Для какой-то грандиозной звездной интриги понадобился человек, которого можно выдать за Кайла Валькара, потомка древних звездных королей. И он, Нейл Бэннинга, благодаря своему внешнему сходству с Кайлом Валькаром подошел на эту роль. Он стал пешкой в этой игре, а для того, чтобы эта пешка была как можно лучше, Рольф и пытался доказать, что он и есть Кайл Валькар!
Бэннинг отчаянно пытался придумать какой-нибудь план. Это было трудно, голова все еще кружилась от столкновения со вновь открытой Вселенной, от понимания того, что он и в самом деле находится в космическом корабле. Но он должен даже и в этом невероятном положении драться за себя.
«Сначала нужно как можно больше узнать, — подумал он. — Прежде чем что-либо предпринимать, надо узнать, куда они доставят меня, что собираются со мной делать. Мне нужно знание…»
Вернулся Рольф. Он принес новую одежду, подобную его собственной, диковинную, но удобную.
Белая туника была изготовлена из великолепной материи; на груди драгоценные камни образовывали стилизованный рисунок — ярко пылающее солнце. Бэннинг переоделся без возражений. Его мысли сосредоточились на одном: надо узнать как можно больше и как можно скорее.
— Теперь ты похож на Валькара, — довольно проворчал Рольф. — Ты должен и говорить как он. Ну, время пока еще есть.
Рольф начал обучение, называя каждый предмет в каюте на своем языке. Потом Бэннинг выучил слова, означавшие «звезда», «король», «Империя».
— Рольф.
— Да?
— Эта самая Старая Империя, которой правили Валькары… Вы говорили, что это было девяносто тысяч лет тому назад?
— Да. Прошло много времени. Но Старую Империю помнят во всех звездных мирах, за исключением нескольких, впавших в совершенную дикость, как, например, Земля.
Бэннинг вздрогнул:
— Земля? Она была частью Старой Империи?
— Да, как и половина Галактики, — хмуро ответил Рольф. — Когда произошла катастрофа, когда пала Старая Империя, контакты с отдаленными окраинными мирами совершенно прекратились. Неудивительно, что потомки колонистов скоро превратились в настоящих дикарей, чуть ли не в обезьян. Так было и на Земле.
Отрывочные факты, рассказанные Рольфом в этот и в следующие визиты, начали складываться для Бэннинга в туманную картину, в невообразимую космическую историю.
Старая Империя, Империя Валькаров! Они правили из Катууна на Антаресе, их звездные корабли бороздили просторы Галактики, и мириады миров платили им дань. Но в Старой Империи роптали против власти этих галактических господ, и не однажды захлебывались неудачные восстания. И, наконец, сами Валькары ускорили кризис.
Прошел слух, что в дальней, недоступной части Галактики Валькары готовят таинственное ужасное средство, которое в будущем повергнет в трепет всех бунтарей. Никто не знал ни его силы, ни как оно действует. Но молва утверждала, что с его помощью Валькары, если того пожелают, могут уничтожить все народы в Галактике.
Эти слухи послужили детонатором космической революции. Народы звездных миров не могли допустить, чтобы Валькары получили такую власть над их жизнью и смертью. Разгорелось восстание, а потом гражданская война, которая разрушила межзвездную цивилизацию и уничтожила Старую Империю. Множество далеких систем и миров, в которые больше не приходили звездные корабли, скатились в долгую ночь варварства.
Однако несколько звездных миров сохранили свою цивилизацию и технику. У них оставалось несколько исправных звездных кораблей. И эти несколько миров, центром которых была система Ригеля, стремились собрать вновь все больше и больше миров в единую цивилизацию. Это и было началом Новой Империи, которая провозгласила отказ от помпезности и гордости воинственной Старой Империи и наступление новой эры сотрудничества всех планет.
Рольф яростно сплюнул:
— Эта ханжеская болтовня о дружелюбии и мире! Она покорила многих. Но кое-кто все же помнит древних королей, Валькаров, подставками для ног которых служили звезды!
— А эта вещь, из-за которой началось восстание, — спросил Бэннинг, — то, что вы назвали Молотом Валькаров? Что с ним случилось?
Рольф серьезно посмотрел на него:
— Он был потерян все эти долгие века. Только Валькары знают, где Молот, и что это такое. Тайна передавалась от отца к сыну даже после того, как пала Старая Империя. Ты — единственный, кто ее знает.
Бэннинг изумленно взглянул на Рольфа:
— Так вот почему Кайл Валькар — такая важная фигура!
— Именно так, — сурово ответил Рольф. — Ты рассказал мне — только мне, — что Молот находится на одной из планет, затерянных в скоплении Лебедя. Ты сказал, что имея карты тысячелетней давности, ты сможешь найти эту планету. — Переведя дыхание, гигант угрюмо продолжал: — Ты почти добился успеха, Кайл. Ты нашел нужные звездные карты в архивах на Ригеле и отправился в скопление Лебедя. Но Тэрэния и Джоммо догнали тебя, схватили, стерли память и изгнали на далекую Землю. И теперь никто не знает тайны, где спрятан Молот.
Для Бэннинга все это звучало дико и неправдоподобно. Он так и сказал, и добавил:
— Почему же они, для пущей надежности, не убили человека, знающего такой секрет?
— Джоммо так бы и сделал, и с радостью, — сардонически ответил Рольф, — но Тэрэния не решилась. Женщина — даже такая, как Тэрэния — не может править Империей.
— И ты пытаешься ниспровергнуть Новую Империю? — решил прозондировать почву Бэннинг. — С той горсткой людей, что на этом корабле?
— Будут и другие, Кайл. Им отправлено послание, и они соберутся у Катууна. Немного, но достаточно, чтобы сокрушить Империю, если у нас будет Молот.
— Но его у вас нет! А я не знаю, как его найти!
— Да, Кайл. Но, возможно, скоро будешь знать.
Когда Бэннинг попытался выведать побольше, Рольф проворчал:
— Позже. А пока, прежде всего, ты должен выучить язык. Я рассказал остальным, что вернул тебе память перед тем, как мы покинули Землю, и что ты заболел от такого шока.
— Человек, который вел автомобиль, знает другое, — напомнил Бэннинг.
— Ивайр? Он не опасен, это мой человек. Но другие не знают. Они мечтают увидеть тебя. Ты скоро должен показаться перед ними как Кайл Валькар.
Язык давался Бэннингу легко. Слишком легко. Язык был страшно сложен, выдавая каждым словом свой огромный возраст. Тем не менее Бэннинг схватывал его на лету. Он в совершенстве воспроизводил произношение Рольфа. Создавалось впечатление, что его язык и губы сами находят нужное положение для произнесения звука, словно знания уже были в его мозгу, дремлющие и лишь ожидающие пробуждения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
