— А как же наш первоначальный уговор? — вспыхнул Джесст Веббн.
— Зверь еще не пойман.
— Вы ведь вообще не собирались мне платить, верно?
Броннн Палллн вспомнил, с каким презрением обращался с ним Веннн Стогггул, и подумал, что, оказывается, приятно иметь власть над другими.
— Если вы дали обещание, которое не в состоянии исполнить, то я не виноват, — заявил он.
— Но ведь у нас был уговор. Вы обещали мне вознаграждение за информацию, и я вам ее предоставил. Разве баскиры не держат слово?
— Только то, что дали другому баскиру, — ехидно заметил Броннн Палллн, развернулся и пошел прочь.
15
ЗЛОВЕЩИЕ ЗАГОВОРЫ
Строй-генерал Локкк Виэрррент, командующий силами кхагггунов в районе Быстрых озер, разместил свой штаб в Блестящем Барабане, горном городке к северо-востоку от Встречающихся Долин. Когда-то Блестящий Барабан был крошечной деревушкой при монастыре Блестящего Барабана, руины которого до сих пор виднелись на горном выступе, выходящем на центральную площадь города. Годы, прошедшие с тех пор, как кхагггуны разорили монастырь, пошли деревушке лишь на пользу. Она превратилась в среднего размера город, сельскохозяйственный центр, обеспечивающий провизией стремительно растущее население Аксис Тэра. Именно здесь делали сыр из корьего молока, ведь на горных склонах зеленели целые поля первоклассного гглея, который использовался для ферментации. Прихотливое травянистое растение, гглей рос только в окрестных горах и при длительной транспортировке терял все свои качества.
Строй-генерал Виэрррент разместил штаб в Блестящем Барабане не случайно. Местоположение города было почти идеальным, оно устраивало генерала и стратегически, и чисто эстетически.
Тем не менее, с тех пор, как регентом стал Курган Стогггул, строй-генералу все чаще приходилось бывать в Аксис Тэре.
Когда он уезжал в столицу по делам, штабом командовал крыл-адъютант Иин Вииин. В отсутствие генерала Вииин старался вовсю, а его старательность многие считали патологической. Однако именно старательность сделала его незаменимым и позволила генералу подолгу бывать в Аксис Тэре и решать сложные политические проблемы.
К тому же крыл-адъютант пользовался полным доверием у командира. Сам Вииин был худ, с тощими мускулами-макаронинами, косыми, близко посаженными глазами, плоским рыбьим ртом и лицом, рябым после перенесенной Краэльской огненной лихорадки. Из-за этого офицера тайно презирали даже бесправные лооормы. Ходили слухи, что Вииин ненавидит всех и вся, но те, кем он командовал, замечали, что крыл-адъютанту нравятся беспрекословно подчиняющиеся кхагггуны. Хотя у офицера были и другие интересы помимо службы, например, охота на первиллонов, окружающим его жизнь казалась отчаянно скучной. Те, кто так считал, глубоко заблуждались. И особенно среди своих занятий Вииин ценил встречи с рамаханской связной, которая приносила новости о составе отрядов Сопротивления и их планах.
В тот вечер крыл-адъютант работал допоздна, и никто, даже самый заклятый враг, не назвал бы его бездельником и лентяем. Один из кхагггунов принес записку для строй-генерала, найденную за пределами штаба. Сам Виэрррент неделю назад уехал в Аксис Тэр, где, насколько было известно Вииину, собирался пробыть еще некоторое время.
Отпустив кхагггуна, адъютант распечатал письмо и тут же нахмурился. Послание выглядело весьма подозрительно — текст написан от руки на кундалианском, а в правом верхнем углу имя строй-генерала Локкка Виэрррента обозначено в’орнновскими буквами. Вииин дважды перечитал послание, запоминая его содержание. Затем поднес письмо к огню, проследил, чтобы оно сгорело полностью, и растер пепел пальцами.
Вииин поднялся, посмотрел на часы и надел боевой нагрудник. Спустившись вниз, он поспешил к конюшням, где приказал оседлать чтавра, и тут же пустил его галопом.
Три четверти километра крыл-адъютант проскакал на восток, затем повернул на юг и, согласно инструкциям из письма, доехал до северной оконечности ромбовидной рощицы сэсаловых деревьев. Там он осадил чтавра и стал ждать.
Ночь была прохладной. Дул сильный северо-восточный ветер, швырявший в лицо пригоршни снега с вершин Дьенн Марра. Вииин задрожал под доспехами и подумал, что зима будет долгой. Два зеленоватых месяца освещали колючие стволы и горные склоны призрачным светом.
— Вы не строй-генерал Локкк Виэрррент.
Он резко повернулся, и седло скрипнуло.
— Кто здесь? — спросил Вииин, опуская руку на меч. — Покажись, или за последствия я не отвечаю!
Из темноты к нему шагнула молодая кундалианка. На ней были оранжевые одежды конары. Она двигалась очень медленно, будто каждый шаг давался ей с трудом. Вииин заметил, что женщина придерживает руками огромный живот, и спрятал меч в ножны.
— Вы ранены? — спросил он.
— Я посылала письмо строй-генералу Локкку Виэррренту, — заявила конара, — где он?
— Я — крыл-адъютант Иин Вииин. — Офицер спешился. — Я уполномочен говорить от имени строй-генерала по любым вопросам.
— Строй-генерал посвятил вас в свои тайны, крыл-адъютант Иин Вииин?
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— О дускаанте.
Вииин напрягся.
— Какой дускаант?
Конара улыбнулась и подмигнула.
— Ну же, крыл-адъютант, либо вы говорите от имени строй-генерала, либо нет.
— Строй-генерал установил дускаант в монастыре Блестящего Барабана?
— Нет, — медленно и отчетливо проговорила конара, — дускаант установили в монастыре Теплого Течения.
— Ах да, теперь вспоминаю. Его установила конара Ясттур.
— Нет, это была конара Мосса.
Вииин удовлетворенно кивнул.
— Кто вы такая?
— Конара Элеана.
— А где моя обычная связная?
— С конарой Барттой произошел несчастный случай.
— Знаю, она мертва. Я имел в виду ее заместительницу, конару Урдму.
— Заболела, — выдавила Элеана, не представлявшая, о ком идет речь.
— Как некстати, — хмуро буркнул Вииин.
«И не говори;— подумала Элеана, — что же происходит в монастыре?»
— С тех пор, как погибла конара Бартта, в монастыре стоит жуткая суматоха!
— Вы… э-э-э… замещаете конару Урдму?
— Только на время ее болезни.
Вииин недовольно нахмурился.
— Конаре Урдме не стоило доверять это задание. Она часто болеет и не выдерживает сроков.
— Ее выбрала конара Бартта.
Вииин глубоко вздохнул. Он не любил общаться с рамаханами, потому что не верил им до конца. Тем не менее именно рамаханы, начиная с конары Моссы, еще ни разу не нарушили соглашения и аккуратно поставляли информацию, которую обманом выпытывали у бойцов Сопротивления, не принявших новую религию Кэра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
