Он проверил содержимое кошелька. Двести долларов — вполне приличная сумма на два дня, но, возможно, у него появятся дополнительные расходы, и к тому же, нужно еще купить билет на самолет в Чикаго, куда ему очень скоро предстоит лететь. Курт позвонил Кристи и звонком вытащил ее из постели.
— Ты говорила, у тебя есть клиент на товар?.. Да? Мне повезло вчера вечером: кое-что появилось, гораздо больше, чем мне нужно. Какое количество он возьмет? У него есть наличные?
— Думаю, да. Вчера он давал мне триста долларов, но, вероятно, он может заплатить и больше.
— Скажи ему, чтобы приготовил пятьсот, и перезвони мне.
— Курт, милый, а для меня у тебя есть что-нибудь?
Он едва сдержался, чтобы не послать ее куда подальше. Но ей повезло: было еще не время сжигать за собой мосты.
— Конечно, крошка. У меня непременно что-нибудь найдется для тебя.
Он положил трубку и достал из тайника под раковиной коричневую бутылочку. Проверив ее на свет, он еще раз удостоверился, что она заполнена на три четверти. Она стоила все семьсот, ну да Бог с ней, он отдаст ее и за пятьсот.
Курт безошибочно определял, когда у этих девиц появлялся кто-либо, кроме него, в постели. В таком случае они просили у него еще чуть-чуть. Он засунул бутылочку назад под раковину. Черт с вами, берите, сколько вам нужно. Ты и тот, кого ты там обслуживаешь. Подержи его еще немного, пока я не получу свои пятьсот долларов. Конечно, если разлить все по пузырькам и продать частями, можно заработать больше, но только на то, чтобы пипеткой высосать содержимое этой бутылочки, потребуется два часа плюс время на уборку. Поэтому лучше получить свои пятьсот долларов и продолжить действовать по намеченному плану.
Матт опустил глаза, чтобы Анни, заглянув в них, не прочла все, как по открытой книге. Они с Линной вернулись ранним утром, и он был абсолютно уверен, что Анни знала об этом. Он встал всего лишь двадцать минут назад, но ночь подарила ему пять часов чудесного сна, которые показались ему целой неделей отдыха, и чувствовал он себя просто превосходно.
Единственной неприятностью, портившей всю картину, был звонок от Дино из Чикаго. Их план сорвался: сделка с наркотиками не состоялась по какой-то неизвестной причине, объяснить которую уличный торговец сам не мог. У Матта был уже достаточный опыт работы в этой сфере, и потому сообщение его ничуть не удивило. Все дельцы наркобизнеса — известные шизофреники, их действия абсолютно непредсказуемы и часто не поддаются логическому анализу. Если этому производителю все-таки нужны деньги, то он обязательно вернется. Рано или поздно они всегда возвращаются…
Анни накрывала для завтрака стол, когда снова зазвонил телефон.
— Это Кристи, — ее тон был абсолютно безразличным, но Матт знал, что он предвещает бурю.
Залпом проглотив оставшийся в чашке кофе, Матт не спеша подошел к телефону, и сказал:
— Уверяю вас, Анни, это только моя работа.
— Только она или кто другой — тоже ваша «работа»?
Он ответил не задумываясь:
— Нет. «Кто другой» для меня очень много значит. Очень.
— Насколько мне известно, она не… — произнеся это, тоном нешуточного предупреждения, Анни вышла из кухни.
Он встал из-за стола и пошел в холл к телефону.
— Привет, дорогая. Что случилось? Кристи объяснила, как обстоят дела. Матт с трудом заставил себя сохранить спокойствие.
— Да, черт возьми. Мне нужно это, девочка, все, что сможешь достать, — сказал он ей. — Может быть, сегодня до обеда?
В его голосе звучало нетерпение человека, привыкшего к наркотикам.
— Я прямо сейчас отправлюсь к нему, — ответила она, — и заберу все, что он мне даст. У тебя найдется пятьсот долларов наличными?
— Разумеется, — торопливо сказал Матт. — Могу я поехать с тобой?
— Нет. Я сама привезу. Он не хочет, чтобы кто-нибудь знал его адрес.
Уговаривать было бесполезно.
— Хорошо, увидимся позже, милая. Смотри, не передумай.
Теперь следовало поторопиться, чтобы отправиться вслед за ней к Курту. Так или иначе, ублюдок под прицелом.
Матт повесил трубку, схватил куртку и, повернувшись лицом к выходу, увидел Линну. Ее лицо было белее мела. Сколько она стояла здесь, он не знал. Но в том, что она слышала конец разговора с Кристи, сомнений быть не могло. Прежде, чем он успел остановить ее, она резко повернулась, быстро прошла по коридору и исчезла за дверью своей комнаты. У него сейчас не было времени объяснять ей что-либо, поэтому ничего не оставалось делать, как немедленно переключиться на выполнение задания. Схватив рацию, он запрыгнул в свою машину и изо всех сил нажал на газ, чтобы не передумать. Связавшись с опергруппой, осуществляющей надзор за Куртом, он предупредил, что с минуты на минуту возле его дома должна появиться Кристи. «Не время отвлекаться на посторонние предметы. Рассеянность для полицейского — враг номер один. У Линны будет плохое настроение всего пару часов, не больше. После того как прижмешь Курта к стенке, ты сможешь спокойно объяснить всю эту идиотски нелепую ситуацию. Но сейчас ты рискуешь испортить все дело: сукин сын ускользнет, и тебе придется начинать все сначала».
Он находился в шести кварталах от дома Курта на перекрестке с железнодорожными путями, на которых товарный поезд, и не мог сдвинуться с места, когда зазвонил телефон.
— Да! — Это был Шитс.
— Она здесь. Что делать?
— Черт! Пусть войдет в дом. С остальным решим, когда я подъеду.
Матт бросил телефонную трубку на рычаг, вне себя от бешенства, и в бессильной ярости уставился на вагоны. А с небес посыпался белый снег. Кристи не спеша раздевалась, а Курт внимательно наблюдал за ней. Он вовсе не был расположен сейчас к сексу, но останавливать ее не стал. У нее были большие груди, мягкие и белые, может быть они смогут его возбудить.
— Он на самом деле заинтересован в покупке, милый, я не могу ошибаться.
— Ну и кто же этот «он»?
— Просто один парень. Мы познакомились в самолете.
Он не верил ей.
— Ты что, и с ним тоже спишь?
— Да нет же.
Она говорила, оправдываясь. Теперь уж Курт никак не мог поверить.
— Неужели?
Он нервно заходил по комнате, горя желанием побыстрее от нее избавиться. Утром напролет он сомневался, правильно ли поступает, и вот сейчас все это показалось ему идиотской затеей. Эта продажа была идиотской затеей и сама Кристи идиоткой. Какой же он дурак, что доверился. Ох и здорово же можно залететь с этим кокаином!
— Почему же нет?
— Потому что я люблю тебя, а он мне просто друг, вот почему.
У нее в глазах стояли слезы, и Курт решил не отказываться от сделки: черт с ним, пусть берет, только бы не ревела тут перед ним. Он терпеть не мог женских слез.
