теперь пригодна только как сухопутная. А двенадцатидюймовых стволов «Mk-X»у них произведено достаточно. Эти орудия используются как основные и на броненосцах, и на линкорах, и даже на крейсерах. Так что, боюсь, что вам придётся их резать на металл, - вставил и свои пять пенни адмирал Вирениус.
- Ладно, что будет — то будет, - махнул рукой генерал Рамзай. - Давайте вернёмся к нашей основной теме — ревизии пограничной бригады. Господин Франссон, прошу вас. Матти, готовься, ты — следующий. Андрей Андреевич, спасибо что посетил наше совещание, но не уходи, - остановил Георгий Эдуардович собравшегося покинуть совещание адмирала Вирениуса. - Мы с тобой потом съездим в одно очень интересное место.
Пока начальник интендантского управления подробно отчитывался, я вспоминал, как провёл месяц в армии. Как после прибытия мне доверительно сообщил начальник штаба пограничной бригады, а по совместительству мой кузен Нильс Викстрём, я был отправлен генералом Рамзаем не столько с проверкой, сколько для того, чтобы пройти курс молодого бойца. Ознакомиться с уставом, строевыми приёмами и командами.
- Если бы я знал…
- Если уж генерал сделал тебя собственным порученцем — то ты должен соответствовать, - осадил Нильс моё протестующее бурчание. - Много от тебя не ждут, но как выполнять и подавать команды — ты должен знать. Поэтому в течение месяца с утра и до обеда ты будешь заниматься с новобранцами. А после обеда будешь снова превращаться в прапорщика и проверять всё, что тебе вздумается. Отказы не принимаются. Брат, я очень прошу тебя — не разочаруй меня и генерала.
После такой просьбы мне и возразить было нечего. И пришлось целый месяц заниматься шагистикой, верховой ездой и стрельбой. Но кроме этого я почти каждый вечер встречался с нижними чинами в бригадном клубе, где рассказывал про свои книги. А ещё, именно в этот период, мне удалось закончить вторую книгу о приключениях Питера Пэна и приступить к переводу текста на английский, русский и шведский языки.
- Во многом мои выводы по поводу отопления помещений пограничной бригады совпадают с выводами Матвея Матвеевича, - господин Франссон кивнул в мою сторону и на этом закончил свой доклад.
- Гхм, - прочистил горло генерал Рамзай. - Господин фенрик, ваша очередь.
Мстя военным за подставу с командировкой, в которой мне пришлось большую часть времени заниматься нелюбимой, ещё со времён советской армии, шагистикой, я пришёл на совещание в цивильном костюме. А поэтому, не отреагировал на приказ, а довольно вальяжно вылез из-за стола и начал доклад.
- За время моего прибывания в пограничной бригаде я успел найти немало недостатков. Но выделю всего два. О них я уже подробно доложил командиру бригады Мозесу Эриковичу Мурману. Первая проблема — это, как и говорил господин Франссон, устаревшая система отопления и чрезмерные траты на топливо. Постройка котельной и оборудование всех помещений батареями отопления позволят перейти на более экономичные виды топлива — уголь, нефть или торфо-опилочные брикеты. Нынешняя система отопления ведёт только к перерасходу выделяемых средств, так как цены на дрова постоянно растут. Кроме всего прочего, по четыре-шесть печей на одну казарму увеличивают риски возникновения пожаров. Как за ними ни следи, а рано или поздно это произойдёт. К тому же, постройка котельной позволит производить горячую воду в достаточном количестве для помывки личного состава ежедневно, а не раз в неделю, что благотворно скажется на медико-санитарной ситуации в бригаде.
- Каждый день? Зачем им мыться каждый день? - удивился генерал Рамзай.
- Пограничники, в отличие от других родов войск, постоянно двигаются. Ежедневно совершают многокилометровые рейды для проверки границы. Как пешком, так и верхом. Кроме этого, в бригаде очень распространена тактика засад и секретов. И именно во время подобных засад, когда нижние чины находятся неподвижно по много часов, есть большой шанс укуса клещей. А ежедневный моцион позволит проводить и ежедневный осмотр с выявлением, и удалением насекомых. Как правило, сейчас нижние чины за помощью обращаются слишком поздно, когда у них начинается температура и путается сознание. Пострадавших приходится госпитализировать и тратиться на лечение. Легче заниматься профилактикой, чем лечением. То же самое касается и проблем с зубами. Пограничникам выдают зубные щётки и порошок, но никто не контролирует процесс чистки зубов. Чаще всего нижние чины меняют порошок на табак или пиво у местных жителей.
- Вот подлецы, - возмутился командир бригады. - Матти, а ты мне про это не докладывал.
- Копию этого доклада, - я потряс кипой бумаг в руке. - Я оставил вам перед своим отъездом. Скорее всего, вы, Мозес Эрикович ещё не ознакомились с ним в полном объёме, - попытался я сгладить ситуацию.
- Так получилось, - развёл тот руками, на вопросительный взгляд генерала.
- Ладно, потом разберёмся. Это всё, Матти? - спросил барон Рамзай.
- Никак нет, ваше высокопревосходительство. Разрешите продолжить? - как-то само собой вырвалась из меня уставная речь, на которую генерал только махнул рукой, разрешая.
- За всё время существования пограничной бригады в ней не было ни одного осмотра подчиненных дантистом. Лечение зубов пущено на самотёк. Из двух тысяч человек, находившихся на момент нашей ревизии в пункте постоянной дислокации, зубами мучилось более двух дюжин. Врачам и фельдшерам бригады запрещено осуществлять удаление больных зубов после прошлогоднего инцидента со смертью пациента. И здесь я полностью согласен с решением Мозеса Эриковича. Дантист в Торнио, пользуясь тем, что он единственный специалист на всю округу, просит за свои услуги в два раза больше, чем дантисты в Гельсингфорсе. К тому же, попасть к нему на приём очень трудно.
- Выводы! - неожиданно рявкнул генерал Рамзай. - Какие выводы ты сделал из этой ситуации, Матти?
- Вывод здесь один, господин генерал. Надо увеличивать финансирование военного-медицинского отдела и развёртывать его в ещё одно управление при военно-пограничном департаменте. Это позволит проводить полноценные ежегодные медицинские осмотры военнослужащих и их оперативное лечение.
- Молодец! - явно обрадовался моему выводу генерал и потребовал. - Давай сюда отчёт. Зачитаю его на заседании сената. Готовься, может сенаторы захотят с тобой пообщаться на эту тему.
…..
- Скажи честно, Матти, а почему ты принёс свою новую книгу мне? - приняв у меня из рук несколько папок с машинописным текстом, спросил Ээро Эркко. - У тебя же есть теперь собственная типография.
- Дядя Ээро, вы какие-то странные вопросы задаёте. Во-первых, у нас с вами договор. Во-вторых, вы же не только мой литературный издатель, но, не побоюсь этого слова
