Возле охраны стайкой вились гости, торопясь предъявить золоченые кусочки плотного картона, но не все было так просто: каждый такой билет проверяли еще и по списку, что держал в руках скучный чиновник.
Стража же тщательно проверяла мечи, кинжалы и сабли в ножнах у мужчин, убеждаясь, что все они деревянные.
Максимилиан ушел в боковой коридор, а Анна с фрейлинами, дождавшись очереди, прошли в зал, сияющий огнями свечей и цветными фонариками. Вокруг кружились самые разнообразные, зачастую весьма фантастические фигуры.
В пестрой толпе проплыла дородная, широкоплечая и пышнотелая Зима в маске с алым румянцем. Ее сопровождал маленький Эльф. И Анна заподозрила, что костюм зимы надел мужчина, а вот сопровождавший эльф – девушка.
Кружились Бабочки и Мотыльки, сплетались в хоровод прекрасные Розы и коварные ядовитые Плющи. Громыхая тяжелыми доспехами прошел Рыцарь, ведя под руку белокурую Луну в тонких, серебристо-голубых шелках и вуалях. С кончика изогнутой полумесяцем шляпки у Луны свисала золотая звездочка, покачиваясь на тонкой цепочке.
Королевские лакеи в бордовых ливреях, разносящие подносы с напитками и сладостями, просто терялись на фоне яркости и многоцветья костюмов.
Розовая Заря, прячась за ярко раскрашенную маску, серебристо рассмеялась шутке Монаха, шлепнула его веером по руке и, проскользив мимо Анны, небрежно повесила ей на грудь золотистый шарик. Анна немного растерялась. До сих пор имя мужа служило ей надежной защитой от подобных вещей. Но сейчас, когда на ней костюм Девы-змеи из старинной легенды, а лицо скрыто «чешуйчатой» маской, кто-то решился написать герцогине Ангуленской? Или же, вполне возможно, ее просто перепутали с кем-то?
Анна оглянулась, разыскивая глазами рыжую Лису и Бабочку, но они потерялись где-то в этом круговороте. Только мадам Берк в роскошном костюме Морской Королевы лакомилась каким-то десертом рядом с ней.
-- Мадам Берк, что делать с этой запиской?
-- С запиской? – мадам оторвалась от креманки, аккуратно вытерла губы кружевным платочком и внимательно посмотрела на Анну. – Думаю, для начала нужно прочитать ее, – решительно заявила она. – А потом уже будем решать, ваша светлость. Открывайте!
Шарик распался на две половинки и, развернув сложенный в несколько раз листочек, Анна прочитала: «Если хотите узнать, с кем развлекается ваш муж, следуйте за Шутом. Если не хотите позора и сплетен, идите одна.».
Анна закусила губу и машинально сжала кулак с клочком бумаги. «Неужели… Неужели он так ничего и не понял?! Я не потерплю… Нельзя это показывать никому: скандал только ухудшит дело. Надо идти и разбираться самой.».
Мадам Берк посмотрела на нее с удивлением, но герцогиня уже искала глазами Шута. Тот оказался совсем близко от них, подпирал плечом одну из колонн зала и отсалютовал ей бокалом вина, давая знать, что ждет решения. Со шляпы у него свешивались круглые бубенчики. Шут тряхнул головой, и даже сквозь музыку Анна услышала серебристый звон.
-- Мадам Берк, вы останетесь здесь и дождетесь девочек.
-- Ваша светлость! Но так невозможно…
-- Вы остаетесь здесь. Это приказ! – спорить она не собиралась.
Как только Анна двинулась вперед к проводнику, Шут ловко ввинтился в толпу и, изредка потряхивая бубенцами, торопливо заскользил между людьми.
Шли долго, отдаляясь от шума толпы и музыки. Шут не позволял ей приблизиться к себе. Как только она ускоряла шаг, он переходил на бег, но и не давал ей отставать в узких гулких коридорах.
Это была какая-то служебная часть дворца, о существовании которой Анна раньше не знала. Здесь не было ни гостей, ни прислуги, только редкие сальные свечи в жестяных чашечках позволяли видеть хоть что-то. Бесчисленные повороты и лестницы закончились на площадке – Шут пропал, и только у одной из четырех дверей, слегка приоткрытой, валялся его колпак.
Поколебавшись, Анна легко постучала и получила ответ:
-- Входите, герцогиня Ангуленская.
Дверь Анна закрывать не стала, оставив такую же щель, как и была, просто из осторожности и настороженности. Слишком все эти дворцовые интриги были ей непонятны. Кто знает, в чем интерес написавшего записку?
Комната была почти пуста, если не считать стола и пары стульев. Трехрожковый подсвечник скупо помигивал единственной свечой. Бутылка вина и два медных кубка – больше на столе ничего не было.
На одном из стульев, лицом к двери сидел мужчина в маскарадном костюме. Он приветливо кивнул герцогине, как равной, и предложил:
-- Садитесь, ваша светлость. Разговор будет долгим, – при этом он ловко откупорил бутылку вина и, разлив в кубки, добродушно предложил: -- Вы немного взволнованы и ваше дыхание сбилось. Думаю, глоток вина вам не повредит, Анна.
-- Где мой муж?
-- В данный момент ваш муж развлекается с одной из фрейлин нашей новой королевы, – ответ был дан вполне равнодушно и неторопливо. – Да вы присаживайтесь, ваша светлость. Тут ведь дело не только в вашем муже. Тут все гораздо сложнее, – он многозначительно поджал губы. – Беседа нам предстоит долгая, так что…
Анна колебалась: ей не нравилось, что лицо мужчина прячет под маской, что вокруг нет людей, что… Много что вызывало смущение даже не на уровне мыслей, а скорее на уровне ощущений: «Сесть или нет? А если… Если он позволит себе что-то… Нет, это глупо. Можно просто взять бокал и постоять у двери. Да, это оптимальное решение.».
Два шага вперед, бокал у нее в руке, и она так же резко отходит назад.
-- О! Герцогиня! Вы меня боитесь?! – казалось, что ее опасения доставили ему удовольствие. – Зря, ваша светлость. Могли бы заметить, что я даже не сделал попытки встать со стула. Просто история, которую я буду рассказывать, довольно длинная. Я всего лишь заботился о вашем удобстве, – он небрежно махнул рукой. – Вы вполне можете оставаться там, где вы сейчас стоите.
Анне стало чуть спокойнее, она оперлась спиной на стену чуть в стороне от
