свежий. Прямо перед ней прошли.
Глеб? Но он остался отвлекать Костика.
Дядя Лёка? Успел помыть посуду и побежал кружным путем, чтобы наследить на Светином пути?
Она помотала головой, прогоняя эти глупые мысли.
В конце концов остров не закрыт, сюда свободно могут приезжать люди. За ягодами, за грибами. Вот сейчас после дождя грибы, наверное, хорошо собирать.
Светик себя уже почти убедила, что это случайный человек оставил случайный след, когда, оглядываясь, заметила, что за ней идут. Некто уверенно так топал через лес прямо к ней. Пару раз упал на кочках и неровностях.
– Ты можешь так быстро не идти? – недовольно крикнули издалека, и у Светика от ярости побледнело перед глазами.
– У меня в сапог что-то попало. Подожди!
Костик плюхнулся на землю и принялся стаскивать с себя сапог.
Светик подумала, что сейчас самое время достать лопатку.
– Ты что тут делаешь? – прошипела она, вытягивая из-за пояса саперку.
– За тобой иду, – проворчал Костик. Сапог у него не снимался. – Помоги. Нога застряла.
Светик уперла руки в бока, от возмущения забыв о своем желании тут же на месте прибить наглеца.
– Зачем ты за мной идешь?
– Дерни! – вместо ответа приказал Костик.
– Сам дергай отсюда! Куда ты идешь?
Костик устало опустил ногу, вздохнул, словно его, как мужчину, очень утомила женская несообразительность.
– Ты же на маяк? Вот и я с тобой. У меня дело.
– Не пойду я с тобой никуда! – отступила Светик. – Я с тобой находилась на всю оставшуюся жизнь.
Светик пятилась, надеясь, что Костик сразу поймет, что вместе им точно не по пути. Ей не нужны были свидетели. Ей вообще никто не был нужен.
– А кто со мной пойдет? – возмутился Костик, словно о совместной прогулке договорились неделю назад.
– Шагай обратно, раз такой самостоятельный. Давай! Быстро!
Светик махала руками, Светик расширяла глаза. Даже ногой топнула, после чего сразу вспомнила, что собиралась больше этого не делать.
– Я ногу натер, – опять поднял свою конечность Костик. – Мне надо камешек вытряхнуть.
Ух, какая ярость поднялась в Светиной груди! Но она заставила себя сдержаться, подошла к Костику.
– Я помогу тебе с сапогом, только ты сразу же пойдешь обратно. Договорились?
Костик наградил Светика самым благодарным взглядом, на какой только был способен, и кивнул.
Светик дернула сапог за пятку. Из-за грязи рука первый раз соскользнула. Светик подхватила пятку второй раз, потянула. Нога со скрипом высвободилась.
Костик был босиком. На мгновение Светик зависла. Потом заглянула в сам сапог. Носка не было. Посмотрела на подошву. Маленькая. Не его след. Другой человек здесь прошел.
– А носки где?
– Новые я не нашел. А вчерашние были мокрые.
– Чего к Анке не подошел?
– Она сразу куда-то убежала. Даже мне не сказала.
Светик глубоко вдохнула, прогоняя раздражение.
– Встречу медведя, скормлю тебя ему. Чтобы больше никто с тобой не мучился!
Она стукнула голенищем о дерево и протянула сапог Костику.
И тут у нее в голове сложилось. Костик шел за ней, поэтому никак не мог оставить тот след, что ее смутил. Но ведь куда-то отправилась Анка? А что, если она знает короткую дорогу на маяк? Подослала к ней брата, чтобы он ее тут отвлекал своими соплями и просьбами с сапогами, а сама тем временем… Точно! Это был след Глеба. Он уже побывал на маяке. Он все нашел.
Светик швырнула сапог.
– Катись отсюда. Натягивай свой бот – и чеши, не оглядываясь, пока я тебя не прибила.
Костик сопел. Костик прятал глаза.
– Ты за шоколадками идешь, я знаю.
– Слушай, ты уже достал всех своими шоколадками! Я кому сказала, иди отсюда!
Светик попятилась. У нее была фора. Такой узкий сапог без носка Костик будет надевать долго. Она успеет уйти. Только теперь не по дороге, где ее легко вычислить, а через лес. Она не сомневалась, что не заблудится. Что если сейчас пойдет вон туда, то непременно окажется около маяка.
Светик очень уверенно сделала несколько шагов. Она не думала оглядываться. Поэтому когда перед ней опять возник Костик… Одна нога босая, другая обутая, сапог прижимает к груди.
– Шоколадки мои, – с угрозой в голосе произнес он.
– Что ты ко мне пристал со своими шоколадками? Иди к дяде Лёке, он тебе пачку выдаст.
– Не у дяди Лёки, а там, куда ты идешь!
– Головой о печку ударился? – заорала Светик. – Я не в магазин иду.
– Я знаю. – Костик был невозмутим. – Ты идешь на маяк.
Светик сжала зубы, чтобы не начать выть от ярости.
– А там как раз шоколадки и лежат, – решил добить ее своими суждениями Костик.
– Знаешь что? Я еще ни разу не видела на маяках… – начала Светик и осеклась. – Где лежат шоколадки?
– Где-то там. Их девочка с маяка приносит.
– Кто тебе такую чушь сказал?
– Глеб. А дядя Лёка подтвердил. Ты же за шоколадками идешь. Все съешь и мне не оставишь. И я тебя ненавижу, ненавижу, ненавижу!
У Светика разом закончились слова.
– Нет там никаких шоколадок.
– Есть.
– Нет.
– Есть.
Светик нависла над сидящим Костиком.
– Да откуда им там взяться?
– А ты тогда зачем туда идешь?
Светик отступила. Нет, Костика было легче прибить, чем объяснять что-либо. Именно это она сейчас и сделает.
– Я иду за другим. И ты мне в компанию не нужен. Иди с Аней.
– Аня ушла. Глеб со мной не пойдет. Он сам так сказал. Чтобы я без него разбирался.
Костик втиснул наконец ногу в сапог, притопнул, удобней ее там располагая.
– А я с тобой.
Светик опять зависла. Нет, Костик ее больше не удивлял и не возмущал. Она вдруг расслышала слова про Анку. Подруга ушла вперед. Куда?
Куда еще тут можно идти? Только на маяк!
– Быстро! – скомандовала Светик. – Мы должны ее опередить!
Она дернул за руку вялого Костика. Он никуда не собирался так быстро. Он вообще не думал бежать. Но Светик сжала его влажную ладонь и рванула вперед по дороге. На первых шагах Костик еще спотыкался, но потом приноровился.
Семь километров? Ничего! В школе они бегают два километра. Километра три они уже прошли. Осталось чуть-чуть!
«Стойте!»
Знакомый голос навязчиво влез в уши, поселился в голове, так что череп зачесался изнутри.
«Не бегите!»
Светик прижала к себе Костика, глянула направо-налево.
Костик вдруг стукнул себя кулаком по уху.
– Что это? – испуганно спросил он.
«Глеб обманул вас. Там ничего нет».
Что-то с девочкой произошло. Она стала странно-прозрачной. Ее не сразу и разглядишь. Вон стоит, между сосен. Далекие
