каким свидетельствам уделить внимание, а какие игнорировать.
Уже собственно масштаб этого самого громкого еще не раскрытого убийства ХХ столетия производит завораживающий эффект. Подчас трудно избавиться от своих представлений о возможной роли Освальда в нем и не распорядиться огромным объемом информации в соответствии со своими глубинными ожиданиями. Можно понять, почему было возможным искренне заблуждаться в представлении «единственного реального» Освальда.
Убийство американского президента привлекало также предприимчивых и не особенно разборчивых писателей возможностью, прикоснувшись к этой проблеме и следуя выводам комиссии Уоррена, стать видимыми и получить известность.
Мое повествование об Освальде начинается с появления в Москве никому не известного молодого американца. По прошествии времени и в силу стечения ряда обстоятельств я познакомился с ним в Минске. Наше знакомство превращается в годы дружбы. Работая над этой книгой, мне не нужно было прилагать усилий, чтобы выбросить из головы убийство Кеннеди. В моем мире того времени Кеннеди просто не существовало.
Освальд раскрывался предо мною в различных житейских ситуациях, нашем совместном времяпровождении, спорах по социальным, философским и другим проблемам. Постепенно я узнавал особенности его характера и склад ума. Мне навсегда запомнилась его манера разговаривать, шутить, смеяться и огорчаться. Для меня Освальд был и остается реальным человеком из плоти и крови, со всеми его сильными и слабыми сторонами.
Мой изначальный интерес к Освальду был связан исключительно с английским языком. Я воспринимал Освальда как любопытный образчик американца, который в силу стечения обстоятельств попал в мой мир.
Описываемый в книге период времени оказался одним из самых важных в жизни Освальда. Пребывание в Советском Союзе стало кульминацией мечтаний этого молодого человека, самопровозглашенного марксиста, стремившегося узнать на личном опыте как можно больше о социалистической системе. Здесь он впервые влюбился, испытал муки безответной любви, женился на другой женщине и стал отцом ребенка. Он освободился от своих изначальных радужных представлений о социалистической системе в Советском Союзе. Вместе с тем он принял во внимание положительные ее стороны и включил их в свою «Афинскую систему» государственного устройства («The Athenian System»). Со своим бесценным опытом познания социально-экономических отношений в СССР он вернулся в США, полный веры в возможность построения на американской земле счастливого реформированного общества, где не будет бедности. Однако его жизнь рано и трагически оборвалась. Он прожил недостаточно долго, чтобы стать скептиком.
Мог ли самопровозглашенный марксист Ли Освальд быть причастен к убийству американского президента из-за своих политических взглядов? Некоторые левые марксистские группы рассматривали насилие в отношении отдельных политических деятелей как исторически оправданный политический подход1.
Следует отметить, что социально-экономическое учение Карла Маркса оказало огромное влияние на мировое философское движение и формирование политических взглядов. Ряд стран строили свое социально-экономическое устройство на основе марксизма. Советский Союз – огромная страна, занимавшая одну шестую земной тверди, – успешно следовал по пути, указанному К. Марксом.
Что стояло за увлечением Освальда марксизмом? Была ли это, с одной стороны, нигилистическая позиция подростка Освальда с целью произвести впечатление на окружающих и самоутвердиться? С другой стороны, возможно ли, что юношеское увлечение марксизмом стало частью его мировоззрения, на котором он строил свои жизненные принципы?
Чтобы разобраться в учении Маркса, нужно иметь определенную академическую подготовку. Какова была компетентность Освальда в этой области и его способность понимать сложные социально-экономические концепции? Как Освальд относился к практическому применению доктрины Маркса? В какой форме он мог прибегнуть к насилию, если вообще рассматривал его как оправданный способ достижения своих целей?
Накануне своего семнадцатилетия в письме в Молодежную народную социалистическую лигу Ли Харви Освальд писал: «Я марксист и изучаю социалистические принципы более пятнадцати месяцев»2.
Он также отмечал: «Я впервые начал изучать марксизм, когда мне было 15 лет. Мне всегда приходилось рыться в поисках своих книг на пыльных полках библиотек, а старые книги были основой моего чтения, книги по философии, политической экономии и т. д.»3.
Освальд не скрывал своего увлечения К. Марксом. У него, разочарованного подростка из малообеспеченной прослойки американского общества, марксизм пробуждал любопытство, будил воображение и возрождал надежду на лучшую жизнь.
В Америке периода холодной войны марксизм ассоциировался с коммунизмом, красной агрессией и считался главной угрозой для всего свободного мира. Афишировать свое увлечение учением Маркса означало пойти против преобладающего общественного мнения и рискнуть навлечь на себя неприятности. Освальду следовало бы выбрать менее вызывающий способ выразить свой юношеский негативизм.
В бывшем Советском Союзе мы воспитывались в атмосфере марксизма-ленинизма. Курс научного коммунизма входил в учебную программу медицинского института, где я учился (как и, впрочем, любого высшего учебного заведения по всей стране). Он был обязателен для всех специальностей, независимо от индивидуальных предпочтений студентов. Лично на меня занятия по марксизму-ленинизму неизменно навевали скуку. Однако знания, которые я приобрел благодаря погружению в марксистскую теорию, оказались весьма полезными при анализе политических взглядов моего американского друга.
Мне трудно представить подростка Освальда, увлеченного марксизмом, как потенциальную угрозу обществу. Его высказывания о том, как он открыл для себя Маркса, вызывают в моем воображении картину романтически настроенного подростка в святилище библиотеки в поисках Истины. Это была охота за интеллектуальными сокровищами, скрытыми в пыльных книгах. Психолог расценил бы библиотечные часы Освальда как бегство в иллюзорный мир от суровых реалий жизни.
Как бы то ни было, Освальд рано проявил свой интерес к социологии, где он искал ответы на интересующие его вопросы. Маркс открыл ему путь к светлому будущему; благодаря его учению юноша увидел проблеск света в конце туннеля.
По моему опыту, Карл Маркс – трудный автор. Мое знакомство с принципами научного коммунизма в институте растянулось на довольно продолжительное время. Прежде чем погрузиться в марксизм, мы познакомились с учениями древнегреческих и западных философов. Когда наконец добрались до марксизма-ленинизма, мы познали, как происходит смена общественных формаций, что такое погоня за прибавочной стоимостью, неизбежный антагонизм эксплуататоров и эксплуатируемых, революционная роль пролетариата, диктатура пролетариата и завершающая победа коммунизма. Преподавание осуществлялось очень догматично и в основном сводилось к заучиванию неопровержимых принципов марксизма-ленинизма. Сомнения и критические замечания не приветствовались. Я находил все это предельно скучным и выбрасывал из головы, как только выходил из аудитории.
В своем пятнадцатилетнем возрасте Освальд не был подготовлен теоретически к восприятию Маркса. Он откликнулся на те положения учения, где говорилось о достижении в рамках коммунистического общества равенства, всеобщего благополучия и т. д. Действительно, Освальд не смог закончить даже среднюю школу. Там он заработал репутацию одиночки, склонного к прогулам. Возможно, в этом была не только его вина.
По поводу состояния школьного образования в Соединенных Штатах высказывалось беспокойство, что «в
