Он взял чашку с кофе и пошел в гостиную, засунул в видеомагнитофон кассету с собственными клипами и повалился на диван. Его совершенно не интересовал он сам, на себя Крис насмотрелся достаточно, он просто хотел увидеть Стэна. Он хотел увидеть тот самый клип на песню «Войди в пылающую комнату» который начинался так, как в свое время настоял Крис. На экране лилось и трепетало пламя и на его фоне возникало лицо Стэнфорда Марлоу, такое, каким Крис увидел его в первый раз и с тех пор уже не мог забыть. Легкий, тающий очерк, призрак в огне, большие глаза и маленький сжатый рот. Крис, не отрываясь, вглядывался в экран, перематывал обратно, ставил на паузу, перематывал. Потом поглядел, как Стэн бредет по коридорам Замка Ангелов, в темном костюме, который делал его и взрослым, и ужасно юным и хрупким одновременно. Крис смотрел, курил сигарету за сигаретой, его лицо было напряженным до мучения, на скулах перекатывались желваки, он не мог оторвать взгляда от сияющего экрана, на котором его любовь смотрела куда-то вдаль, в пламя, куда угодно, но не на него.
— Интересное лицо у господина Марлоу, — внезапно произнес спокойный и насмешливый голос за его спиной. Крис подскочил, уронил пульт, успел подхватить падающую чашку, обернулся, перед ним за спинкой дивана стоял Клеменс.
— Как вы сюда попали? — спросил Харди с ужасом.
— Через дверь, — сказал Клеменс спокойно, он обошел диван и сел. Положил ногу на ногу, достал сигареты. — Меня пустил ваш телохранитель. Я все-таки представитель закона. Не угостите кофе?
Возясь с кофеваркой на кухне, Крис в полном замешательстве пытался понять, как это Денни пропустил пусть даже полицейского, не предупредив его, это был какой-то бред, как он вошел в дверь, которую Крис должен был открыть изнутри, он ничего не понимал, а то что его застали за тем, как он смотрел на лицо Стэна на экране, сулило еще большие неприятности.
Он вернулся в гостиную, Клеменс смотрел клип, на его лицо отражалась глубокая заинтересованность. Крис вручил ему чашку и сел. Клеменс нажал на паузу и внимательно поглядел на Харди.
— Отличный клип, Крис, просто прекрасный, и господин Марлоу там совершенно на месте. — Крис переменился в лице.
— Что вам нужно? — Спросил он грубо. — Мы, кажется, не договаривались о встрече.
— А я вот решил зайти. — Безмятежно ответил Клеменс. — мы с вами еще не договорили, если у вас есть время… — он не договорил, но посмотрел на собеседника так, что стало ясно, даже если у Криса времени не минуты, он все равно поговорит.
Харди стиснул зубы, смирение не было для него привычным состоянием, но он смирился. Клеменс стал для него чем-то типа персонального дьявола. И отвязаться нельзя и терпеть невозможно.
— Я слушаю, — сказал он.
Клеменс тут же вытащил диктофон.
— Итак, Крис, что же вам все-таки предсказал господин Шеффилд?
— Дайте вспомнить, — буркнул Крис, ему ничего не шло в голову из того вечера, только лицо Стэна в обрамлении капюшона и то как он его скинул, машинально встряхнув головой, когда взял руку Харди в свою. Наконец, что-то стало оформляться.
— Он мне сказал, что я в двух шагах от высшей точки своей жизни. Что-то типа этого. Сказал, что будет посланец, он скорее всего имел ввиду себя, ну, чтобы я еще раз к нему пришел. И вот еще, я вспомнил, он сказал, что появиться, как это называется, пустая карта, бланка, понимаете, — Крис диковато усмехнулся, ему вдруг пришло в голову, что предсказание сбылось, Стэн и был той самой бланкой, которая изначально не входила в расклад. — ну и все.
— Очень интересно, — протянул Клеменс, — а вот господин Хайнц утверждает, что мистер Марлоу показал — вы просили его предсказать вашу судьбу.
— Ну просил, а какое это отношение имеет…
— Крис, — укоризненно покачал головой полицейский, — мы же договаривались, я решаю, что имеет отношение, а что нет. Итак?
— Ничего он мне не предсказал! — воскликнул Крис в отчаянии. — Он сказал только два слова.
— Каких?
— Chamber Ardente — выговорил Крис, поразившись, как легко и непринужденно слетели эти два жутких слова с его языка.
— Еще интересней, — обрадовался Клеменс. — И что это по вашему значит?
— Не знаю, — отрезал Крис.
— А я бы на вашем месте выяснил. — синие глаза полицейского сверкнули в полутьме собственным, не отраженным огнем. — нельзя жить с предсказанием, смысл которого тебе не понятен. — Крис вздрогнул, почти такую же фразу сказал ему когда-то Стэн про браслет девственницы.
— Я не верю в предсказания, — угрюмо солгал Крис.
— Бывает, — добродушно бросил полицейский. — меня интересует вот что. В каких вы отношениях с мисс Андерсон?
— С кем? — сперва не понял Крис, — С Элис, что ли?
— Ну да, если вам угодно, с Элис.
— В деловых. — пожал плечами Харди. — Она на меня работает.
— Тогда скажите, вы состояли с ней когда-нибудь в интимных отношениях?
Как не был взвинчен Крис, как не раздражали его и полицейский, и отсутствие Стэна, о котором он ни на минуту не забывал, он не удержался от смешка.
— Нет, — ответил он совершенно честно. — про меня конечно пишут черте что, и часть из этого — правда, но я все же не сплю со всеми женщинами, которые меня окружают.
— Не сомневаюсь, что вы достаточно разборчивы в подобных вопросах, — вежливо согласился Клеменс. — то есть у нее нет причины плохо к вам относиться.
— Может и есть. — пожал плечами Крис, — я не знаю, она по-моему, хотела переспать со мной, но, честно говоря, мне она совершенно не нравится и она это знает.
— Понятно, то есть мотив для мести все же есть.
— О какой мести вы говорите, — насторожился музыкант.
— Она свидетельствовала против вас, я же вам рассказывал, говорила, что вы грозились убить Шеффилда, если узнаете, что это от него пресса получила информацию о ваших странных отношениях с Марлоу.
— А, это. Ну что тут поделаешь, я человек вспыльчивый, я вот Джимми каждый день грожусь прикончить, а Пэта и по три раза в день. — и Крис посмотрел на своего допросчика нагло.
— Ясно. Ну что же, доказать и то и другое мне не представляется возможным — загадочно отозвался полицейских. — Вернемся к господину Марлоу.
Крис чуть не застонал.
— А что вы скажете на то, что мистер Марлоу живет в вашей квартире? — полюбопытствовал Клеменс. Крис похолодел.
— А что? Это запрещено? — он решил переть напролом. — Я с Джимми когда-то в одной квартире жил. И с Пэтом, так втроем и жили, что в этом такого?
— Да ничего. — Клеменс смотрел на него как на идиота. — так вы отрицаете все, что говорят о вас и Марлоу?
