другого выбора.
— А если тебе придётся… если что-то изменится и тебя заставят вернуться в Обсидиус? Что тогда?
— Я сделаю то, что сделал бы любой другой уважающий себя мужчина. Разберусь с последствиями.
— Таков твой ответ. — Её губы сжались, что, как подозревал Гевин, было ещё одним орудием её аргументации. — Но знай… если произойдёт так, как я боюсь, я не сдамся. — Она поднялась со стула и провела рукой по его лицу. — Я сделаю то, что сделала бы любая уважающая себя божественная Матрона. Меня отправили в этот мир, чтобы защитить тебя любой ценой. И это я намерена сделать.
***
Глядя на Зевса с постели Гевина, Сабель хлопнула себя по лбу, пытаясь заставить замолчать голоса, которые играли в её голове всю ночь. Половина из них посоветовали ей хоть раз перестать быть такой ответственной и действовать согласно своим желаниям. Позволить себе влюбиться в Гевина и посмотреть, к чему их приведёт. Дать любви шанс и, возможно, хоть раз получить счастливый конец. Другой же, сказал ей, что семья всегда будет на первом месте, и что связь решит судьбу Деньи. Денья. Черт. Черная Книга где-то затеряна. Суккубы продолжали пропадать, их пока не нашли. Ей придётся как-то спрятать сестру, а Денья будет бороться изо всех сил.
Неудивительно, что Сабель никогда не находила времени для любви. Как она могла, если вся эта чушь постоянно летала у неё в голове?
Рядом с ней зазвонил телефон, и она схватила его, чтобы увидеть, как на экране мелькает имя Деньи.
— Эй, я как раз собиралась тебе позвонить.
— Можем встретиться? Мне действительно нужно с тобой поговорить.
Настойчивость в голосе сестры дернула волосы на затылке Сабелль.
— Что происходит?
— Сабель… Меня выгонят из школы, если я не заплачу за обучение до конца месяца.
В желудке Сабелль полегчало.
— Хорошо, переведи деньги с моего счета. Ты знаешь, как это сделать. Я сказала тебе, бери, когда понадобится. — Сабель хранила деньги на стипендию Деньи на отдельном счёте подземного мира, чтобы ничто не было связано с именем Деньи на случай, если сутенёры начнут шпионить за ней. Люди не могли прикоснуться к нему. Даже договор аренды Деньи был подписан с Сабелль.
— Твой логин заморожен. Там написано, что на счете средства отсутствуют.
Слова ударили ей в живот, как кирпичи, и Сабель вскочила, сжав кулаки, и свесила ноги с края кровати.
— Что?
— Он не позволяет мне ничего переводить на мой школьный счёт. Они пытались добиться оплаты уже месяц. А Гери, хозяин дома, пришедший сегодня в нашу квартиру, сказал, что он тоже не получил оплату. Что происходит?
— Нет, нет. Я… я заплатила Гери. Я помню, как платила ему. Господи, я заплатила ему ещё до того, как купила себе продукты!
— Я не хочу тебя расстраивать, Селли, но у меня впереди трудный семестр, и я нервничаю, что меня вышвырнут на обочину. — Она вздохнула. — Вчера я проезжала мимо твоего дома. Некоторые люди оглядывались по сторонам. Я ни с кем из них не разговаривала, но они выглядели официально, понимаешь?
— Просто… не волнуйся. Я разберусь.
— Ты можешь… я имею в виду, поможет ли тебе Гевин?
— Нет. Нет, я даже не пойду к нему. Я не могу просить его о помощи.
— К черту дом, Сабель. Ты ненавидела жить там. Теперь у тебя появился шанс выбраться оттуда.
— Я не ненавидела там жить, Денья. Мои дети там родились. И я не могу просто так его оставить. — Сабель глубоко вздохнула и потёрла лоб. — Эй, можешь приехать и потусоваться с детьми немного? Они скучают по тебе. — По крайней мере, если бы Сабель смогла отвести её в особняк и поговорить лицом к лицу, ей будет легче убедить её с планом залечь на дно — она не сможет повесить трубку.
— С удовольствием. У меня детский синдром абстиненции. — Она усмехнулась. Конечно, она усмехнулась, пока Сабель боролась с отвратительной задачей придумать другое решение очередной катастрофы. Денье никогда не приходилось долго решать проблемы, потому что Сабель каким-то образом разбиралась с ними.
— Хорошо, я посмотрю, сможет ли Беннет забрать тебя и привезти сюда.
— А я не могу поехать на автобусе?
— Нет. Автобус никогда бы не нашёл это место. — Сабель отвечала коротко, желая позвонить в банк и узнать, что, чёрт возьми, случилось с её счетом.
— Где ты? В крепости в горах?
— Довольно далеко. Я поговорю с тобой через некоторое время. — Сабель повесила трубку и упала на кровать. Дерьмо. Это был лишь вопрос времени, когда банки примут меры, но её убило осознание того, что она облажалась, и Денья отвечает за её ошибки.
Она не могла попросить у Гевина денег. Ни за что. Он уже так много сделал для неё.
Руки её тряслись, она набрала номер в банке и попросила поговорить с её представителем по работе с клиентами.
Знакомый весёлый голос ответил на звонок, как будто она только что не разрушила мечту одного человека и не трахнула утро другого.
— Это Алера.
— Я звоню по поводу своего счета, — сказала Сабель, называя свой логин и контактную информацию.
— Оу. Да. Боюсь, ваш счет арестован.
— Кем?
— Кредитор. Я не могу сказать кто. Ранее к нам обратилась женщина.
— Кто?
— Я тоже не могу этого сказать. Если вы хотите оспорить это, вам придётся предоставить соответствующие документы.
Если бы Сабель могла связаться по телефону, она бы задушила женщину и её спокойный, непринуждённый голос…
— На этом счету было десять тысяч. Мне нужен доступ к нему прямо сейчас! — Сабель запустила пальцы в волосы. — Вам могут потребоваться недели, чтобы расследовать конфликт!
— Может быть. Но я боюсь, что это единственный способ снять блок.
— Она чиновник? Только чиновник имеет право в подземном мире заморозить счет.
— Вы хотите, чтобы я прислал вам форму или вы скачаете её с сайта?
Сабель щёлкнула телефоном, сжимая его и не желая ничего, кроме как швырнуть его о стену.
— Сука!
Она спрятала лицо в ладонях. Джевен всё ещё владел ею. Вероятно, выследит её, как только она покинет дом Гевина. У неё всё ещё были финансовые проблемы, и, кроме того, Денья нуждалась в деньгах, о которых Сабель и мечтать не могла собрать до начала следующего семестра.
Плакать, вероятно, было бы чертовски приятно, если бы она могла собраться с силами. Забавная штука со стрессом… иногда он управляет даже самыми низменными эмоциями, запутывая их в узлы абсолютного смятения. Её мозг хотел найти решение. Её сердце хотело передышку. Между ними Сабель просто оцепенела.
Какого
